Кашкай племя: КАШКАЙЦЫ — это… Что такое КАШКАЙЦЫ?

Содержание

КАШКАЙЦЫ — это… Что такое КАШКАЙЦЫ?

  • Кашкайцы — Современный ареал расселения и численность Всего: 1,7 млн 2,0 млн (оценка) …   Википедия

  • КАШКАЙЦЫ — (самоназвание кашкаи) народ в Иране (провинция Фарс). 780 тыс. человек (1992). Говорят на диалекте азербайджанского языка. Делятся на племена и группы, около половины кочевники. Мусульмане шииты …   Большой Энциклопедический словарь

  • кашкайцы — (самоназвание  кашкаи), народ в Иране (провинция Фарс). Численность 780 тыс. человек (1995). Говорят на диалекте азербайджанского языка. Делятся на племена и группы, около половины  кочевники. Мусульмане шииты. * * * КАШКАЙЦЫ КАШКАЙЦЫ… …   Энциклопедический словарь

  • Кашкайцы — (самоназвание кашкаи)         объединение тюркоязычных племён (крупнейшие даррешури, булюки, кашкули, амале, фарсимадан), обитающих в области Фарс в Иране. Численность свыше 350 тыс. чел. (1970, оценка).

    Религия ислам. Около половины К. кочевники …   Большая советская энциклопедия

  • КАШКАЙЦЫ — (самоназв. кашкаи) формирующееся в народность объединение обитающих в области Фарс в Иране тюркоязычных племен. Числ. ок. 300 тыс. чел. (1959). Существует несколько версий о происхождении К. По одной К. происходят от халад жей одного из тюркских… …   Советская историческая энциклопедия

  • кашкайцы — кашк айцы, ев, ед. ч. аец, айца, твор. п. айцем …   Русский орфографический словарь

  • Иран — (до 1935 Персия)          I. Общие сведения          И. государство в Западной Азии. Граничит на С. с СССР, на З. с Турцией и Ираком, на В. с Афганистаном и Пакистаном. Омывается на С. Каспийским морем, на Ю. Персидским и Оманским заливами, в… …   Большая советская энциклопедия

  • Тюрки — Тюрки …   Википедия

  • Азербайджанцы — azərbaycanlılar آذربایجانلیلار, azərilər آذری لر …   Википедия

  • Фирузабад — Город Фирузабад فيروزآباد Страна ИранИран …   Википедия

  • Тест-драйв нового Nissan Qashqai — журнал За рулем

    Оцениваем второе поколение бестселлера Nissan по всем параметрам.

    01

    Nissan Qashqai. Производство: Великобритания, Россия. Продажи в России с лета 2014 г.

    НОВЫЙ ДРУГ ЛУЧШЕ?

    Пятичасовой перелет до Мадрида дал достаточно времени для размышлений о перспективах нового «Кашкая». За что в России ценили предыдущую модель, не растерял ли преемник ключевых составляющих успеха? Первое знакомство я свел с бензиновым турбомотором объемом 1,2 л. В линейке двигателей он заменил 1,6-литровый атмосферник такой же мощности — 115 л.с. С механической коробкой передач малолитражный «Кашкай» едет на удивление приятно, при троганье не норовит заглохнуть, на обгонах не пугает вялостью. Официальные цифры обещают превосходство над старым мотором по всем фронтам. Так что успокою тех, кто присматривается к базовой версии: по динамике и аппетиту она будет не хуже нынешней. Конечно, сделать краски блеклыми нетрудно: подсадить еще пару человек с багажом, включить кондиционер, заменить «механику» вариатором. Но давайте откровенно: у некоторых базовый агрегат невесел и при минимальной нагрузке.

    Зная предубеждение (и я, признаться, его разделяю) немалой доли соотечественников против малолитражных «жужжалок», опробовал машину со старым проверенным атмосферником и вариатором. Двухлитровый мотор сохранили специально для России: турбодвигателя объемом 1,6 л, более мощного, у нас не будет. В части динамики — никаких откровений. Давно знакомые агрегаты перенесли на новое поколение, облегчив снаряженную массу примерно на полсотни килограммов. Если вас устраивает уходящий «Кашкай» с этим же набором, то не разочарует и новый. Кроссовер с безнаддувным двигателем и вариатором по показателям разгона схож с 1,2-литровой модификацией на «ручке», но субъективно кажется медлительнее. А все дело в заунывном вое мотора на постоянных оборотах. Кстати, с полным приводом у нас будет доступна только машина с такой силовой установкой.

    Куда более приятные впечатления оставил 130-сильный турбодизель с вариатором. Мощный подхват следует с холостых оборотов, и я с непривычки поначалу норовлю подтолкнуть в бампер соседей по полосе. Взрывной характер быстро сходит на нет с ростом скорости, но сил хватает для уверенности и в городской черте, и на трассе. Однозначно лучший выбор по части удовольствия от езды и экономичности. Правда, цена такой версии вряд ли покажется привлекательной, большинство проголосует рублем за привычную бензиновую. А ежели не нужен полный привод, к тому же вы чаще едете, чем стоите в пробках, настоятельно советую присмотреться к машинам с механической коробкой — понравились и четкость включения передач, и настройки сцепления.

    ШАХМАТЫ ТОЖЕ СПОРТ

    Нас интриговали спортивным характером нового «Кашкая». Но в двигателях он не проявился и вариатор на атлета не тянет — за них отыгрывается подвеска. В топовой комплектации кроссовер поставили на 19-дюймовые (!) колеса. Шины 45-го профиля похожи на акынов: без устали рассказывают пассажирам обо всем, что чувствуют сами. И это на пусть не самых идеальных, но все же неплохих дорогах Испании. А теперь мысленно перенеситесь на наш асфальт, сошедший вместе со снегом. Причем энергоемкости шасси, скорее всего, хватает, но все же трясет изрядно. Дело исправит выбор более скромного уровня оснащения… или дизель. Машина с 1,6-литровым мотором на тяжелом топливе оказалась мягче остальных. Видимо, сказывается бóльшая снаряженная масса. В меню бортового компьютера — два режима усилителя руля. Но разница между ними заметна слабо, да и информативность у штурвала невысока. Не упирай маркетологи на слово «спорт» так усердно, никто и не придирался бы. Но коли пообещал — изволь соответствовать.

    04

    Сильная сторона «Кашкая» — шумоизоляция. Японские модели с каждым поколением прогрессируют по этому параметру. В машине тихо даже на 130 км/ч при шершавом асфальте под колесами. Причем дизель с вариатором и по акустике комфортнее бензиновой версии. На холостых же он выдает себя тихим приятным рокотом.

    ПОВЫШАЕМ СТАВКИ

    Хотя предшественник и опережал конкурентов по качеству отделки, все же над интерьером поработали основательно. Настройка сиденья занимает минимум времени, оно оптимально распределяет нагрузку и хорошо держит в поворотах. Сзади удобно усядутся только двое. Пресс-релиз гласит, что потолок стал выше на 10 мм. Однако в машине с опционной панорамной крышей у меня при росте 186 см над головой остается сантиметра полтора до обшивки потолка. Боюсь, первая же кочка намекнет рослым пассажирам «галерки», что они тут лишние. В европейских «Кашкаях» центральная консоль лишена воздуховодов к заднему дивану. Нас уверили, что российские машины их получат.

    15

    «Кашкай» по-прежнему близкий родственник «Х-Трейла». Теперь их роднит не только модульная платформа, но и дизайн.

    «Кашкай» по-прежнему близкий родственник «Х-Трейла». Теперь их роднит не только модульная платформа, но и дизайн.

    Ездовые параметры, дизайн, комфорт, опции — прогресс новичка виден по всем статьям. Наворотов у модели в избытке: светодиодные фары, автопарковщик, системы экстренного торможения, поддержания рядности и еще пяток электронных контролеров. Все они, разумеется, небесплатные.

    ПЛЮС Привлекательный дизайн, добротная шумоизоляция, бодрый 130-сильный дизель. МИНУС Вялый разгон бензиновых версий с вариатором. Обилие опций поднимет цену.

    Один из вариантов отделки — с контрастными светлыми сиденьями.

    Один из вариантов отделки — с контрастными светлыми сиденьями.

    ИСТОРИЯ ПЛЕМЕНИ «КАШКАЕВ»

    Премьера родоначальника семейства [1] прошла осенью 2006 года на мотор-шоу в Париже. Машину полностью разработали в Европе с учетом вкусов местных покупателей. Это первый подобный опыт «Ниссана». Конвейер на заводе в Сандерленде запустили в декабре того же года.

    В середине 2008 года предложили версию «+2» [2]. Кроссовер стал на 211 мм длиннее, получил увеличенную на 135 мм колесную базу и третий ряд сидений, пригодный, правда, только для детей или в случае совсем коротких поездок.

    Единственный рестайлинг [3] модель пережила на рубеже 2009–2010 гг. Внешность изменилась несильно, обновленный вариант проще всего узнать спереди. Интерьер облагородили переработанной передней панелью и комбинацией приборов.

    А БЫЛ ЛИ МАЛЬЧИК?

    При разработке новых машин маркетологи всё дальше оттесняют инженеров. И большинство фраз, говорящих о первенстве и лидерстве модели, содержат не всегда точную информацию. Например, первый не в мире, а лишь в Европе. Если кто-то засомневается, тогда уточнят. Остальные же пусть верят на слово.

    Меня удивило утверждение, что в конце 2006-го «Кашкай» основал класс компактных кроссоверов. Неужели тогда не делали «паркетников» длиной около 4,3 м с моторами 1,5–2,0 л? Еще как делали! К примеру, в самом разгаре была карьера «Хёндэ-Туссан» и «Киа-Спортидж», выпускавшихся с 2004 года. При сопоставимой длине они имели в точности такую же колесную базу — 2630 мм, передний или полный привод, 2-литровые бензиновые и дизельные моторы. В дебютный для «Ниссана» год вышли в свет «Додж- Калибр» и третье поколение «Тойоты-RAV4» — тоже предельно близкие по габаритам и энерговооруженности.

    Ах да, у базовых моторов «Кашкая» объем 1,5–1,6 л, тогда как указанные конкуренты стартуют с 2,0 л. Но и тут первенства не получится. В том же 2006-м завершили карьеру «Хонда HR-V» и второй RAV4, имевшие под капотом 1,6 и 1,8 л соответственно. Причем эта парочка была даже чуть компактнее «Ниссана». Так в чем же «Кашкай» стал первым, господа маркетологи? Уверен, у них всегда найдется ответ. Работа такая.

    НА ПЕРЕДОВОЙ

    Не погрешу против истины, назвав «Кашкай» второго поколения родоначальником нового дизайна марки. Вслед за самым компактным кроссовером его примерят «Х-Трейл» [1] и «Мурано». Из легковых моделей первой станет «Максима». Последние две машины пока существуют только в виде концептов под именами «Резонанс» [2] и «Спорт Седан» [3] соответственно.

    Nissan Qashqai – кочевники в городе

    Nissan Qashqai, автомобиль, созданный специально для города, появился в России этой весной. Самой удачное время, чтобы на изменчивой мокрой трассе и коварных лужах, скрывающих сюрпризы дорожного покрытия, испытать его большой дорожный просвет и систему полного привода. Этот автомобиль задумывался и создавался, как очередной гибрид. Маневренный и оригинальный, снаружи он отчасти повторяет очертания спортивного авто, внутри просторный и удобный, как хороший семейный хэтчбек и обладает проходимостью джипа. Говоря профессиональным языком, Qashqai – компактный кроссовер, именно такие автомобили пользуются повышенной популярностью в России.

    Попали в «яблочко»

    Название модели Nissan Qashqai произносится Кашкай – так называется свободолюбивое племя кочевников, населяющее территорию Ирана с XVIII века. Модель создана на основе концепт-кара, созданного и представленного на автосалоне в Женеве в 2004 году. Новинку относят к сегменту С, в котором Nissan Qashqai стал воплощением нового формата. На его разработку Nissan потратил почти 320 млн. евро.

    Nissan Qashqai отчасти напоминает и развивает концепцию Ford Fusion. Но классифицируется он немного выше предшественника и имеет большее количество модификаций. Это дает широкий выбор цен и привлекает потенциально большую аудиторию покупателей. По техническим характеристикам его ближайший брат Dodge Caliber, но стоит он дороже, поскольку оснащается более мощными моторами с передним приводом. В России эта марка пока не успела завоевать рынок, так что у Nissan Qashqai нет прямых конкурентов в своем классе.

    В последнее время японский дизайн отчасти потерял очарование, и создание новой модели доверили европейскому дизайнерскому центру Nissan Design Europe (NDE). Для NDE Nissan Qashqai стал первой серийной моделью, созданной на базе в Лондоне. Для продаж в Европейской части континента новинка будет производиться на английском заводе Nissan в Сандерленде. Часть автомобилей, которая отправится на продажу в Японию и на Ближний Восток, будет называться Dualis.

    Англичане создали для Nissan кроссовер, сочетающий в себе внешние идеи Ford Focus и Toyota RAV4. это вполне обоснованное сравнение, поскольку функционально это гибрид пассажирского и полноприводного автомобиля. Сверху автомобиль выглядит вполне динамично, благодаря плавным формам и скошенной линии профиля, которая приподнимается в задней части автомобиля. Многие находят в этой черте реплику дизайна Nissan Murano. Но габариты у «кочевника» Кашкай поменьше, да и цена пониже.

    Снизу Nissan Qashqai выглядит боле мощным, прежде всего благодаря увеличенному дорожному просвету. Усиливают впечатление большие колеса и выразительные обводы арок колес. Но, не смотря на детали, заявляющие о принадлежности к SUV, его можно отнести скорее к хетчбеками С-класса. Габариты Qashqai попадают точно в середину между этими большими классами: колесная база 2630 мм, высота 1610 мм, ширина 1780 мм, длина 4310 мм. Знатоки подсчитали, что «кочевник» на 100 мм обогнал в длину хетчбек, но на 150 мм не дорос до SUV. Примерно такая же разница и в высоту — Nissan Qashqai настоящая «золотая середина».

    Удобный до мелочей

    Компактный Nissan Qashqai внешне напоминает гольф-класс. Высоту автомобиля маскируют черные пластиковые накладки по периметру кузова, внутри же салон просторный и удобный. Благодаря таким же накладкам на колесных арках и на уровне бампера заметно сокращаются затраты владельца на косметический ремонт автомобиля, поскольку на парковке и в городской пробке полировка не страдает.

    Обивка салона предлагается в трех вариантах, в зависимости от комплектации можно заказать серебристую отделку ручек дверей и рулевого колеса. Верхняя часть передней панели, центральная консоль и обивка дверей изготовлена из мягкого пластика.

    Система Handsfree с беспроводным модулем Bluetooth входит в базовую комплектацию. Аудиосистема укомплектова 6 динамиками, но меломанов огорчит то, что формат MP3 устанавливается опционально. Он есть только в более дорогих версиях LE Tecna Pack и LE+, как и мультимедийный дисплей, на который при парковке проецируется изображение с камеры заднего вида. Подобная «топовая» комплектация стоит от $32000 и выше. Небольшой недокомплект, которому можно только порадоваться – отсутствие пепельницы, серьезный стимул для того, кто решил бросить курить. Вместо прикуривателя стоит заглушка с надписью 12v.

    Машина наверняка найдет много поклонниц среди прекрасной половины человечества, потому что в противосолнечных козырьках предусмотрены зеркала с автоматически включающейся подсветкой. В салоне просто обилие всевозможных подстаканников, кармашков и полостей для всяких мелочей, которые так любят женщины. Многие к тому же подсвечиваются. И мужчины не будут обижены – перчаточный ящик настолько просторный, что в него можно положить 3 двухлитровые бутылки с напитками, или любой иной весьма солидный джентльменский набор. В списке функций – охлаждение полости перчаточного ящика.

    Японцы мастера по части мелких салонных приспособлений. Они умеют оптимально разместить все необходимое на минимальном пространстве и поэтому в Nissan Qashqai есть масса приятных электронных устройств, облегчающих жизнь водителя. Это датчик дождя, автоматическое включение фар, автоматически затемняемое внутрисалонное зеркало, регулируемый по вылету центральный подлокотник. Само собой разумеется, что установлены электростеклоподъемники, хотя режим «авто» работает только у водителя.

    На все случаи жизни

    Место водителя организовано с дизайнерской фантазией и напоминает кокпит дорогой яхты. С одной стороны, это обеспечивает удобный доступ к органам управления, с другой, некоторым не нравится то, что панель приборов перегружена. Зато сиденья просто роскошные. Их подлокотники обшиты кожей, а развитая боковая поддержка дарит ощущение безопасности.

    При движении назад выявляется минус спортивного дизайна салона, поскольку обзорность оставляет желать лучшего. С-стойки ограничивают видимость и через маленькое заднее окно трудно разглядеть дорогу. Приходится полагаться на помощь парктроника, но в базовой комплектации идут только датчики стоянки. Минусы компенсируются тем, что водительское сиденье расположено высоко и позволяет расширить угол обзора.

    Боковые зеркала большие, но при парковке или в пробке вы их не заденете, потому что электропривод прижимает их к кузову, как только вы нажмете на кнопочку на кокпите. Зато большой размер и обогрев обеспечивают отличный обзор в любую погоду.

    С одной стороны, салон Nissan Qashqai рассчитан на 5 пассажиров. С другой – центральный подлокотник сзади оставляет там место только для двух человек, зато позволяет им расположиться просторно и с большим комфортом. В таком виде автомобиль не уступает хэтчбекам гольф-класса. Все кресла имеют обычный набор регулировок, кроме этого водительское сиденье можно подогнать себя по высоте. К тому же место водителя и переднего пассажира подогреваются.

    Климат-контроль двухзонный, а система вентиляции Mild Flow в сочетании с ним позволяет каждому устанавливать индивидуальную температуру в салоне. Все это доступно во всех комплектациях, кроме минимальной. Максимум возможностей предоставляет круиз-контроль, устанавливаемый опционально.

    Объем багажника несколько скрадывает высокий пол, под которым размещено запасное колесо. Тем не менее, в зависимости от положения задних сидений его объем достигает от 400 до 1500 литров. Вариантов увеличения объема несколько, поскольку сиденья могут быть сложены полностью или по частям в соотношении 60:40. Открывающаяся задняя дверь позволяет загрузить багажник без всяких проблем с размещением багажа. Негабаритные длинные грузы можно разместить в салоне, дополнительно сложив и переднее пассажирское сиденье.

    На дороге по-европейски

    Хороший кочевник, которым без сомнения является Nissan Qashqai в силу племенной принадлежности, должен отлично бегать. И он справляется с этой задачей, несмотря на то, что движок у модели не самый мощный. Выбрать можно из трех вариантов. Бензиновый двигатель объемом 1,6 литра идет в комплекте с механической пятиступенчатой коробкой переключения передач. Более мощный двухлитровый агрегат оснащается шестиступенчатой МКПП или коробкой, которая также является механической, либо с CVT (бесступенчатый вариатор).

    Плюс Nissan Qashqai – клиренс более 200 мм. Минимальная комплектация стоит $21 900. Максимальная стоит $34 350 и включает полный привод, массу опций и вполне может конкурировать с любимицей русских Toyota RAV4. «Кочевник» не такой «понтовый». Он компактнее, а значит и иманевреннее в городских условиях. Топовой решено сделать версию, в которой вместо камеры заднего вида установлены датчики парковки. У нее отсутствует только цветной экран и МР3.

    Функционально устанавливается электроусилитель руля, управляемый электроникой. Несмотря на это, руль ничуть не потерял в чувствительности.

    Все тест-драйвы показывают, что подвеска Qashqai настроена по-европейски и чувствительно реагирует на такие сюрпризы отечественных дорог, как «лежащие полицейские», рельсы и ямы. Зато Qashqai практически лишен кренов, которыми грешат подобные высокие автомобили. Устойчивость и маневренность обеспечивает и независимая многорычажная задняя подвеска.

    Автомобиль получился вполне скоростным, в городе практически негде испытать его по полной программе: оптимальная скорость – до 150 км/ч. Однако тронуться с места на подъеме довольно тяжело. Как и положено кочевнику, Qashqai хорошо ведет себя на песке. Если передние колеса начинают буксовать, на модели с вариатором включаете блокировку центрального дифференциала и легко выбираетесь на дорогу. Благодаря CVT и разгон получается плавным.

    Вообще, модель с вариатором обладает целым рядом достоинств. Он позволяет эффективно тормозить при помощи передачи. К динамике автомобиля надо привыкнуть — вариатор срабатывает быстрее ABS и автомобиль останавливается раньше, чем вы ожидали.

    Помимо двигателя, можно выбирать и между передне- и полноприводной версиями. В полноприводном автомобиле доступны режимы движения с передними ведущими колесами, включении задних колес при пробуксовке и с жестко заблокированной муфтой 4 на 4. точно такой же принцип действия трансмиссии уже используется на Nissan X-Trail. Это позволяет экономить топливо при движении в городе и выбираться из грязи на природе. На моделях с двухлитровым двигателем может быть применена усовершенствованная система полного привода All Mode 4×4. Она автоматически распределяет крутящий момент между осями в зависимости от дорожной ситуации.

    5 звезд

    Порадует Nissan Qashqai и тех, кто внимательно относится к обеспечению собственной безопасности. Автомобиль просто напичкан новейшими электронными системами. Есть и антибликовое зеркало заднего вида, и противотуманные фары. Предусмотрительные японцы настроили фары так, что на всех версиях они включаются автоматически с поворотом ключа. Разработана система крепления детских сидений, а дверные замки оснащены защитой от случайного открытия детьми. Жесткий каркас кузова частично гасит энергию удара. Установлены 6 передних и боковых подушек безопасности, дополненные боковыми шторками безопасности; у водителя и переднего пассажира работают активные подголовники для защиты шеи от травм; трехточечные ремни безопасности с аварийной блокировкой и преднатяжителями – все это входит в базовую комплектацию.

    В движении спокойствие пассажиров обеспечивают такие системы активной безопасности, как система распределения тормозных усилий (EBD), система помощи при экстренном торможении (Nissan Brake Assist) и антиблокировочная система тормозов (ABS). Помимо различных интеллектуальных схем и технологий, надежные тормоза Nissan Qashqai имеют самый большой диаметр в классе кроссоверов. К тому же сохранять курсовую устойчивость помогает самая современная система динамической стабилизации.

    По результатам краш-тестов, проведённых институтом EuroNCAP, Nissan Qashqai оказался самым безопасным автомобилем в своем классе. Nissan Qashqai получил максимальные баллы за защиту грудной клетки водителя, защиту переднего пассажира и за защиту ребенка. Несколько меньше баллов «кочевник» набрал в испытании на обеспечение безопасности пешеходов – немного не добрал до трех звезд. Результаты краш-тестов EuroNCAP.

    Nissan Qashqai: защита водителя – 5 звезд; защита ребенка – 3 звезды; защита пешехода – 2 звезды.

    Цены и варианты

    В начале апреля начались продажи автомобиля Nissan Qashqai на мировом рынке. За это время уже продано около 50 тысяч машин, в то время как планировалось продавать не более 130 тысяч машин в год. Вместе с автомобилем Mitsubishi Pajero IV, Qashqai был в России признан «Лучшим внедорожником 2007 года» в номинации «Премьера года».

    Российские поклонники Nissan не обижены, поскольку поставляться Qashqai будет в пяти комплектациях: Visia, Akenta, Tekna Pack, Navi Pack. Рынок увидит все варианты двигателей и трансмиссий. В версии с 2-х литровым двигателем можно будет заказать полный привод в списке опций. В остальных вариантах можно будет выбирать между передним приводом, или полным, автоматически подключаемым при пробуксовке передних колес.

    Приятно отметить, что цены для России определены в долларах, а не евро, что делает их уровень немного ниже. В частности, полноприводной Qashqai с мощным 2,0-литровым мотором и механической 6-ступенчатой КПП будет стоить около $34000. Но автолюбителями замечено, что без полного привода машина получается быстрее и экономичнее. Заодно можно сэкономить в цене – от $24400 до $28 150.

    Кашкайцы – тюрки-кочевники, которые живут в Иране

    Перемещаясь со своими стадами с берегов Персидского залива зимой в более прохладные горы вокруг Исфахана летом, кашкайцы, в основном, все еще ведут традиционный образ жизни, не очень отличающийся от практикуемого их предками, пишет Джоан Торрес.


    Кашкайцы – это группа тюркоязычных племен, представляющие собой второе по численности этническое меньшинство в Иране после азербайджанцев. Во время своих путешествий мне довелось побывать в нескольких лагерях кочевников и переночевать в одном из них. По некоторым подсчетам, в стране около миллиона людей ведут кочевой образ жизни, что составляет 1,25% от числа всех жителей. Это означает, что Иран имеет крупнейшее в мире кочевое население наряду с такими странами, как Кыргызстан и Монголия.

    Более того, Иран настолько разнообразен в культурном и этническом отношении, что даже его кочевники представлены различными группами и племенами, причем кашкайцы, пожалуй, являются самым многочисленным.

    Кашкайцы постоянно кочуют через Загрос – горный хребет, расположенный в западном Иране, отделяющий его от Ирака. Они говорят на кашкайском языке, но вместе с этим, все свободно владеют персидским. Как и большинство иранцев, кашкайцы являются мусульманами-шиитами.

    Кашкайцы – тюрки-кочевники Ирана.

    Источник: en.wikipedia.org

    Географически Иран удивительно разнообразен – даже в одном регионе всего в нескольких сотнях километрах друг от друга можно найти все климатические зоны. Это главная причина, по которой на протяжении веков по этой земле постоянно кочевали разные племена. Зимой они остаются в районе Персидского залива, а когда становится жарко, начинают двигаться на север. Весной и осенью вы можете встретить кочевников в горах возле Шираза, а летом – возле Исфахана.

    Жизнь кашкайцев довольно тяжелая. Представьте, что вы ходите в поход каждый день – в этом и заключается их жизнь. В своем перемещении кочевники ориентируются на водные источники, полагаются на солнечную энергию и сильно зависят от своих стад. Они самодостаточны, и стада овец и коз являются их основным источником дохода. От этих животных они получают мясо, сыр и молоко, а также продают их на рынках разных городов.

    Юрюки – современные кочевники Турции.

    Источник: en.wikipedia.org

    Поэтому неудивительно, что в последние десятилетия многие кашкайцы отказываются от традиционного образа жизни и переезжают в города. Но не все могут сделать это. Проблема в том, что многие из них неграмотны и не могут найти хорошую работу.

    Вместе с этим, большинству действительно нравится кочевая жизнь, они очень гордятся тем, что продолжают традицию, которая продолжается уже много поколений.

    Распорядок дня кашкайцев почти такой же, как у кочевников, с которыми я познакомился во время путешествий по Кыргызстану и Центральной Азии. Просыпаются они утром с восходом солнца, мужчины уходят со своими стадами, а женщины остаются в лагере, занимаясь ежедневными домашними делами. Кашкайцы выращивают коз, овец и кур, и их рацион основан на продуктах, которые получают от этих животных. У них всегда на столе есть свежее молоко, домашний йогурт и сыр. Остальную еду, включая рис и овощи, они покупают на рынках окрестных городов.

    В культурном отношении одно из отличий кашкайцев от центральноазиатских кочевников состоит в том, что они гораздо более консервативны. Во время путешествия по Кыргызстану я общался с женщинами-кочевницами и делил трапезу с ними. Между тем, у иранских кочевников существует четкая половая сегрегация, как и в большинстве традиционных мусульманских деревень.

    Уроки для современного общества от кочевого мусульманского племени.

    Источник: en.imna.ir

    Источник: reddit.com

    Источник: lensculture.com

    Источник: lensculture.com

    Источник: yashar-bish.com

    Источник: tripadvisor.co.uk

    Источник: yashar-bish.com

    Исламосфера

    Тест-драйв Nissan Qashqai — выскочка

    Nissan привык удивлять, удивлять своими автомобилями, их качеством, а главное ценой. На этот раз Nissan превзошли самих себя, выводя на рынок абсолютно новую модель Qashqai (произносится «Каш-кай»). Полу-джип, полу-универсал, полу-легковой автомобиль уже завоевал небывалую популярность среди клиентов, а по самым последним данным независимой европейской программы оценки новых автомобилей Euro NCAP, стал самым безопасным для взрослых пассажиров в своем классе за всю 10-летнию историю существования программы.


    Высокие показатели стали возможными за счет строения кузова и шести подушек безопасности, входящих в стандартную комплектацию. Qashqai имеет схожие габариты с Ford Focus, но меньше популярных «паркетников» вроде Toyota RAV4 или Honda CR-V, и цена находится где-то посередине – от $23 120 за передний привод и механику, до $34 350 за полный привод, автоматическую коробку передач и максимальную комплектацию. Пользуясь этими данными, тысячи клиентов сделали заказ на Nissan Qashqai, даже ни разу не взглянув на автомобиль живьем. Правильно ли они поступили? Сейчас разберемся…
    Для начала пару слов о названии модели. Для определенных рынков автомобильные производители не могут использовать названия своих моделей из-за двойной трактовки его смысла. Например, Mitsubishi Pajero не может продаваться под таким названием в Испании и других испаноязычных странах, т.к. слово «Pajero» на этом языке означает, говоря приличным языком, «мужчина нетрадиционной сексуальной ориентации». Итальянский Fiat Punto, все в той же Испании тоже не приживется, ведь «Punto» на испанском означает «маленький член».
    По тем же причинам Daewoo Kalos прижилась в России как Nexia. В слове Qashqai (Каш-кай) ничего не слышится, но прозвище автомобиля в народе уже появилось. На самом деле Qashqai – это племя кочевников, обитателей пустыни, живущих рядом с горами Загрос в юго-западном Иране. Россиянам об этом племени ровным счетом ничего не известно, но японцы вложили в название глубокий смысл о вольно странствующем народе. Nissan Qashqai уроженец Англии, но с японскими корнями, модель производится на том же заводе в Сандерленде, где до недавнего времени выпускалась Almera Classic. Объем производства с появлением Qashqai в этом году составит порядка 400 тысяч автомобилей в год. Дизайн создавали там же – в Европейском дизайн-центре Nissan в Лондоне, а свои истоки автомобиль берет в Японии, где и родилась концепция дизайна. Экстерьер Nissan Qashqai обманчив для глаз, точно определить к какому классу он относится сложно. В российском представительстве его приписывают к универсалам, но с виду он не кажется таковым.
    Взглянув на размеры нам становится четко ясно – он просто немного выше обычных хэтчбеков вроде Ford Focus, Mazda3, Volkswagen Golf и т.д., в длину даже меньше некоторых из них. В этом и заключается вся прелесть: стоило завысить кузов на несколько сантиметров, а также адаптировать дизайн, как представления об автомобиле тут же изменились. Внешний вид Nissan Qashqai почти уникален, он не похож ни на конкурентов, ни на своих собратьев.
    Рельефный капот, стильная решетка радиатора, фары, заходящие на передние крылья, большая площадь остекления, задние фонари обтекаемой формы способствуют приданию динамичности экстерьеру. Задние фонари разделены на две части, одна закреплена на задних крыльях, другая открывается вместе с пятой дверью. В зависимости от комплектации на Qashqai устанавливаются 16-дюймовые стальные диски с шинами 215/65 R16 или 17-дюймовые легкосплавные и шины размерностью 215/60 R17. Преимущество заключается и в 200-миллимитровом дорожном просвете, а также в нижней части бамперов, накладках на арки и порогах, которые сделаны из пластмассы, не окрашены в цвет кузова, а следовательно, менее подвержены повреждению и коррозии, — как приятно для России.

    Внутри все выполнено в лучших традициях Nissan – приемлемое качество за соответствующие деньги. Все органы управления находятся в водительской зоне. Начнем с рулевого колеса, оно многофункциональное уже в стандартной комплектации, на рулевую панель выведены звук аудиосистемы, круиз-контроль и управление беспроводной телефонной связью Bluetooth, которая также входит в стандартное оснащение. Тянуться большим пальцем до кнопок управления громкостью и источником воспроизведения тяжело, они расположены внизу центральной панели руля, и всякий раз приходится отрывать руку. Обод рулевого колеса обшит грубой неприятной кожей, больше похожей на пластик. За рулем скрывается приборная панель с оранжевой подсветкой. Между спидометром и тахометром зияет ярко-оранжевый круглый дисплей, в нем не только обозначены показания маршрутного компьютера, но и причудливые электронные датчики температуры охлаждающей жидкости двигателя и уровня топлива – довольно современно. Шкала приборов освещается белыми светодиодами и оранжевой подсветкой, которая должна стать визитной карточкой для всех последующих моделей Nissan.


    Возле левой двери на торпедо поместили кнопку отключения системы стабилизации, последняя доступна только для топовых версий Nissan Qashqai «LE» и «LE+». На центральной консоли все намного проще, там под двумя круглыми дефлекторами расположены аудиосистема и двух-зонный (начиная с комплектации SE) климат-контроль. Далее по центральному тоннелю — рычаг автоматической коробки передач, рукоятка стояночного тормоза, два подстаканника и вещевой бокс с выдвижным подлокотником. Здесь же расположен регулятор полноприводной трансмиссии All-Mode 4х4, для соответствующих исполнений Nissan Qashqai. Пластик мягкий, а кожа на сидениях приятна на ощупь.

    На передних сиденьях развитая боковая поддержка в области спины и в области ног, что обеспечивает достойное положение корпуса во время маневров, у водителя есть возможность отрегулировать высоту кресла и положение руля в четырех плоскостях. Для размещения крупногабаритного багажа, спинки задних сидений складываются вровень с подушкой, объем багажника за счет высокой крыши больше чем у легковых хэтчбеков, но примерно такой же как у универсалов – 352 литра минимум и 1513 максимум. Двум пассажирам сзади будет комфортно и по ширине, и по высоте, и по удаленности от передних кресел. Трое стройных будут чувствовать небольшое стеснение, а упитанным сзади будет совсем тяжело. Вместо третьего пассажира сзади гораздо приятнее разложить подлокотник-подстаканник.
    По комплектации Nissan Qashqai несомненно порадует своего владельца, особенно в том варианте, в котором он побывал у нас на тесте – «LE». Правда заплатить придется $29 650 за передний привод и «автомат» или $32 050 за полный привод и «автомат». В этом случае клиент получает двухзональный климат-контроль, систему доступа без ключа, ESP, задние датчики парковки, ксеноновые фары ближнего света. Только 6CD-чейнджер все равно не прочитает формат mp3, за это надо доплатить еще $2300, а в подарок дадут монитор и камеру заднего вида вместо датчиков парковки. Стоит ли овчинка выделки, каждый решает для себя сам.
    Платформа Nissan Qashqai под кодовым названием «C» разработана с нуля совместно с партнером по альянсу компанией Renault. Qashqai стал первым представителем этой серии, а значит, подобные модели скоро появятся как с одной, так и с другой стороны. Независимая подвеска, примененная на Nissan Qashqai, оставила противоречивые впечатления. С одной стороны, автомобиль хорошо держит дорогу и проходит повороты с минимальными кренами, с другой стороны рулевое управление с электроусилителем невнятное, связь с покрытием зачастую пропадает, а на ямах и кочках амортизаторы издают приглушенный стук, особенно это чувствуется сзади, где «пятая точка» тела ощущает настоящий удар. Примерно такие же ощущения оставляет Nissan Almera Classic, но последний стопроцентный легковой автомобиль, да к тому же созданный специально для стран третьего мира, где кроме цены все остальное ничего не значит. Nissan Qashqai в этом отношении явно разочаровывает, ему не хватает мягкости, а кое-где он излишне жесткий. Одной из причин дискомфорта сзади можно назвать большой угол наклона амортизаторов для максимального увеличения полезного пространства багажника, из-за этого у них просто не хватает хода отбоя. Тормоза на обеих осях дисковые, для полноприводного автомобиля они довольно эффективны, во всех исполнениях на Qashqai устанавливается антиблокировочная система (ABS), система распределения тормозных сил (EBD) и система помощи при экстренном торможении (BA).
    Система полного привода может работать в трех режимах, переключаемых поворотным выключателем из салона. «2WD» — означает передний привод, режим «Auto» предполагает подключение задней оси при проскальзывании колес на передней, в последнем — «Lock», при помощи электромагнитной муфты, установленной в заднем мосту, принудительно блокируются обе оси, а крутящий момент распределяется в соотношении 50:50. Но не думайте, что от этого Qashqai хоть как-то способен передвигаться по серьезному бездорожью. Во-первых, откровенно дорожные шины просто не позволят получить нужное сцепление с поверхностью. Во-вторых, Qashqai, просто напросто, не внедорожник, мы все же попытались узнать грань его возможностей и застряли в первом же поле. Так как внедорожник из Qashqai некудышный, трактор оказался совсем близко.

    На Nissan Qashqai устанавливаются два типа двигателей 1,6-литровый мощностью 115 л.с. и 2,0-литровый 140-сильный. Оба двигателя имеют рядное расположение четырех цилиндров и оба комплектуются как механической так и автоматической коробкой передач. Тестируемый автомобиль был оснащен мотором 2,0 литра вкупе с АКПП. Вместо привычной коробки передач Qashqai получил бесступенчатый вариатор CVT, для компании это не новинка, CVT уже освоил такие модели как Teana и Primera, а также успешно применяется на автомобилях конкурентов. Его главная достоинство – непрерывная передача крутящего момента, благодаря которой переключения и толчки вовсе отсутствуют. Nissan Qashqai разгоняется плавно и равномерно, а хорошую динамику обеспечивает крутящий момент с максимальным значением 196 Нм, 90% которого доступны уже при 2000 об/мин.
    Резюмируя вышесказанное, можно отметить, что Nissan Qashqai стоит своих денег. Он представляет из себя синтез практичности и индивидуальности, можно даже согласится с Nissan и обозначить модель как новый класс, который только начал свое формирование. Все достоинства универсалов и хэтчбеков собраны в кузове с немного большими возможностями. Обидно за откровенно легковую подвеску, причем не самую лучшую из тех, которые могли сделать. Зато радостно за хороший мотор, коробку, богатую комплектацию и проверенную безопасность.

    Источник: Avto.ru

    Nissan Qashqai 2.0 4WD

    28.02.2022 Новости партнеров

    Квартири в Софіївській Борщагівці від забудовника часто становятся первым серьезным приобретением у многих людей, после чего они часто принимают решение и о необходимости покупки авто. Автомобиль Qashqai назван в честь племени кочевников-кашкаев. Что у них общего с компактным SUV’ом? Да ничего, кроме, может быть, врожденной тяги к странствиям. Впрочем, эта модель Nissan’а далеко не единичный случай маркетинговой бессмыслицы. Qashqai – самая популярная модель Nissan’а. С начала продаж Qashqai разошелся тиражом почти 8 тыс. экземпляров и лидирует среди других моделей Nissan’а. Горожан, у которых SUV пользуется популярностью, не смущает ни его имя, ни его слабые внедорожные свойства. Их больше интересует его пригодность к повседневной эксплуатации. И тут Qashqai демонстрирует, что он может преданно служить семье. Внутрь садиться удобно, как в хетчбек, но посадка здесь выше, а обзор вперед лучше. Увидеть то, что делается у тебя за спиной, труднее, но ситуация некритична.

    А вот сможет ли наш 2. 0 4WD в комплектации Tekna продолжить традиции японского качества прежних лет? К чести производителя, бортовой журнал пестрит положительными отзывами о тихом двухлитровом бензиновике. Его расход (9–10 л) большинство водителей считают нормальным. На шоссе Nissan можно разогнать до 200 км/ч, поэтому на нем с удовольствием ездили в командировки. Хвалили также удачный подбор материалов, удобные сиденья и понятные органы управления. Высокую посадку и комфортную подвеску считают идеальными для путешествий. И он не одинок в своей оценке. Но больше единодушия тест-пилоты проявили в отношении наиболее существенного недостатка Qashqai – предупреждающих сигналов по любому поводу. Частично защититься от звуов можно, правильно управляя механизмом запуска двигателя с помощью кнопки. Но система допуска без ключа сама об этом не рассказывает. 

    Проанализировав записи в бортовом журнале, составили список недостатков, в который внесли слабый подогрев сидений, шумы от встречных потоков воздуха на высокой скорости, практически недоступные проушины крепления Isofix и неудобно расположенный заливной масляный патрубок. Со всеми этими недочетами можно смириться, к тому же они не имеют ничего общего с долговечностью Nissan’а. Здесь он почти не позволяет себе слабостей, хотя и недотягивает до легендарной прочности прежних японских моделей. Но то, что этот Nissan, по сути, добротный автомобиль, доказала панорамная крыша, серийная в комплектации Tekna. Она сохранила герметичность и к концу теста не покрылась трещинами. Но зато тестовый Qashqai несколько раз кряду терял защитный колпачок от замка водительской двери, и в результате пришлось просто заменить ручку.

    Новое племя кочевников | Статьи

    Непривычное название, правда? Кэш? Кушак? Кошак? Впрочем, трудно читаемые слова встречаются и в русском языке. Еще Льюис Кэрролл заметил, что транскрипцию слова «защищающихся» — zashtsheeshtshayoushtsheekhsya не может осилить ни один иностранец. А это всего ничего — родительный падеж множественного числа причастия. Что касается Qashqai, то тут все просто — «Кашкай», а обозначает он племя кочевников, живущих где-то рядом с горами Загрос на юго-западе Ирана.

    Такое название не случайно. Кочевники — это как раз под стать новому компактному кроссоверу. Qashqai попал в класс, в котором сейчас можно насчитать три-четыре автомобиля. Все они построены или подходят по размерам к автомобилям класса «С», но обладают дополнительными возможностями, позаимствованными от SUV. Получается, что Qashqai — это среднее арифметическое между Nissan Almera и X-Trail.

    Внешне он очень мило выглядит. Сзади — в три четверти — это словно чуть уменьшенный красавец Murano, а спереди он немного самобытный, но все равно приятный автомобильчик. Кузов по периметру защищен пластиковыми латами, на капоте два ребрышка, а сзади спойлер — молодежь должна быть счастлива.

    Чтобы получить такой, японцы сделали все, что только было возможно. Позвали лучших дизайнеров из Великобритании, сравнивали маркетинговые исследования, опросили фокус-группы. Они даже пригласили журналистов из «Авторевю» в момент обкатки-доработки, чтобы те сказали свое веское слово. То, что получилось в итоге, нравится, кажется, всем… кроме самих журналистов. Судя по их заметкам, Qashqai их не вдохновил. Больше всего им не нравится динамика и валкость: мол, всего два литра — это довольно вяло и подвеска мягкая.

    Но не надо на слово верить людям, испорченным BMW M5, Mitsubishi Lancer Evolution IX и Lamborghini Murcielago. Да, на спортивный автомобиль не тянет, но он динамичный и отзывчивый. А валкий… ну а что они хотели от машины с дорожным просветом 20 см? У Qashqai проблемы совсем не с тем, как удержаться в повороте, а как бы не проехать над этой самой Lamborghini. Хотя нет, я знаю, чем Qashqai их раздражает. Чтобы выдумать, чем Qashqai может быть плох, и ни разу не наврать, нужно просидеть перед компьютером минут сорок, но придраться по сути не к чему.

    Внешне он довольно красив, но не так чтобы девчонки отвлекли от дороги, требуя номер мобильного телефона. Внутри Qashqai тоже хорош, сиденья с боковой поддержкой, руль легкий и довольно информативный для «почти SUV». Даже материал салона и качество пластика (любимые поводы для придирок) оставляют очень хорошее впечатление. И чем дальше начинаешь изучать машину, тем оно лучше.

    Вот крутилка полного привода — ALL-MODE 4×4 — точно такого же, как на X-Trail. Если не хочется тратить лишнее топливо, его лучше поставить в положение 2WD, и передний привод будет экономить, а если выпал снег или пошел дождь, то можно включить автоматический режим или вообще заблокировать муфту. Здорово! Но это еще не все: на руле тут управление магнитолой и подключаемым мобильником. Кстати, эта игрушка доступна в любой комплектации, даже начальной. А для адептов электронного рая в самой дорогой версии предусмотрена камера заднего вида, цветной дисплей, навигация (карту пока не сдали, но дилеры заговорщически сообщают, что это не проблема) и бесконтактный ключ.

    Стоит завести Qashqai, как из него уже не хочется выходить. Едет хорошо. Как я уже говорил, он очень отзывчивый, и это почти единственный вариатор из всех, что я знаю, который не только воет, но и что-то делает. Динамика, может, и не бог весть какая, но Qashqai не «тупит», как машины с автоматами, а топлива потребляет даже меньше, чем в ручном варианте хотя, кого я уговариваю, не нравится вариатор — пожалуйста, есть шестиступенчатая ручная коробка.

    Поездив на нем, я пришел к выводу, что это одна из лучших машин на каждый день. Она не забывает ни о пассажирах (нежные подвески и деликатный вариатор), ни о том, что в «ИКЕА» большие коробки с мебелью (багажник выдержит их все), ни о том, что последние километры до дачи тоже нужно как-то проехать (полный привод и высокий клиренс).

    Что касается денег, то цены на Qashqai довольно демократичные. Самая доступная версия с двигателем 1.6 и передним приводом начинается от $21 900. Самый доступный полноприводный вариант с двигателем 2.0 стоит $26 800, а протестированный Qashqai стоил $32 050. В эту сумму вошел двухлитровый двигатель, вариатор, полный привод, кожаный салон, подогрев сидений, климат-контроль и круиз-контроль. Если добавить еще две тысячи, то можно рассчитывать на ксенон, навигацию и камеру заднего вида.

    +

    1. Даже в базовой комплектации магнитола «дружит» с мобильником

    2. Навигация, видеокамера заднего вида и цветной экран в классе С

    3. Серьезный полный привод от Nissan X-Тrail и дорожный просвет 20 см

    1. Многорычажная подвеска не любит кочки

    2. Дизелей мы не увидим

    3. Панорамная крыша для нашей страны недоступна

    Nissan Qashqai 2.0 4WD

    Тип кузоваКроссовер
    Количество дверей/мест5/5
    Длина/Ширина/Высота, мм4310/1780/1610
    Дорожный просвет, мм200
    Объем двигателя, см31998 см3
    Мощность, л. с.140/6000 л.с.
    Крутящий момент196/4800 н*м
    ПриводПолный подключаемый
    Кол-во передач мех. коробка (вариатор)6 (6 «виртуальных»)
    Тип передней подвескиНезависимая, пружинная McPherson, со стабилизатором
    Тип задней подвескиНезависимая, пружинная многорычажная, со стабилизатором
    Объем топливного бака, л65
    Время разгона (0-100 км/ч), с10,6 (11,3)
    Максимальная скорость, км/ч190
    Расход топлива на шоссе л/100 км6,8 (6,5)
    Расход топлива в городе л/100 км10,8 (10,4)
    Расход топлива Смешанный цикл л/100 км8,2 (8,0)
    Размер шин215/65R16, 215/60R17

    Одноклассники

    Dodge Caliber от 18 100 евро

    Прямой конкурент переднеприводному Qashqai. Двигатель 1.8 у Caliber доступен только с ручной коробкой передач, а вариатор ставят только с двухлитровым двигателем. Привод только передний, но дорожный просвет остался 20 см. Салон выгодно отличают встроенный холодильник для газировки и фонарик на аккумуляторах. Дисплей с навигацией — опция.

    Jeep Compass от 25 800 евро

    У Compass привод полный и более мощный, чем у Caliber, двигатель 2.4 л. По динамике он вполне сравним с двухлитровым Qashqai. Внутри это тот же Caliber, благо база у них одинаковая, но холодильник для напитков куда-то исчез. Дисплей с навигацией — опять же опция. В отличие от многих других Compass можно заказать и в дизельном варианте.

    Кашкаи Ирана | Культурное выживание

    Несмотря на изнурительные политические и экономические преобразования в 1960-х и 1970-х годах, большая часть из 400 000 кашкаев юго-западного Ирана по-прежнему являются кочевниками-скотоводами. Революция 1978-1979 годов и создание новой Исламской Республики Иран привели к быстрому возрождению трайбализма и возобновлению чрезвычайно продуктивного скотоводства. Такие изменения, вызванные государственной политикой, распространяются на всю историю Qashqa’i.

    Кашкайская конфедерация возникла в восемнадцатом веке как объединение различных племенных групп. Лица тюркского среднеазиатского и кавказского происхождения — первые кашкайские ханы — фактически выполняли функции государственных чиновников, посредников между соплеменниками и государством. Это было основной функцией кашкайских лидеров в двадцатом веке.

    Народ кашкаи, состоящий из турок, луров, курдов, арабов, персов и цыган, традиционно практиковал смешанную экономику кочевого скотоводства (овцы и козы, верблюды использовались в качестве транспорта), земледелия (зерно) и ткачества.Их долгие сезонные миграции в 350 миль между равнинными зимними и высокогорными летними пастбищами в южных горах Загрос привели их к Ширазу, крупному городу южного Ирана и рынку для продуктов Кашкаи.

    В девятнадцатом веке конфедерация Кашкаи была относительно автономной. Шахи Каджарского Ирана не могли напрямую управлять племенно организованными кочевниками-скотоводами и полагались на кашкайских ханов и других вождей племен для выполнения определенных государственных функций в своих областях, например. г., налогообложение, призыв на военную службу и поддержание правопорядка. Ханы, создавшие мощную политическую и экономическую базу на юге Ирана, были частью местной и национальной элиты и играли видную роль в иранской национальной и международной политике. На рубеже двадцатого века кашкайские ханы поддержали успешную конституционную революцию против деспотического правления каджарских шахов, а во время Первой мировой войны их сторонники сражались с британскими вооруженными силами, импортированными из Индии.

    В 1920-х и 1930-х годах Реза-шах, отец последнего шаха Ирана, проводил жесткую политику против кашкаев и других скотоводческих кочевых народов и этнических меньшинств, чтобы централизовать и модернизировать свое новое национальное государство. Он казнил, сослал и заключил в тюрьму лидеров кашкаи, и соплеменники кашкаи попали под власть коррумпированных правительственных чиновников. Реза-шах заставил кашкаев прекратить миграцию и поселиться в деревнях; районы, выбранные для поселения, были негостеприимны для кочевого скотоводства и земледелия, и большинство кашкайцев не могли поддерживать достаточные средства к существованию.

    В 1941 году англо-российская оккупация Ирана вынудила Реза-шаха отречься от престола, и на престол вступил его сын Мохаммад Реза-шах. Лидеры кашкайцев сбежали из-под стражи правительства и вернулись на юг Ирана, чтобы возобновить лидерство в племени и регионе. Кашкайцы покинули свои поселения и вернулись к кочевому скотоводству.

    Мохаммад Реза-шах, поначалу слабый правитель, мало что сделал для предотвращения быстрого восстановления власти кашкаев в регионе, и кашкаи вновь обрели высокую степень политической автономии.В 1950-х годах кашкайские лидеры поддерживали популярного премьер-министра Мохаммада Мосадека, который национализировал иранскую нефть и был свергнут в результате переворота, поддержанного ЦРУ, из-за того, что бросил вызов шаху. Усиленный шах, вооруженный возросшей поддержкой Соединенных Штатов, в свою очередь изгнал лидеров Кашкаи, и народ Кашкаи снова попал под репрессивное государственное правление. Они были разоружены и взяты под наблюдение военных и тайной полиции.

    В 1960-х годах шах начал программы развития и модернизации, которые подорвали существование Qashqa’i.В ходе иранской земельной реформы 1962-1972 гг. земля была отобрана у кашкаев и передана крестьянам и уже состоятельным землевладельцам, согласившимся механизировать сельскохозяйственное производство. Все пастбища в Иране были национализированы; племенные земли, которые кашкаи регулировали и контролировали, стали государственной землей, и ее использование кочевниками было сильно ограничено. С 1962 по 1979 год кочевники-кашкаи все больше и больше отрезались от традиционных земель из-за земледельцев и ограничительной политики выдачи разрешений на выпас скота, которая приносила пользу только более ориентированным на город и богатым соплеменникам.Некоторые государственные программы создания пастбищ и охотничьих угодий полностью запрещают продуктивное использование земли. Разоружение и военный контроль над кашкайцами позволили вторгнуться на их пастбища торговцам и деревенским животноводам, не являющимся кашкайцами. Миграции кашкаев, поставленные под военный контроль, регулировались политическими, а не экологическими факторами, и соответственно страдали стада. Дороги с новым покрытием, агропромышленные комплексы и ирригационные проекты все чаще блокировали пути миграции.

    Скотоводство все больше коммерциализировалось и делало упор на работу и продукты, ориентированные на рынок, а не на домашнее хозяйство. Однако цены на мясо, молочные продукты и зерно в значительной степени субсидировались государством, и большинство кашкайцев, как и многие сельские производители Ирана, не смогли найти адекватный рынок для своей продукции. Государственные чиновники предпочли импортировать основные продукты питания, а не поощрять местных производителей. Потребность кашкаев в наличных деньгах превышала их доходы. Они не могли увеличить пастбищное производство из-за нехватки пастбищ и были вынуждены покупать корма для своих животных.Многие кочевники попали в большие долги перед городскими ростовщиками-торговцами, чья практика включала процентные ставки до ста процентов в год и цены ниже рыночной стоимости на продукты скотоводства. Многим кашкайцам пришлось продать свои стада, чтобы заплатить своим кредиторам, только для того, чтобы стать наемными пастухами для тех же животных. Многие Qashqa’i обеднели.

    В течение 1960-х и 1970-х годов кашкайцы осели в деревнях, продолжали бедное кочевое существование или занимались наемным трудом в городах. Большинство кашкайцев поселились или планировали поселиться, зная, что только владение землей и сельское хозяйство обеспечивают некоторую безопасность.Им было трудно найти доступную продуктивную землю, и поселенцы все больше зависели от заработной платы членов семьи, которые работали в городе. Большинство поселенцев пытались сочетать сельское хозяйство с скотоводством и соответственно разделяли домашний труд; некоторые члены выращивали урожай, в то время как другие мигрировали со стадами. Те, кто продолжал кочевое скотоводство, были бедны и не могли позволить себе расходы на поселение. Многие пасли чужих животных за низкую плату. Те, кто поселился в городских районах в поисках наемного труда, часто жили в бедности и присоединялись к другим бедным мигрантам в расширяющихся трущобах. Плата была низкой, рабочие места были неквалифицированными, а конкуренция с другими мигрантами (в том числе иностранными азиатскими рабочими — афганцами, пакистанцами, филиппинцами — которые согласились на более низкую оплату и худшие условия) была острой.

    Немногие правительственные программы помогали кашкайцам во время последнего режима Пехлеви. Программа племенных расселений была сопряжена с бюрократическими путаницами и приносила мало пользы, кроме тех, кто был богат и имел хорошие связи. Земельная реформа не предоставила земли кочевникам-скотоводам. Широко разрекламированный национальный корпус здравоохранения, образования и развития сельских районов редко доходил до кашкаев.Государственные кооперативы приносили пользу только богатым, особенно тем, у кого были деньги, чтобы инвестировать в фруктовые сады. Национальный сельскохозяйственный банк предлагал ссуды, но обычно требовалось их погашение в течение шести месяцев, а у большинства кашкайцев было мало наличных денег.

    Подконтрольные правительству племенные школы, первоначально получавшие помощь от американцев, не обучали конкретным навыкам, помогающим кашкайским детям в кочевой жизни пастухов, но готовили их к национальной интеграции и профессиональному обучению вне кочевого пастбищного контекста. Требовалось обучение на персидском, а не на тюркском (кашкайском языке). Школы пытались привить детям чувства лояльности и послушания шаху и государству и помочь им ассимилироваться в модернизирующемся обществе, контролируемом и управляемом этническими персами.

    Такая культурно-империалистическая политика противоречила другим усилиям правительства по повышению привлекательности культуры кашкаев. Кашкаи и другие неперсидские группы все чаще рассматривались как пережитки прошлого, даже как диковинки, и государство использовало эти группы для рекламы экзотического характера Ирана и демонстрации масштабов национальной модернизации.Только когда государственные чиновники поверили, что Иран находится на правильном пути к развитию, они почувствовали, что могут позволить себе публично демонстрировать его «неразвитую» сторону. Для граждан общества, переживающего быструю модернизацию, урбанизацию и индустриализацию, кочевое существование представляло собой образ жизни, который, как они были уверены, вскоре будет стерт с иранского ландшафта.

    Во время революции 1978-1979 гг., свергнувшей шаха и создавшей Исламскую Республику под руководством аятоллы Хомейни, многие кашкайцы перевооружились, реформировали политические связи, реактивировали политические группы, захватили бывшие земли и изгнали тех, кто их захватил. земли по шахской программе.Кашкайские ханы, находившиеся в изгнании или под строгими политическими ограничениями с 1950-х годов, вернулись на территорию Кашкаи, чтобы возобновить руководство племенем, и были с энтузиазмом встречены многими кашкайцами.

    Кашкайские ханы, мусульмане-шииты, первоначально установили связи с видным духовенством, в том числе с Хомейни, и другими членами новой правящей элиты. Однако в 1980 году они столкнулись из-за ареста и изгнания Хосрова Кашкаи, верховного лидера кашкаев, с его всенародно избранного места в парламенте.Хосров сбежал из тюрьмы и вместе с другими кашкайскими лидерами, которым также угрожал арест, искал убежища на своих горных пастбищах и организовал повстанческое движение против режима. В течение двух лет революционная гвардия Хомейни нападала на лагерь повстанцев, и в 1982 году им наконец удалось убить, захватить или отправить в изгнание его наиболее видных деятелей. Хосров был арестован, приговорен к смертной казни исламским революционным судом, а затем публично повешен в Ширазе. Другие лидеры Qashqa’i были заключены в тюрьму, помещены под домашний арест и наблюдение или были вынуждены уйти в подполье.

    Кашкайские ханы сформировали повстанческое движение, ожидая, что кашкайцы присоединятся к ним в их борьбе, как это было в другие времена, когда ханы поддерживали или противостояли в военном отношении правителям государства или сражались с иностранными войсками. Однако лишь немногие представители племени кашкаи присоединились к ханам в их восстании в 1980–1982 годах.

    У кашкайцев не было особых причин поддерживать или доверять новым правителям государства, но они извлекли большую пользу из изгнания шаха и из-за неспособности нового правительства воспрепятствовать их действиям на местах. Государственные чиновники не предпринимали никаких усилий для разоружения кашкаев; не препятствовали ни миграции кашкайцев, ни модели землепользования. Никаких государственных программ в их пользу не вводилось, но и государство не вмешивалось в их деятельность.

    Такое же отношение объясняет реакцию кашкайских кочевников-скотоводов на зарождающиеся движения среди кашкайских левых. С уходом шаха левые кашкайцы из элиты и / или образованного происхождения (часто получившие образование за границей) попытались создать массовое движение среди кашкайских масс.Многие кашкайцы с подозрением относились к действиям иностранных сил, а также опасались, что они будут без необходимости втянуты в конфронтации со сторонниками Хомейни, которые противостояли левым в других частях Ирана с помощью военной силы. Левые кашкайцы практически ничего конкретного не предложили потенциальным сторонникам и практически не получили поддержки. Они прекратили свою деятельность в районе Кашкаи в 1980 году.

    Ситуация на территории Кашкаи по-прежнему далека от разрешения. Исламская Республика, которая фактически покончила с повстанческим движением и устранила основных кашкайских лидеров, не разработала какой-либо последовательной племенной или скотоводческой политики.Его попытки сформулировать и осуществить «исламскую» земельную реформу еще не привели к успешному решению проблемы сезонных пастбищ. Многие кашкайцы, возобновившие полное кочевое скотоводство, продолжают мигрировать и использовать традиционные пастбища, но с подозрением относятся к растущей власти государства в сельской местности. Многие персы и другие лица, не являющиеся кашкайцами, которые приобрели землю на территории Кашкаи в 1960-х и 1970-х годах, настаивают на восстановлении своих прав на землю, а некоторые из тех, кто поддерживает Исламскую Республику, получают ограниченную государственную помощь.Кашкайцам, которые в настоящее время занимают эти земли, не хватает эффективных посредников в городе или контактов с государственными чиновниками для получения прав.

    Однако спрос в Иране на мясные и молочные продукты высок, и многие скотоводы-кашкайцы получают экономическую прибыль. Цены на продукты скотоводства с 1978 года выросли в четыре раза, ростовщичество с целью получения прибыли (практика, которая в прошлом была причиной бедности) запрещено религиозным предписанием, а долги уменьшены до фактической стоимости товаров или денег, взятых взаймы.Скотоводство стало более прибыльным, чем многие способы заработка, принятые в 1960-х и 1970-х годах. Состоятельным кашкайцам, не присоединившимся к повстанцам, разрешено заниматься частной экономической деятельностью, в том числе выращивать сады на территории племен.

    Оседлые кашкайские земледельцы продолжают испытывать экономические трудности; правительство по-прежнему импортирует зерно и субсидирует цены, и все, кто выращивает зерно, основную сельскохозяйственную культуру Ирана, считают невыгодным производить его для коммерческого рынка.

    Городские кашкаи плохо себя чувствуют в Исламской Республике; у них нет связей с местным духовенством и религиозными объединениями, помогающими другим представителям городской бедноты. Кашкаи никогда не были набожными практикующими мусульманами, и их незаинтересованность в публичном выражении своей набожности не помогает им в городах. Городские кашкаи на всех социально-экономических уровнях и сельские кашкаи, поселившиеся в общинах, где преобладает персидское шиитское население, все больше подчиняются исламскому праву, как это определено новой республикой, в то время как кочевые кашкаи и кашкаи поселились в кашкаи. -доминирующие поселения продолжают жить в соответствии со своими кодексами поведения.Для всех Qashqa’i будущее неопределенно и напрямую связано со способностью существующего режима сохранить или укрепить свою власть и авторитет.

    Положение других кочевников-скотоводов в Иране имеет некоторые сходные и другие характеристики. Те, кто сопротивлялся или сопротивлялся установлению теократически определенного центрального правительства в своих областях, продолжают подвергаться военным нападениям или угрозам со стороны революционной гвардии Хомейни; в эти группы входят курды, туркмены и белуджи, все из которых являются мусульманами-суннитами. Конфликты часто носят «религиозный» характер, несмотря на основные политические и экономические мотивы, лежащие в их основе. Другие кочевые скотоводы в Иране, в том числе луры, бахтияри, шахсеваны и арабы, которые в настоящее время не организованы политически против центрального правительства в своих районах, как и кашкаи, могут вести продуктивную скотоводческую деятельность и имеют доступ к региональному мясу и мясу. молочные рынки.

    Большинство кочевников-скотоводов в Иране занимают земли, мало пригодные для сельского хозяйства и не освоенные ни государством, ни частными интересами.Нынешний режим продемонстрировал мало желания поддерживать экономическое развитие в этих периферийных районах отчасти потому, что они являются домом для неперсидских групп, которые являются суннитами, а не мусульманами-шиитами. В этом Исламская Республика следует шовинистической политике своих презираемых предшественников.

    Авторские права на статью Cultural Survival, Inc.

    Qashqa’i | Encyclopedia.

    com

    ЭТНОНИМ: тюрк


    Ориентация

    Идентификация. Кашкаи — племенные организованные тюркоязычные кочевые скотоводы и земледельцы, живущие на юго-западе Ирана.Они обладают сильным чувством этнической идентичности и являются одним из многих национальных меньшинств Ирана. Они мусульмане-шииты, в отличие от большинства других меньшинств Ирана, которые являются мусульманами-суннитами, христианами, евреями, зороастрийцами или бахаистами.

    Местоположение. Кашкаи обитают в горах Загрос, в провинции Фарс. Их территория простирается от побережья Персидского залива на востоке до шоссе Шираз-Эшфахан на западе и от побережья Персидского залива на юге до границы Бахтияри к югу от города Эшфахан на севере.Шираз, крупный городской центр юго-западного Ирана, расположен в центре территории Кашкаи. Кашкайские кочевники мигрируют между своими низкими зимними пастбищами у залива и своими высокогорными летними пастбищами на север или северо-восток — расстояние до 560 километров — и по пути они проходят мимо Шираза и через оседлые сельскохозяйственные угодья. Их зимние пастбища жаркие и сухие поздней весной, летом и ранней осенью, а их летние пастбища покрыты глубоким снежным покровом всю зиму, что требует сезонного занятия и миграции.

    Демография. Численность Кашкаи составляет около 500 000 человек. Хотя иранское правительство никогда не проводило переписи кашкаев, их племенные вожди дают довольно точные оценки людей, находящихся под их властью. До национальной земельной реформы 1960-х годов подавляющее большинство кашкаев были кочевыми скотоводами, но с тех пор многие кашкаи поселились в деревнях, иногда создавая новые, на территории и вблизи территории, через которую они мигрировали в качестве кочевники.Кашкайцы также проживают в Ширазе и Эшфахане, а также в городах региона.

    Языковая принадлежность. Родным языком для большинства кашкаев является тюркский, юго-западный огузский тюркский язык. Кашкайский турецкий язык не является письменным. Племенная конфедерация кашкаев формировалась в течение нескольких столетий различными народами, и, как следствие, первый язык некоторых кашкаев — лури, курдский, персидский, арабский, белуджский или ромский (цыганский) — отражает это разнообразие. Почти все мужчины Qashqa’i также говорят на персидском языке, официальном языке Ирана и средстве общения с рынками, правительственными агентами и окружающим доминирующим персоязычным обществом.С 1955 года кашкайских школьников учат читать и писать на персидском языке. Большинство кашкайских женщин-кочевников знают персидский язык в достаточной степени, чтобы вести переговоры с бродячими торговцами и другими посторонними, но оседлые кашкайские женщины говорят по-персидски более бегло, чем женщины-кочевники.


    История и культурные связи

    Кашкаи ведут свое происхождение от степей Центральной Азии, к востоку от Каспийского моря, и утверждают, что их предки какое-то время проживали в горах Кавказа, между Каспийским и Черным морями , прежде чем они пришли в провинцию Фарс.Вполне вероятно, что династия, зародившая и правившая кашкайской племенной конфедерацией, Джанихани, имела такую ​​историю, но большинство кашкаев середины ХХ в. также луры, курды, арабы, персы, белуджи, цыгане и другие, которые впервые объединились на юго-западе Ирана. Никаких исторических свидетельств существования кашкайской группы где-либо за пределами Фарса не существует. Правящая семья и многие компоненты конфедерации происходят из того, что сегодня является Средней Азией, Афганистаном, Турцией, Ираком, Сирией и обширной иранской территорией.Племенная конфедерация Кашкаи была сформирована в конце восемнадцатого века во время или сразу после правления Карим-хана Занда в Ширазе. Он вырос во власти династии Каджаров в девятнадцатом и начале двадцатого веков и играл военную и политическую роль во время Первой мировой войны, когда британцы и немцы боролись за влияние в Иране. Реза-шах Пехлеви , правивший Ираном с 1925 по 1941 год, заключил в тюрьму и казнил лидеров кашкаев, насильственно остановил миграцию кашкаев и приказал кочевникам осесть, разоружил соплеменников и назначил военных губернаторов.Когда Реза-шах отрекся от престола, кашкайские лидеры восстановили власть и удерживали ее до тех пор, пока сын Реза-шаха, Мохаммед Реза-шах Пехлеви, не изгнал их из Ирана, чтобы наказать за оппозицию. Они оставались в изгнании до иранской революции 1978–1979 годов, когда вернулись в Иран, чтобы возобновить правление. После первоначально хороших отношений с аятоллой Рухоллой Хомейни они впали в немилость у других представителей правящего духовенства. Революционная гвардия Исламской Республики арестовала важного лидера Кашкаи, который вместе с другими поднял мятеж в 1980 году.Революционной гвардии удалось остановить повстанцев и захватить основных лидеров в 1982 году. (См. «Политическая организация»). к новому исламскому режиму.


    Поселения

    Кашкайские кочевники живут в небольших палаточных лагерях как на зимних, так и на летних пастбищах. Большинство кочевников кашкаи, поселившихся в деревнях с 1930-х годов, выбрали места на своих летних или зимних пастбищах или рядом с ними, и большинство из них продолжали заниматься скотоводством.В 1992 году многие кашкайцы жили в небольших домах на одном сезонном пастбище часть года, а другую часть года мигрировали на другое сезонное пастбище. Некоторые кашкайцы также живут в городах на юго-западе Ирана.


    Экономика

    Средства к существованию и коммерческая деятельность. Подавляющее большинство кашкайцев живут за счет смешанной пастушеско-земледельческой экономики. Кочевники больше зависят от своих овец и коз, тогда как сельские жители больше полагаются на сельское хозяйство.Излишки живого скота продают один раз в год, обычно в городах, а молочные продукты (свежее и топленое масло, творог) — на селах и городских рынках. Животные дают мясо кашкаи во время церемоний, а также всякий раз, когда кого-то убивают из-за травмы или болезни. Люди потребляют разнообразные молочные продукты, прежде всего йогурт, простоквашу, масло, сыр, творог. Кочевники в значительной степени полагаются на свои обширные территории для получения мяса диких животных и собираемой пищи многих видов.Их основной пищей является хлеб, выпекаемый как из пшеницы, которую они выращивают на зимних и летних пастбищах, так и из пшеницы, которую они покупают. Женщины ткут многие вещи из пряжи, которую они прядут из сырой шерсти своих овец и из сырой шерсти своих коз, в том числе ковры с узловатым ворсом (которыми кашкаи известны во всем мире с девятнадцатого века), различные плоские переплетения, седельные сумки, чехлы для лошадей и ткань для палаток. Большинство из этих предметов используются в палатках кашкаев или преподносятся в качестве подарков внутри группы, но некоторые из них продаются в деревнях и на городских базарах.

    Разделение труда. Мужчины, женщины и дети занимаются кочевым скотоводством и сельским хозяйством. Мужчины и мальчики пасут овец и коз, пасут верблюдов, ухаживают за вьючными животными (верблюды, мулы, ослы), разбивают палатки, возглавляют сезонные миграции, возделывают урожай, торгуют на рынках и охотятся. Женщины и дети выполняют большую часть работы, связанной с домом. Женщины заботятся о детях, готовят, пекут хлеб, ткут, ухаживают за животными возле палатки, собирают воду и топливо, собирают дикие фрукты и овощи. Мальчики помогают своим отцам, а девочки помогают своим матерям. Во время миграции и любого рода кризиса все люди помогают с любой необходимой работой. Среди кашкайцев, живущих в деревнях, мужчины возделывают поля и ведут хозяйственные дела, а женщины и дети несут ответственность за домашние дела. В частности, у кочевников между мужчинами и женщинами существуют довольно равноправные социальные и экономические отношения.

    Землевладение. До национальной земельной реформы 1960-х годов кашкайцы получали права на использование пастбищ и сельскохозяйственных угодий через членство в своих племенных группах.Вожди племен контролировали территорию и распределяли права на землю. В 1960-х годах, когда правительство национализировало пастбища Ирана и конфисковало большую часть обрабатываемой земли, большинство кашкайцев потеряли свои обычные права. Когда произошла революция 1979 года, шахское правительство еще не сформулировало должным образом новую систему землевладения для скотоводов. Несмотря на много разговоров о земельной реформе, Исламская Республика по-прежнему избегает какой-либо систематической реорганизации землевладения. На данный момент он признает частные права индивидуальных пользователей пастбищных и сельскохозяйственных угодий, особенно если они могут продемонстрировать и доказать факт владения и использования земли в прошлом.


    Родство

    Кашкайцы следуют представлениям о родословной по отцовской линии при формировании социальных категорий и определении личных прав. Каждый кашкайец является членом определенного рода и получает статус и репутацию от этой группы. Двусторонние связи также важны, особенно из-за высокого уровня эндогамии и смешанных браков между линиями. Каждый человек связан многочисленными узами с другими членами местных и более широких социально-политических групп, к которым он или она принадлежит.

    Брак. До 1980-х годов мужчины женились в подростковом возрасте или в начале двадцатых годов, в то время как женщины часто выходили замуж вскоре после полового созревания. Однако в 1980-х годах произошли политические и социально-экономические изменения, особенно влияние ирано-иракской войны (когда многие кашкайцы были убиты или ранены), расширение формального образования для обоих полов, а также рост профессиональной подготовки и трудоустройства за пределами страны. лагеря и деревни — привели к повышению брачного возраста для обоих полов. Предпочтительная форма брака как в прошлом, так и в начале 1990-х годов заключалась между родственниками по отцовской линии, особенно двоюродными братьями и сестрами по отцовской линии.Патрилинии очень эндогамны. Когда кашкайский мужчина женится, он приводит свою невесту в дом своих родителей. После того, как они произвели на свет детей и были экономически готовы к созданию собственного независимого хозяйства, они устанавливают новую палатку или строят новый дом поблизости и уезжают из дома родителей мужа.

    Внутренний блок. Сын приводит свою невесту в свой натальный дом, и поэтому многие домашние единицы состоят из трех поколений. Младший сын, «сын очага», остается в родительском доме и заботится о своих родителях в старости.

    Наследство. Кашкаи практикуют упреждающее наследование, систему, согласно которой женатые дети получают свою часть родительского богатства, когда — в случае сыновей — они формируют независимое домашнее хозяйство или когда — в случае дочерей — выходят замуж и покидают родные дома. . Младший сын делит с родителями последнюю часть родительского богатства. Кашкайцы не соблюдают исламские правила наследования.

    Социализация. Кашкайские мальчики и девочки учатся своим ролям с раннего возраста, когда они следуют за своими старшими братьями или сестрами, а также за своими отцами или матерями во многих задачах, обеспечивающих средства к существованию.Дети выполняют задания, как только они физически в состоянии это сделать. Тети и дяди как со стороны отца, так и со стороны матери играют важную роль в уходе и обучении своих племянников и племянниц.


    Общественно-политическая организация

    Общественная организация. Кашкайские кочевники живут небольшими палаточными стойбищами на зимних и летних пастбищах; во время длительных сезонных миграций они путешествуют большими группами в целях защиты и безопасности. Их социальные группы на локальном уровне основаны в первую очередь на патрилинейных связях, но важными считаются также связи экономики, социальной совместимости, политики.Жители деревни Кашкай живут в подобных социальных группах, хотя и больше, и они теряют гибкость и сезонные социальные изменения, которые ценят кочевники.

    Политическая организация. Кашкайская конфедерация состоит из правящей династии (семья Джанихани [вар. Шахлиу]), пяти крупных племен (Амале, Даррехшури, Кашкули Бозорг, Фарси Мадан и Шеш Болуки) и нескольких более мелких племен. Различные племена, организованные в провинции Фюрс, в определенные исторические периоды вступали в союз с конфедерацией и входящими в ее состав племенами, и, таким образом, формы членства как в конфедерации, так и в племенах различались. Лидером конфедерации является ильхани, или верховный хан, член рода Джанихани и прямой потомок первого кашкайского ильхани. Ему помогают илбеги, наместник хана, тоже Джанихани. Каждое кашкайское племя, кроме амале, имеет свою правящую семью ханов. Ильхани назначает по одному хану от каждого племени калантаром, или ведущим ханом; он отвечает за связь с ильхани. Последний действующий ильхани, Хосров Хан Джанихани, был схвачен и казнен Революционной гвардией Исламской Республики в 1982 году, в конце повстанческого движения, которое он сформировал и возглавил.Все остальные члены семьи Джанихани, которые могли бы стать преемниками Хосров-хана, находятся либо под домашним арестом в Иране, либо в принудительном изгнании за границу. Несмотря на эти ограничения, джаниханы и другие кашкайцы до сих пор оживленно обсуждают возможных преемников на тот случай, если политическая ситуация в Иране изменится и они смогут вернуться на территорию кашкаев. Большинство ханов составных кашкайских племен в 1992 году все еще проживало на кашкайской территории, но нынешний режим ограничивает их политическую деятельность, и они уже не являются посредниками и посредниками, какими были раньше.

    Каждое кашкайское племя состоит из множества подплемен, каждое из которых возглавляет кадхода, или вождь. До конца 1960-х годов эти люди назначались ханами своих племен, которые обычно признавали своими вождями людей, которых сами племена желали. С конца 1960-х годов правительство признавало вождей, следуя той же практике. Старосты полагаются на советы и пожелания «седобородых», старейшин общины, и уважают их. На протяжении 1980-х годов Исламская Республика поощряла местные кашкайские группы формировать советы и полагаться на них вместо того, чтобы полагаться на отдельных вождей, власть и авторитет которых к 1992 году значительно уменьшились.

    Социальный контроль. Кочевники регулируют между собой свои отношения с другими, а также могут обращаться за помощью к старейшинам, вождям и — с 1980-х годов — к советам, когда это необходимо. Небольшие группы, в которых живут кочевники, формируются на добровольной основе и могут быть легко распущены при возникновении проблем. Старейшины, как мужчины, так и женщины, имеют влияние и определенный контроль над другими, а мужчины имеют определенный контроль над женщинами. До 1980-х годов кашкайцы обращались за помощью к своим племенным ханам, но с тех пор режим отговаривал их от этого.

    Конфликт. Традиционно конфликты регулировались представителями прогрессивного порядка власти: нуклеарными семьями, расширенными семьями, линиями, подплеменами, племенами и конфедерацией. С конца 1960-х годов правительственные агенты — сельская полиция, армия и различные правительственные учреждения — стали вмешиваться, когда проблемы достигают более высокого уровня.


    Религия и культура самовыражения

    Религиозные верования. Кашкаи — мусульмане-шииты, члены доминирующей религиозной группы в Иране.До революции 1979 года и образования Исламской Республики лишь немногие кашкайцы проявляли какой-либо интерес к формальным институтам и ученым-практикам шиитского ислама, но с 1979 года им пришлось приспосабливаться к присутствию и власти нового исламского ислама. государство и множество агентов, связанных с исламскими и исламскими/государственными институтами. До 1979 года немногие кашкаи совершали ежедневные молитвы или постились в течение месяца Рамадан, и лишь немногие соблюдали другие исламские обряды или церемонии, кроме праздника жертвоприношения (Ид-е Корбан).Они считали себя хорошими мусульманами и часто сравнивали искренность своих основных религиозных верований с убеждениями людей, имевших над ними власть, таких как нарочито набожные торговцы и ростовщики, которые, хотя и молятся и постятся, как положено мусульманам, также регулярно нарушал исламский закон, занимаясь ростовщичеством и воровством.

    Религиозные деятели. На протяжении всей своей истории у кашкайцев не было собственных официальных религиозных деятелей.В большинстве групп был один или два мужчины, которые могли читать отрывки из Корана на похоронах и подписывать брачные контракты. Кочевники и сельские жители полагались на странствующих дервишей и других (все не кашкаи), которые возносили молитвы и исполняли обеты. Их единственный контакт с мусульманскими священнослужителями был в городе, когда они стремились заверить свои брачные контракты. С образованием Исламской Республики несколько молодых кашкайцев поступили в богословские школы, и большинство из них намерены в конечном итоге оказывать услуги своим собственным группам.Специалисты по ритуалам, музыканты и исполнители обрезания, которые когда-то были связаны с каждым племенем кашкаи, прекратили свою деятельность с 1979 года.

    Церемонии. Свадебные торжества являются церемониальными изюминками кашкайской жизни и практически единственным поводом для больших собраний кашкайцев. Обычно они длятся три дня и представляют собой праздничные мероприятия, устраиваемые родителями жениха в их лагере или деревне. На третий день делегация забирает невесту из родительского дома.С 1979 года церемониальный центр этих обрядов — публичные танцы мужчин и женщин, традиционная музыка, исполняемая на гобоях и кожаных барабанах, и игра на палках, исполняемая под музыку, — объявляется новым режимом аморальным и антиисламским. . В начале 1990-х некоторые кашкайские группы воспользовались ослаблением ограничений и снова пригласили гобоистов выступить на своих свадьбах. Когда молодая супружеская пара решает создать независимое домашнее хозяйство, они приглашают своих ближайших родственников и старейшин своей группы принять участие в небольшом празднике, посвященном этому событию.Старейшины группы наблюдают за передачей имущества от родителей мужа новому домохозяйству. Рождение ребенка, особенно сына, отмечается небольшим праздником близких родственников. Обрезание мальчиков, обычно в возрасте 3 или 4 лет, также сопровождается небольшим праздником.

    Ст. Кашкайцы говорят, что получают эстетическое удовольствие от свободы передвижения, вида окружающих гор и бескрайних просторов необитаемой территории, процесса ткачества и красоты своих тканых изделий, музыки и повествования.Два кашкайских художника, Биджан Кашкали и его сын Сироос, хорошо известны в Иране своими акварельными изображениями «традиционной» кашкайской жизни, и несколько кашкайских мужчин начинают экспериментировать с написанием и публикацией коротких рассказов, которые обычно имели только устное выражение. Поскольку кашкайский турецкий не является письменным языком, они вынуждены писать на персидском языке.

    Медицина. До 1980-х годов кашкайцы в основном полагались на свои собственные формы лечения, систему, основанную главным образом на растениях и минералах, которые они собирали на обширных территориях, через которые они путешествовали.У некоторых людей были особые интересы и способности, и к ним обращались за помощью, но в каждом доме была своя коллекция целебных веществ. Глубокое понимание кочевниками естественных причин, проистекающее из их зависимости от природы, дало им уверенность в своих собственных методах лечения. С распространением с 1970-х годов того, что в Иране считается «современной» медициной, кашкайцы стали больше полагаться на городских врачей, больницы и фармацевтов.

    Смерть и загробная жизнь. Когда человек умирает, близкие родственники омывают и готовят тело к погребению. Мужчины несут тело, завернутое в ткань, на кладбище или в другое укромное место. Тело кладут в могилу лицом к Мекке, и после того, как могила засыпана землей, кто-то из группы читает отрывки из Корана. На седьмой и сороковой дни после смерти члены семьи собираются в палатке или доме покойного, чтобы оплакать его и посетить место захоронения. Начиная с 1980-х годов многие кашкаи добавили церемонию в ближайшей мечети, на которой священнослужитель читает Коран.Qashqa’i верят в рай, поскольку они слышали, что это описано сельскими жителями и горожанами.

    Библиография

    Бек, Лоис (1986). Кашкаи Ирана. Нью-Хейвен: Издательство Йельского университета.

    Бек, Лоис (1990). «Племена и государство в Иране девятнадцатого и двадцатого веков». В Tribes and State Formation in the Middle East, под редакцией Филипа Хури и Дж. Костинера. Беркли и Лос-Анджелес: Калифорнийский университет Press.

    Бек, Лоис (1991). Кочевник: год из жизни кашкайского соплеменника в Иране. Беркли и Лос-Анджелес: Издательство Калифорнийского университета.

    Кронин, Винсент (1957). Последнее переселение. Лондон: Руперт Харт-Дэвис.

    Оберлинг, Пьер (1974). Кашкайские кочевники Фарса. Гаага: Мутон.

    ЛОИС БЕК

    Коврики Qashqai (часть 2) — Claremont Rug Company

    Ткачи Qashqai, энергичные кочевники (часть 2)

    Ян Дэвид Виниц, президент и основатель
    Claremont Rug Company

    Часть 2 из 2 частей | Часть 1 читать здесь

    Слева: Женщина Qashqai ловко прядет промасленную ланолиновую шерсть, готовясь к следующему ковру.Справа: ковер Кашкай, 5 футов 6 дюймов на 10 футов, 3-я четверть, 19 век. Весна в провинции Фарс, куда кашкаи уезжают на зимовку, усыпанную дикими восточными маками.

    В части 1 я рассказал о фотографах National Geographic Жане и Франке Шор, которые посетили Qashqai в начале 1950-х годов и описали ситуацию, свидетелями которой они стали, запечатлевшую сильное чувство общности этих племенных людей. Несчастный молодой пастух потерял все свое стадо из более чем 100 овец во время ужасной метели.Племенная единица из 100 семей, к которой он принадлежал, провела собрание, на которое каждая семья привела в помощь барана или овцу. Кашкайцы сказали шорцам: «Это наш образ жизни. Мы все разделяем удачу и неудачу. Ни одна семья Qashqai никогда не остается без средств к существованию».

    Эта поддерживающая взаимосвязь распространилась и на процесс ткачества ковров Qashqai. Сидя на своих длинных горизонтальных ткацких станках, установленных в непосредственной близости, полдюжины женщин часто работали одновременно. Когда их пальцы завязывали бесконечное множество крошечных узлов, они разговаривали, смеялись и пели вместе.Женщина какое-то время работала над своим собственным ковром, переходила к станку своего соседа, а затем к станку еще одного друга, прежде чем вернуться к своему собственному ткачеству.

    Один из самых эффектных ковров традиции Кашкай — это центральный ковер-медальон из подтрибы Кашкули, ярко изображенный на экземпляре этого клиента конца 19 века.

    В то же время другая группа женщин прочесывала близлежащую сельскую местность, собирая горные травы, кору и ягоды для коллективного окрашивания, чтобы создать широкий спектр изысканных оттенков драгоценных камней и ярких цветовых акцентов.Этот непрерывный обмен творческой энергией, наряду с глубоким духом гармонии, разделяемым людьми, совместно занимающимися повторяющимися физическими действиями, несомненно, был ключевым элементом мастерства ковроткачества Qashqai.

    Крупнейшая мигрирующая группа в Иране, Конфедерация Кашкай охватывает 300 миль в одном направлении между сархад или зимними пастбищами и гарсмир летними пастбищами.

    Эта среда привела к созданию многих из лучших ковров в низменностях и горах Южной Персии, области, также населенной племенами афшар, хамсе, лури, которые были плодовитыми ткачами в 1800-х и вплоть до 1900-х годов.Кашкайская шерсть часто является самой богатой ланолином, в значительной степени из-за преобладания племени кашкай на миграционном пути. Это привело к тому, что они стали обладателями самых богатых травянистых пастбищ, в то время как другие племенные группы остались в более засушливых районах, где они могли пасти свои стада. Их узелки довольно тугие, что подчеркивает более крупные мотивы их ковров и определяет каждый уникальный крошечный элемент на упакованных полях. В своем общем виде и атмосфере их ковры источали энергичный, даже неукротимый подход их ткачей к жизни, с одним или несколькими крупными элементами, часто господствующими над полем, густо населенным небольшими фигуративными рисунками флоры и фауны.Джеймс Опи, ведущий исследователь этих ковров, писал, что между ткачами продолжалось дружеское соперничество за то, кто сможет заполнить их поля наиболее плотно.

    Этот изобретательный, болтливый 150-летний ковер очень тонкого плетения представляет необычайное количество различных символов, ценных для Qashqai и многочисленных фантасмагорических существ.

    Старинные ковры Qashqai несколько отличаются от другого бастиона племенного ковроделия — кавказской традиции. В то время как ткачи возвышающегося Кавказского хребта, как правило, ограничивались высокогорными лугами и нижними пастбищами в одной и той же складке одной горы, десятки тысяч кашкайских кочевников преодолевали более 300 миль дважды в год и взаимодействовали с деревнями и городами по пути.Созерцательные, символические рисунки 85 подгрупп кавказского пантеона соответствуют обособленности их окружения. Постоянно движущийся, взаимодействующий, преодолевающий препятствия характер образа жизни Qashqai вдохновил на создание ковров, отражающих наблюдательное, праздничное отношение к физическому миру.

    Слева: этот ханский ковер, которому почти два века, с его внушительным дизайном и смягчившимися от времени цветами предлагает редкое окно в более раннюю эстетическую чувствительность этого племени. Справа: Чай в керамических чайниках и хрупких чашках — особое удовольствие, которое Qashqai доставляют себе во время миграции, которые сконструировали специальные коробки с бархатной подкладкой, чтобы каждый предмет мог безопасно путешествовать. Каждый коллекционный образец из традиции Qashqai, мультимедальон и ковер с общим узором украшают солярий современного дома.

    Неодинаков и подход к дизайну двух ткацких групп. На протяжении сотен лет ткачи в каждой складке Кавказского хребта работали с узорами своей региональной традиции. Деревня Челаберд создала узор «Орел-Казак», а ткачи Сейчура внесли свой вклад в дизайн креста Святого Иоанна, предоставив каждому ткачу свободу и возможность заново изобрести основной узор, которым был известен их район.В случае с племенами кашкай, чья подверженность другим культурным влияниям была бесконечно больше, они создали гораздо больше полевых узоров, большинство из которых придерживались эстетики совместного использования двух масштабов рисунков, один из которых является всеобъемлющим, а другой изобилует уменьшительными. человеческие и натуралистические фигуры.

    Эти более крупные модели Qashqai имеют ромбовидную основу, они имеют длинную или широкую форму, очерчены крючками с защелками или имеют несколько более декоративные ниши. На полях огромное количество геометрически нарисованных деревьев, цветочных головок и кустарников, кур, павлинов, газелей, оленей, собак, львов и птиц.(Любовь кашкаев к своим животным хорошо известна, и они часто изображают их комично, раскрывая чувство товарищества.) Использование этих двух масштабов паттернов улавливает врожденное чувство кашкаев к естественному порядку, отводя каждой мельчайшей форме место в космос их ковров, в то время как медальоны, как солнце или солнца, излучают защиту и заботу.

    Слева: Эта очень маленькая девочка в полном головном уборе Qashqai вырастет, чтобы плести многовековые узоры своих гордых и непобедимых предков.Справа: Qashqai с тройным медальоном стоит рядом с редким Qashqai красного цвета с необычным дизайном поля. Приготовление хлеба во время миграции ближе к вечеру — это время отдыха после насыщенного дня, эта женщина готовит ужин для своей семьи.

    Второстепенная категория ковров Qashqai содержит общие полевые узоры, некоторые с полосатыми «тростями» либо в вертикальных столбцах, либо зигзагами, другие с повторяющимися ботехами (мотив в виде пейсли), узор Herati из повторяющихся маленьких ромбов, окруженных завитками листьев, и направленный городской дизайн millefleu r. В этих коврах, которые почти не поддаются пониманию художественной самоотдачи, необходимой для их создания, демонстрируется исключительное мастерство Qashqai в плетении и точном завязывании узлов.

    Как сотканные дневники личного и культурного опыта художника, переплетения Qashqai ярко формулируют способность с энтузиазмом говорить «да» самым требовательным обстоятельствам. Ковер Qashqai по-прежнему занимает особое место в мире восточных ковров, поскольку он демонстрирует высочайший уровень мастерства, творческого вдохновения и культурной значимости.И неудивительно, что центральными в кашкайской культуре остаются два элемента – «ил рах», родовая дорога и их радостное переплетение. Как говорят Qashqai – «Где я, там и ковер мой». Где я и мой ковер, там мой дом».

    Посмотреть антикварные коврики Qashqai теперь можно здесь.

    Яркий образец ковра ботэ из подтрибы кашкули, чудесно оживляемый искусными фигурками павлиноподобных птиц, множеством других экзотических животных и мелкими символами.

    Гимми Корваро — Qashqai People

    Кашкайцы
    Вокруг Шираза, Иран
    Квашкаи представляют собой конгломерат кланов тюркского этнического происхождения.
    На протяжении веков регион Фарс был полиэтническим регионом, в котором племенные и скотоводческие кочевые группы составляли большую часть населения.
    В основном они живут в иранских провинциях Фарс, Хузестан, Кохгилуйе и Бойер-Ахмад, Чахармахал и Бахтиари, Бушере и южном Исфахане, особенно вокруг города Шираз и Фирузабада в Фарсе. После политики ассимиляции со времен Пехлеви почти все они двуязычны, говорят на кашкайском языке, который является членом тюркской языковой семьи и который они называют тюркским, а также (в формальном употреблении) на персидском языке.Большинство кашкайцев изначально были кочевниками-скотоводами, а некоторые остаются таковыми и сегодня.
    Традиционные кочевые кашкаи каждый год путешествовали со своими стадами с летних высокогорных пастбищ к северу от Шираза примерно в 480 км или 300 милях к югу на зимние пастбища в более низких (и более теплых) землях у Персидского залива, к юго-западу от Шираза.

    Однако сейчас большинство из них стали частично или полностью вести оседлый образ жизни. Тенденция к расселению заметно усилилась с 1960-х годов.Ежегодные кочевки кашкаев в поисках свежих пастбищ гонят их с юга на север, где они переселяются на свои летние стоянки «Яйлак» в высоких горах; и с севера на юг, к их зимовьям, «Кишлак».
    Летом стада кашкаев пасутся на склонах Кух-э’-Динара; группа гор от 12 000 до 15 000 футов, которые являются частью цепи Загрос.
    Осенью кашкаи разбивают лагерь и поэтапно покидают высокогорье. Они зимуют в более теплых краях близ Фирузабада, Казеруна, Джерре, Фарашбанда, на берегах реки Курган, пока в апреле снова не отправляются в свой ежегодный поход.
    Миграция организована и контролируется вождем кашкаев.
    Племена тщательно избегают деревень и городов, таких как Шираз и Исфахан, чтобы их стада, численность которых оценивается в семь миллионов голов, не могли причинить серьезный ущерб. Ежегодная миграция является крупнейшей из всех персидских племен.
    Кашкаи были значительной политической силой в Иране в конце 19 и начале 20 веков.

    Несколько лет много кашкаев осело. Большинство вождей племен были отправлены в ссылку.После иранской революции 1979 года ныне живущий лидер Хосров-хан Кашкай вернулся в Иран из ссылки в США и Германии. Вскоре он был арестован и публично казнен в Ширазе в 1982 году за подстрекательство к восстанию против правительства.

    Оседлость кашкайских кочевников и рост их участия в нескотоводческой и новой экономической деятельности усилились с 1960-х годов. В настоящее время кашкаи образуют в основном оседлые и полуоседлые хозяйства. Оседлые кашкаи рассредоточены по всему региону, но в основном в сельских и городских районах на севере, в центре и на юге центральной части Фарса.Есть некоторые Qashqai, которые проживают за пределами южного Ирана, да и во всей глобальной деревне.
    В связи с распадом и трансформацией племенных иерархий и группировок за последние несколько десятилетий важность социального, а не шелка, заставляет задуматься о полупрозрачной эмали ». Говорят, что ковры Кашкай «вероятно, самые известные из всех персидских племенных тканей. Кофры Qashqai, украшенные красочными геометрическими узорами, сети в том, как Qashqai строят свою повседневную жизнь, увеличились.Трансформации последних десятилетий принесли новые каналы создания сетей в городских районах и в государственном аппарате.

    Население

    Qashqai сегодня оценивается более чем в два миллиона человек. Определение того, кто может быть или считается Кашкаем, является контекстуальным, множественным и изменчивым во времени и пространстве. Эта оценка основана на более широком определении. Нет «достоверных» статистических данных о смене деления на оседлый, кочевой и полукочевой компоненты.

    Коллекции Блумсбери — Соплеменницы Ирана

    Дети в антропологии на рубеже в этом столетии являются тем, чем были «женщины» до прошлой середины века: по большей части невысказанными молчаливыми подопечными мужчин.Едва любой писал о своем собственном опыте, своей собственной «культуре». . . . Как только женщины начали относиться к себе серьезно как антропологи, они выступили как самостоятельные акторы, как творцы культуры. Для детей мы не можем представить себе такого счастливый конец: детей не занимаются полевыми работами; . . . они не пишут книги (выделение добавлено).

    — Эрика Фридл, 2002 г.

    Впервые я побывал в Иране, когда мне было пять лет. Моя мама, Лоис Бек — антрополог, изучающая кочевых скотоводов в горах Загрос на юго-западе Ирана с 1969 года.В 1991 году она взяла меня с собой в гости всего за несколько месяцев до того, как я пошел в детский сад. Я путешествовал с ней в Иран почти с тех пор каждый год, последний раз в 2004 году, когда мне было восемнадцать. Наши хозяева, кочевые скотоводы из племени кашкаи конфедерация, мигрируют раз в полгода между низинными зимними пастбищами у Персидского залива и высокогорными летними пастбищами на юго-запад города Исфахан.

    В этой книге я веду хронику жизни четырех поколений женщин и девочек, которые члены племени Кермези, одного из многих племен Кашкайской конфедерации. Сосредоточение внимания на пяти лицах, которые являются частью членов большой расширенной семьи, я описываю их образ жизни и их взаимодействие с социальной и физической средой. Я объясняю, как эта небольшая кочевая община относится к более широкому иранскому обществу и как люди вписываются в Исламскую Республику Иран, которая образовалась в 1979 году после революции, свергнувшей монарх, Мохаммад Реза Шах.

    2

    Подзаголовок, Плетение Воспоминания среди кашкайских кочевников, призывает женщин к самой заветной деятельности (после воспитания детей) и стоит в качестве метафоры моих усилий, как постороннего, приспосабливающегося к жизни кашкайцев, чтобы понять и сплести воедино различные нити их жизни.Ткачество — процесс, в котором задействованы как сырье, так и подготовленные материалы, ткачиха, ее знания и навыки, социальная среда и судьба готового продукта – связующая тема каждой главы и всего тома. в целом.

    Я жил в этом племенном сообществе во время десяти посещений в течение четырнадцати лет. (1991–2004). Я знаком с людьми, их обществом и культурой, а также с территориями, на которые они мигрируют. удачливый жить с кочевниками в каждое из четырех времен года, я наблюдал условия, в которых они находились в разное время и в различные места.Моя перспектива в этом томе — взгляд молодого гостя из большой семьи, состоящей из двухсот человек. и охватывает четыре поколения. Эта книга, основанная на частых посещениях зимних и летних пастбищ племени кермези. (группа из трех тысяч человек), отражает мои личные наблюдения и взаимодействия и опирается на мое ежедневное участие в работе и досуге женщин, детей и мужчин. Я также полагаюсь на информацию от этих людей об их жизни. и других людей, прежде чем я встретил их.Каждый день, как люди говорили о прошлом и о том, как оно связано с настоящим и будущее (не то чтобы они обязательно выражали свои мысли именно в таком порядке или именно в этих выражениях), я извлек пользу из эти широкомасштабные разговоры и ответы людей на мои вопросы.

    В этом введении я предоставляю информацию о своем проживании в Иране и о народ кашкаи, страна Иран и религия ислам.

    Пять компонентов книги

    Истории пяти кочевых женщин и девочек и их попытки адаптироваться к меняющемуся миру, сохраняя при этом основные племенные ценности и отличительную этническая принадлежность

    В каждой из пяти глав я сосредотачиваюсь на девушке или женщине с с кем у меня были близкие отношения.Я объясняю, как люди последовательно проходили этапы жизни от младенчества до старости, то, как их общество и культура влияли на них, и влияние на них более широких событий и обстоятельств. По описанию людей взаимодействия со своими семьями, другими родственниками, соплеменниками и посторонними, я показываю, как люди шли на компромиссы между привычными племенными ценностями и внешними влияниями. Жизни Дорны, Маасуме, Нахид, Фарибы и Фалака представляют Кашкайское общество и культура и иллюстрируют возможные пути развития других девушек и женщин. Каждый из пяти также 3Ярко разные по отношению и характеру. Я начинаю с малыша; продолжить с девочкой предподросткового возраста, подростком и молодым человеком; и заключить с пожилой женщиной. Я показываю, как эти девушки и женщины (и, следовательно, многие им подобные) противостояли давлению правительства, которое хотело все граждане должны быть одновременно исламскими, современными и интегрированными в более широкое иранское общество. Я изображаю сильные стороны, которые они опирались на их отличительную племенную и этническую идентичность, и я обсуждаю их попытки противостоять влиянию исламизирующих, централизация правительства.

    Документация исчезающего образа жизни

    Кочевники во всем мире все чаще сталкиваются со многими трудностями которые угрожают их средствам к существованию, образу жизни и моделям мобильности. Эти трудности включают быструю модернизацию и глобализация, политика национальных государств по интеграции и ассимиляции растущего числа граждан, политические репрессии, вторжение сельского хозяйства в пастбища и деградация окружающей среды. Рассказывая историю небольшого сообщества усилия противостоять внешним силам и адаптироваться к ним, я документирую подробности жизни одного из немногих сохранившихся кочевых народов мира. общества.

    Описания жизни на местном уровне в Иране

    Описывая жизнь на местном уровне в Иране, я изображаю общество и культура в значительной степени вне досягаемости иностранных путешественников и западных СМИ. Такие аккаунты теперь редкость, потому что тридцати лет ограничений в отношении иностранных ученых и потому, что иранские ученые, как правило, сосредотачиваются на других темах (таких как как национальные выборы).После революции 1978–1979 годов Исламская Республика разрешила лишь нескольким американцам и Европейские антропологи проводят исследования в стране. Часто издалека другие иностранные ученые, а также иранские ученые, живущие за границей, обобщают широкие политические события в Иране и их последствия для страны, но редко в состоянии предоставить подробную информацию о том, как эти ситуации влияют на людей в их местных сообществах, особенно за пределами столицы город Тегеран.

    Наблюдения молодого американца (в возрасте от пяти до восемнадцати лет), узнающего об обществе и культуре, которые отличаются от нее собственный

    Многие из конкретных событий, которые я описываю, произошли в Кашкаи. летние пастбища в 1998 и 1999 годах, когда мне было двенадцать и тринадцать лет, но мой опыт во время многих предыдущих и более поздних посещений также сообщить и увеличить мое письмо. В каждой из пяти глав я использую несколько мнений и точек зрения, 4полученных из членов этой семьи и племени, чтобы изобразить события и обстоятельства Я описываю.

    Подготовленный культурный антрополог начинает исследование в другом обществе, уже зная существенную информацию об этом, в то время как маленький ребенок входит в такое общество без предварительного знания или предвзятых представлений и не обременена обязательствами по сбору данных и проверке теорий. В этом томе я иллюстрирую процесс, посредством которого я научился приспосабливаться к жизни в кочевом племенном обществе, и я объясняю, почему решил написать о жизни кочевников.

    Реалистичные изображения Ирана, Ближнего Востока и мусульманского мира, регионов, которые журналисты и другие лица часто изображают сенсационно и неточно

    Жителям Запада часто не хватает точной информации о том, как иранцы, другие жители Ближнего Востока, а мусульмане живут в своих городских кварталах, малых городах, деревнях и кочевьях, и они опираются на негативные и стереотипные образы Ирана, Ближнего Востока и мусульманского мира.

    Кашкайцы, говорящие на турецком языке и являющиеся одним из многих этнических и национальные меньшинства, не представляют всех остальных иранцев, но у них есть общие черты с обществом в целом. Например, Кашкаи, как и многие иранцы, выразили воодушевление по поводу нарастающих протестов против Мохаммада Реза-шаха в 1978–79, но не знал, кто или что заменит его. Когда иранское мусульманское духовенство захватив власть в 1979 году и предприняв шаги по формированию исламского государства, кашкайцы задавались вопросом, как и в какой новое правительство применяет шиитскую доктрину и практику в своей жизни. Кашкаи понесли ужасающие личные потери во время ирано-иракской войны (1980-88). Им противостояли враждебные хезболлахи (партизаны партии Бога) и бросил вызов запретам государства на якобы неисламское поведение. Они сцепились с безудержная инфляция и нехватка рабочих мест. Они стремились получить высшее образование, чтобы получить новые профессии. И они надеялись принести о реформах в государстве и обществе путем голосования за умеренного кандидата в президенты. В повседневной жизни участники этой небольшой группы кашкайцев столкнулись со многими из тех же трудностей, с которыми столкнулись другие иранцы, и они разработали аналогичные стратегии выживания.Таким образом, этот подробный отчет об их сообществе находит широкий отклик.

    Описывая один особый сектор иранского общества, я также изображаю некоторые черты страны, географического региона и доминирующей религии. Я демонстрирую, например, как кочевники Кашкаи относились к политизированный вопрос скромной одежды женщин, установленной государством (часто ошибочно называемой «вуалью»), и того, как они рассматривали одежду кашкайцев с точки зрения своих религиозных и этических ценностей. Их коренная одежда достаточно скромна, они сказали, 5но правительство заставило их носить установленную им одежду под определенные обстоятельства.Я объясняю, почему Исламская Республика разрешила кашкайцам и некоторым другим кочевым и племенным женщинам свободу. одежды, недоступной для городских женщин.

    В начале двадцать первого века люди во всем мире сталкиваются с шокирующими изображениями конфликтов и беспорядков на Ближнем Востоке и в мусульманском мире. В такое время важно избавиться от менее политизированного и больше человеческого света на жителей региона.

    Сенсационные журналисты изображают Иран, в частности, как страну фанатичных мусульман. которые угнетают женщин и презирают западный образ жизни и ценности (такие как «свобода» и «демократия»).То СМИ помещают Иран между двумя недавними целями военных действий США (Афганистан и Ирак), клеймят страну как член «Оси зла» Джорджа Буша-младшего (как Буш в 2002 году), и объяснить, почему Западу угрожает ядерная программа Ирана. Журналисты очерняют Иран слишком опасен для любого постороннего — и, конечно, для молодой девушки — для посещения, особенно неоднократно. Такой изображения являются ложными в отношении подавляющего большинства иранских граждан, которые живут каждый день так, как я описываю для это небольшое, кочевое, племенное сообщество.

    Люди часто спрашивают, как мы с мамой нашли сайты, где кочевники расположились лагерем. Соплеменник, обычно Дариуш Кермези или Бижан Кермези (сыновья вождя племени Кермези), встретил нас в аэропорту либо в Ширазе (на зимние пастбища), либо в Исфахане (на летние пастбища). Из Шираза или Исфахана города ближе всего к территориям кочевников, мы часами ехали в сторону гор.

    Как и другие кочевые скотоводы-кашкаи, кермези имеют сезонные территории, один на осень и зиму, другой на весну и лето.Дважды в год кочевники мигрируют между этими зимними и летние пастбища – расстояние шестьсот километров (см. рисунки 1–2 в приложении).

    Даштак, зимние пастбища кочевников, расположен на склонах хребта гор. Внизу, на равнине, находится город Казерун, где несколько семей кермези живут осенью и зимой, чтобы иметь доступ к его школам. Еще одна гряда гор и предгорий изолирует кочевников Даштака от города.

    Ханалишах, летние пастбища кочевников, находится в часе езды от Семирома, ближайший город. Лагеря в Ханалишахе расположены на верхних склонах высокогорных долин, расположенных между горными вершинами. Большинство семей Кермези которые проводят осень и зиму в Даштаке и Казеруне, отправляются в Ханалишах на весну и лето.

    Иностранцам, которые хотели поехать в Иран, требовалась виза, штамп на всю страницу в их паспорта. Американцы особенно обнаружили, что такое разрешение было трудно получить.У Ирана нет посольства в США США, точно так же, как Соединенным Штатам не хватает Ирана — результат кризиса с заложниками, начавшегося в 1979 году сразу после революция. В то время молодые иранские радикалы захватили американскую посольство (которое они назвали «шпионским гнездом») в Тегеране и содержали американских дипломатов и других сотрудников посольства. в плену 444 дня. Возникший в результате политический тупик потребовал от меня и моей матери полагаться на иранских официальных лиц в Постоянном Представительство Исламской Республики Иран при Организации Объединенных Наций в Нью-Йорке и сотрудники Секции интересов Исламской Республики Иран в посольстве Пакистана в Вашингтоне, Д.С.

    Организация Кашкайского общества

    Термин «кашкаи» относится к членам племенная конфедерация и их история, верования, обычаи и язык (кашкайский турецкий). Утверждая свое турецкое идентичности, кашкайцы противопоставляют себя другим народам региона. При этом они различаются внутри конфедерации в виде секций и подразделов, которые конкретно указывают на их племя, подтрибу, родословную и большая семья. Кашкайская конфедерация состоит из пяти крупных племен. (Амале, Даррехшури, Кашкули Бозорг, Фарси Мадан и Шеш Болуки) и многие более мелкие (такие как Кашкули Кучек и Карачай), каждая из которых содержит свои собственные отделы и подразделения. Группа кермези, на которой я сосредоточусь, является одним из сорока четырех подплемен племени. Племя даррехшури. Для удобства я называю его «племенем», а не «подплеменем». Имя группа Кермези означает «Красные» (см. рис. 3 в приложении).

    Племя кермези состояло из 420 дворов (статистика 2004 г.), каждое из которых являлось ядерным или расширенная семья, состоящая в среднем из семи человек. Племя состояло из трех тысяч человек и пяти названных родословных. Моя мама и я проживал в основном с членами линии Ага Мохаммадли (потомками высшего предка, Ага Мохаммада), но мы часто видели людей из четырех других линий Кермези (Имамвердили, Кайрхбайли, Касемли и Качили). Члены этих пять линий часто взаимодействуют друг с другом, и браки между ними укрепляют связи. Люди ведут свое происхождение от своего отцы. Женщина присоединяется к семье своего мужа, когда выходит замуж.

    7

    Палатка и кемпинг Голама Хосейна из козьей шерсти, летние пастбища, Ханалишах, 1991 г. Махмуд помогает женщинам, пока они доят овец и коз.

    Племенная конфедерация Кашкаи насчитывала миллион человек (неофициальная оценка на 2008 г.), чьи средства к существованию и тип местонахождения отличают их друг от друга.Четыре конфедерации основные экономические сектора включают людей, ведущих кочевой образ жизни скотоводов, людей, которые все еще живут кочевниками и разводят овец и коз. но также занимающиеся совместимыми средствами к существованию, люди, проживающие в деревнях и поселках и городах, поддерживаемые широким спектром профессий и людей, осуществляющих деятельность за пределами Ирана. Я объясняю каждый из этих секторов, поскольку они относятся к Кермези. племя.

    Большинство кермези — кочевые скотоводы, разводящие овец и коз, первый сектор. Они потребляют и продают продукты животного происхождения, включая производные молока, мясо, шерсть и ткани. Некоторые также выращивают зерновые культуры. для собственного потребления и на корм скоту, когда естественных пастбищ недостаточно. Эта группа занимается практиками его предки следовали за ним на протяжении поколений.

    Кермези адаптируют свои средства к существованию и образ жизни, когда изменения в Иране оказывают давление или мотивировать их на это. Такие недавние преобразования включают революцию 1978–1979 годов, новое исламское правительство, расширение модернизации и ее глобальных атрибутов, а также усиление интеграции народа страны.Тем не менее, почти все кермези продолжают традиционные экономические занятия и стремятся сохранить социальные и культурные обычаи своих предков.

    8

    человек все еще живя как кочевники и разводя овец и коз, но также преследуя совместимые средства к существованию составляют второй сектор экономики среди кашкаев. В племени кермези некоторые семьи выращивать яблоневые сады на летних пастбищах для производства фруктов для городских рынков. На зимних пастбищах группы Новое правительство помогло некоторым кочевникам построить деревню, и жители рассчитывают разбить цитрусовые сады и продавать фрукты.Этим действием государство намеревалось расселить кочевников, что было частью постоянных и в значительной степени политических усилий по ослаблению оппозиции его правлению и получению усиление контроля над своими гражданами. Кочевники, купившие участки в новом селе, выражают иные намерения; они планируют продолжают мигрировать и занимать дома только в качестве сезонного проживания непосредственно перед и во время сбора урожая. Предыдущие правительства, особенно Реза-шах (годы правления 1926–1941) также пытался заселить иранских кочевников, в том числе кашкаев.

    В рамках третьего сектора экономики некоторые кермези занимаются оплачиваемой работой. государственных служащих и в качестве наемных работников в частной сфере. Почти все они также продолжают свои экономические интересы в скотоводстве. и земледелие, обычно в сотрудничестве со своими все еще мигрирующими родственниками. Государственные служащие включают учителей, школьных инспекторов, правительственные чиновники, медицинские работники, инженеры, работники нефтяной и газовой промышленности, фабричные рабочие, кооперативные магазины руководители, военнослужащие (в т.ч. революционная гвардия) и даже депутат парламента.Мужчины и женщины, занятые таким образом отмечают преимущества стабильного дохода и финансовой выгоды от государственных программ здравоохранения. и выход на пенсию. Те, кто занят в частной сфере, пытаются содержать себя в качестве наемных рабочих (в сельском хозяйстве, строительстве и т. крупная и мелкая промышленность), возчики товаров, наемные извозчики, лавочники, повара, продавцы тканей, контрабандисты. Эти лица не имеют постоянного или надежного дохода и некоторых государственных услуг.

    Все больше мальчиков и девочек Кермези заканчивают среднюю школу, посещают университет, и надеясь впоследствии найти специализированную профессиональную работу.Многие преуспевают в этом стремлении, хотя не все довольны своим новым образом жизни. Живя отдельно от своей семьи, родственных и племенных групп, они говорят, что скучают по горам. и подробности жизни, знакомой им с детства. Женщины особенно отмечают, что они чувствуют себя одинокими и отчужденными в своей жизни. новые настройки в городах и поселках.

    Кашкайцы в третьем секторе часто до сих пор считают себя «кочевниками» (ашайер) независимо от их текущих образовательных и экономических усилий и их новых места жительства.Быть «кочевником» — это больше, чем просто физическая мобильность; это слово также несет культурную коннотации, некоторые из которых совпадают с термином «Кашкай». Оба ярлыка предлагают людям 9а способ идентифицировать себя и их самобытное общество и культура, а также дифференцировать себя как группа из более широкого иранского общества, в котором преобладают этнические персы.

    Четвертый и последний сектор, немногочисленные кашкайцы, проживающие за пределами Ирана, состоят в основном из наемных работников (некоторые из более в частной сфере), наемных рабочих, студентов университетов и ссыльных лидеров.За одним недавним исключением, Кермези не хватает представительство в этом диаспоральном сообществе.

    Масуд Кермези десять лет пытался изучать авиационную технику за границей. потому что в Иране не было необходимых программ высшего образования. Он жаловался, что застрял на рутинной преподавательской работе. в Тегеране ниже его профессиональных достижений. Ему не хватало политического влияния и жесткой идеологической позиции, необходимой чтобы он получил разрешение правительства на выезд из страны.Государство инвестировало в его университетское образование и хотел убедиться, что кто-то с его специальной подготовкой не эмигрирует. Смягчившись, правительство, наконец, разрешило Масуд поедет в Россию в 2004 году для получения докторской степени. Уезжая, он обязал себя (а также жену и маленького сына) к четырехлетнему пребыванию в Москве, где ему предстояло выучить русский язык, язык учебников и лекций.

    Большинство кашкайцев в этом четвертом секторе – диаспора – пытаются найти рабочие места и возможности для получения образования в принимающих странах, а лица, классифицированные как беженцы, получают государственные социальные услуги пока не смогут обеспечить себя.Они решительно придерживаются все более сентиментальной идентичности Кашкаи, изучают свою историю и культуру и говорить по-турецки со своими детьми, которым они прививают информацию о своем наследии. Они украшают свои дома яркими ткацкими изделиями Кашкаи и другими предметами, имеющими символическое значение (например, миниатюрными моделями своих бывших черных палаток из козьей шерсти) и установить тесные связи с другими кашкайцами за границей. (Похороны в Нидерландах в 2008 году привлек шестьдесят Qashqa’i из многих стран Европы. ) Некоторые Qashqa’и периодически ездят в Иран для обновления социальные и культурные связи. Другие не могут вернуться, некоторые из них по политическим причинам, ностальгируют по тому, что они кашкайцы.

    Многие кашкайцы, проживающие за границей, также считают себя «кочевниками», особенно когда тяжелые условия, с которыми они там сталкиваются, вынуждают их менять работу, менять место жительства, переезжать в другие городов и поселков, а также найти новые страны для их размещения. Претендуя на этот ярлык, они также признают свою культурную самобытность. подчеркивают свое отличие от большинства населения в своих новых странах (а также от других иммигрантов-мусульман там), и уменьшить их чувство отчуждения.Их идентичность в Иране как кашкаев, кочевников и соплеменников укрепилась. их в их усилиях противостоять репрессивной политике череды центральных правительств. В качестве ярлыков идентичности термины служат в аналогичные способы за границей, особенно в Европе, где большинство населения часто не одобряет иммигрантов, особенно мусульман из такой страны, как Иран.

    Историки не знают ни письменных документов, ни устных преданий которые всесторонне объясняют происхождение кашкайской конфедерации.Они не знают точно предыдущую жизнь людей. места, даты их миграции в юго-западный Иран или время, когда они впервые сформировали союз племенных групп. Они понимают, что люди конфедерации, по крайней мере, с середины восемнадцатого века, имели различные географические, племенной, языковой и культурной принадлежности, даже если они не могут определить такую ​​принадлежность и происхождение по точным местам и даты.

    Некоторые кашкаи, вероятно, происходят от миграций тюркских народов в одиннадцатом веке. племенных народов из Туркестана в Средней Азии, в то время как другие могут происходят от монгольских и тюркских племен, связанных с Чингисханом (1162–1227).Когда Чингисхан возглавил массовую миграцию из Монголии в Центральной Азии в тринадцатом веке, некоторые группы отделились и двинулись на юго-запад в сторону современной территории. Туркменистан, а затем дальше в Иран. Другие группы поселились в Кавказских горах к западу от Каспийского моря. они идут на юг, в Иран. Третьи путешествовали на земли сегодняшних стран Турции и Ирака, с некоторыми позже двинулся на восток, в Иран. Некоторые из этих различных племенных групп, вероятно, способствовали формированию кашкаитов. конфедерация.Их языки, обычаи, племенные организации, присвоение титула хана на вождях и кочевое скотоводство с овцами, козами и верблюдами демонстрируют сходные черты. Другие части Qashqa’i конфедерация происходит от тюркских, курдских, лурских и других племен, которые были мобильными в более широком регионе до, во время и после одиннадцатого века. Пожилые жители южного и юго-западного Ирана, в том числе арабы, белуджи, персы, и цыгане, также связанные с конфедерацией.Объединение племенных ханов многих из этих людей, и к середине XVIII века среди них возникла правящая династия, сформировавшая своеобразный социально-политический образование, конфедерация Кашкаи. Лидеры Конфедерации в начале двадцать первого века, в изгнании за границей или ограниченные в своей политической деятельности в Иране прослеживают прямое, задокументированное происхождение от вождей восемнадцатого века.

    Эта богатая, сложная история кашкайцев в начале двадцать первого века все еще проявляется в физических чертах людей и их племенные и групповые названия, лингвистические особенности, устные традиции, обычаи, материальные и связанные с ними технологии (включая ткачество, его приемы и узоры).Даже по прошествии столетий кое-где среди кашкаев встречаются лица и телосложения людей, выглядящих как будто только что вышли из казаха или киргиза юрта (войлок) в наши дни Центральная Азия.

    Меньшинства в Иране и вопросы идентичности

    Вопросы культуры и национальных меньшинств идентичность становилась все более значимой для кашкаев после революции 1978–1979 годов. Как племенно организованный Турки, кашкаи, являются одними из многих языковых, этнические, племенные и национальные меньшинства.

    Население Ирана, составляющее семьдесят с лишним миллионов человек (2008 г.), состоит из разных народов. включая персов, турок, курдов, белуджи, арабы, и Лурс. Персы – это те, чей родной язык персидский и кто идентифицироваться с широко определенным понятием персидской культуры. Остальные говорят на других первых языках и идентифицируют себя в первую очередь с другие культуры. Официальным языком Ирана является персидский, который распространяется правительственными учреждениями, школами и средствами массовой информации. и, следовательно, многие неперсы в Иране сталкиваются с персидским языком и культурой.Многие персы и неиранцы (включая некоторые ученые и журналисты), не знающие о степени языкового и культурного разнообразия в Иране, приравнивают персидский культуры и иранской культуры. Они отождествляют национальное государство Ирана с персидской культурой. Многие из тех, кто не персы отвергают это представление и подчеркивают примат для себя собственных языков и культур. Две, казалось бы, противоречивые но одновременными тенденциями в стране являются усиливающаяся персидизация неперсидских народов Ирана и растущее осознание неперсами своего собственного языкового и культурного наследия, которые они пытаются поддерживать и улучшать.Оба процесса были распространены среди кашкаев до и после 1978–79 революция.

    Национальные меньшинства Ирана демонстрируют политизированное чувство идентичности и стремление к некоторой степени региональной автономии, например, наличие собственных избранных на местном уровне должностных лиц, местной полиции, обучения в школах на их родных языках, а также газеты и передачи средств массовой информации. За исключением меньшинства курдов, немногие из этих групп стремятся собственное независимое национальное государство.Они исторически составляли часть Ирана, ожидают доли богатства от страны. богатые запасы нефти и природного газа, и рассчитывают, что военные и разведывательные службы Ирана защитят их от враждебных соседями, другими внешними силами и внутренними врагами. Иранское правительство, соседние страны и западные государства (особенно Соединенные Штаты) поощряют внутренние разногласия внутри этих общин меньшинств, чтобы предотвратить их дальнейшее слияние. и движение к автономии или независимости.

    12

    Кашкаи – мусульмане-шииты, в отличие от многих других этнически организованных и национальных племен Ирана. меньшинства, которые являются мусульманами-суннитами. Таким образом, Кашкаи появляются избежать некоторых проблем, с которыми сталкивается иранская религиозная меньшинства: мусульмане-сунниты и представители других конфессий (христиане разных сект, бахаи, зороастрийцы, иудеи). Религиозный вера кашкайцев основывается на их любви к Богу и уважении этического поведения.Отчасти потому, что их сезонность территории удалены от религиозных центров, кашкаи исторически не были так знакомы, как многие другие Иранские мусульмане с исламским правом (шариатом) и обычаями, включая посещение мечетей, совершение ежедневных молитв, пост в месяц Рамадан, совершение паломничества в Мекку и чтение Корана. С момента образования Исламской Республики в 1979 году правящее духовенство Ирана и его сторонники пытались пропагандировать их версия исламских верований и обычаев среди кашкаев.Особенно для школьников обязательная скромная одежда, обязательные молитвы и пост в школьные дни, обязательное обучение. в исламе Коран и арабский язык повлияли на их взгляды и обычаи.

    Мигрирующий и жилая практика

    кашкайских кочевников проживают на двух обширных территориях в пределах длинный южный участок гор Загрос: кешлак (или гармсир по-персидски) на малых высотах на юге и западе осенью и зимой, а также яйлак (или сархад на персидском языке) на больших высотах дальше на север и восток весной и летом. (см. рисунок 2 в приложении).Они не пересекают международных границ, в отличие от некоторых других кочевников в Иране. Каждая экологическая зона занимает пастбища, пригодные для содержания скота в разное время года. Кочевники пожинают пользуйтесь преимуществами всех времен года и избегайте суровых погодных условий, путешествуя два раза в год на большие расстояния из одного района в другой. в поисках лучших пастбищ, воды и погоды. Их зимние пастбища летом жаркие, влажные, кишат насекомыми и лишены много растительности. Их летние пастбища зимой имеют резкие ветры и глубокий снег.Каждая полугодовая миграция длится от от одного до трех месяцев и охватывает от двухсот до шестисот километров. Не ограничен фиксированными расписаниями во время миграции, кочевники могут проводить дни или недели в промежуточных стоянках, если положение там благоприятно для домашнего скота (см. табл. 6, 7–9).

    До 1980-х годов большинство кашкайских кочевников круглый год жили в ручных, черных, палатки из козьей шерсти. Они часто разбивали лагерь в тех же самых местах, которые они выбрали в прошлом, отмеченные ямами для костра, загонами для скота и каменными платформами, на которых кочевники складывают свой багаж внутри палатки (см. табл. 1, 3).

    13

    Самаррох у своего ткацкого станка и палатки из козьей шерсти, летние пастбища, Ханалишах, 1992 г. Она использует металлический каркас для стабилизации ткацкого станка и натяжения нитей основы.

    После 1980 года на зимних и/или летних пастбищах многие кочевники строили небольшие однокомнатные каменные хижины или дома, которые более прочны и защищены, чем палатки. Постройки на зимних и летних пастбищах различаются по размеру, форма и материалы из-за различных климатических условий и местных ресурсов.Например, в болотах зимой пастбищах, кочевники собирают тростник, который они используют для покрытия своих зимних хижин и для создания экранов, которые они размещают вокруг своих домов. навесы для защиты от ветра (о крышах см. табл. 5). То новые жилища защищают людей и имущество от неблагоприятной погоды, а также служат территориальными маркерами, препятствуя другие от захвата земли, пока кочевники путешествуют и живут в другом месте. К потенциальным нарушителям относятся земледельцы, живущие в близлежащих деревнях, соседних племенных группах и государственных учреждениях.

    Каменные хижины и дома иногда заменяют палатки из козьей шерсти в течение части года, но люди до сих пор ставят свои палатки во время переселений, в умеренную погоду и для церемоний, таких как свадьбы и похороны. Палатки комфортны и удобны, но кочевники тоже ностальгируют по своему традиционному образу жизни. Черные палатки символизируют кашкаи и кочевая идентичность народа.

    Многие кочевники устанавливают свои палатки из козьей шерсти, когда впервые прибывают на зимние пастбища, разобрать их и переселить в хижины или дома, когда начнутся зимние дожди, а затем снова поставить палатки, чтобы радоваться наступающей весне. Погода.Они также разбивают свои палатки (иногда меньшего размера, чем раньше) рядом со своими хижинами и домами и используют дополнительное место для приготовления пищи, хранения и ткачества. Многие кочевники, особенно женщины, ценят камень и ткань. структуры, доступные для гостей, разнообразные задачи и конфиденциальность.

    Живя в палатках, хижинах и домах, кочевники часто сохраняют обычаи. У некоторых домов есть небольшие крыльца, а кочевники строят каменные и бетонные платформы или укладывают гравий перед входом, чтобы содержать территорию в чистоте. и предоставить место для работы.Люди проводят время на этих верандах и патио, как и в палатках. Аккуратные груды имущества, сложенные вдоль внутренних стен домов, отражают установку палаток. дома места для приготовления пищи, как и прежде, представляют собой небольшие навесы из козьей шерсти, тростниковых циновок, соломы или парусины, которые сидят рядом или прислоняться к основным жилищам. Возле своих палаток и домов кочевники складывают дрова, строят загоны для скота и воду. желоба (см. табл. 6).Обычно они строят свои хижины и дома именно там, где они когда-то разбивали свои палатки, и новые жилища обращены в том же направлении — обычно на северо-восток. поймать тепло восходящего солнца и заблокировать жгучие дневные блики.

    Козы выживают, будучи выносливее овец и лучше передвигаясь по каменистым горным склонам. просматривая сухие, часто колючие растения, растущие между камнями. Овцам требуется более дружелюбная пища, такая как трава и другие мягколистная растительность.Чтобы обеспечить адекватное питание для своего скота, скотоводы надеются на достаточное количество естественных пастбищ. Если выпас плохой, их необходимо выращивать и покупать кормовые культуры в качестве подкормки.

    Верблюды, мулы и ослы возить на кочевьях имущество кочевников, в том числе сложенные полотнища палаток, шесты для палаток, большие медные горшки, тканые мешки с товаром, новорожденными ягнятами и козлятами. Некоторые мужчины и женщины ездят на лошадях или мулах. Кочевники хранят свои товары (которые они пытаются свести к минимуму) в специально разработанных тканых мешках и контейнерах, чтобы они могли легко найти предметы и безопасно упаковать их для трудных походов. Не имея места для постоянного безопасного хранения, они стараются быть хорошо организованными. Например, они хранят свои изящные чайные стаканы и фарфоровые блюдца в небольших деревянных коробочках с отделениями, обитыми бархатом. чтобы предметы не ломались при транспортировке вьючными животными (см. 7–9).

    До 1980-х годов почти все кашкайские кочевники путешествовали пешком во время полной миграции. с их овцами, козами, верблюдами и всем другим их имуществом. С тех пор их стало меньше, отчасти из-за жесткий график посещения школ.Вместо этого теперь нанимают больше людей. грузовики для перевозки своего домашнего имущества из одной сезонной территории в другую. Путешествие обычно требуется всего сутки, если тяжело нагруженные автомобили не ломаются в пути, что случается чаще, чем нет. Те, кто все еще мигрирует обычным путем пешком, — это владельцы стад, наемные пастухи со своими семьями и домашний скот. Иногда, но только осенью из-за скудные пастбища и вода, некоторые кочевники могут перевозить своих овец и коз на грузовиках. Высокая стоимость мешает большинству делать так. В отличие от крупных мигрирующих групп, преобладавших до 1980-х годов, многие небольшие мобильные группы в настоящее время состоят всего из нескольких мужчин и мальчики старшего возраста, чтобы пасти стада, и несколько женщин и девочек старшего возраста, чтобы готовить еду и собирать воду, еду и топливо во время поездка. В 1990-х годах некоторые мужчины возобновили разведение верблюдов, чтобы получить прибыль от растущего спроса на верблюжье мясо в городах Ирана. Это решение, один из многих подобных примеров, демонстрирует, как кочевники реагируют на изменение экономических условий.

    Кашкайцы идентифицируют себя и идентифицируются другие по их одежде. Их одежда представляет и символизирует их общество и культуру, а также их место в Иране. целое. Выбирая одежду, люди проявляют интерес к удобному, привычному стилю, а также отражают изменения в себе и в обществе в целом.

    Детали одежды, которую традиционно носят представители племени, специфичны для кашкаи, но общие стили похожи на одежду других народов, часто племенных, живущих в других частях Ирана, Кавказские горы и Средняя Азия.

    Женщины носят несколько ярких юбок, собранных на талии, и тунику с разрезает с двух сторон. Иногда добавляют короткий бархатный жакет, расшитый пайетками и бисером. Их головные уборы включают плотно прилегающая шапка, полупрозрачный шарф и шелковая лента, опоясывающая голову и спускающаяся по спине (см. фото 1–2, 7–10).

    В качестве повседневной верхней одежды мужчины носили халат, застегивающийся поясом. С 1970-х годов большинство мужчин носят свободные брюки и рубашки с длинными рукавами на пуговицах.Для поездок в город и общественных и торжественных случаев, они одеваются более официально в костюмные брюки и куртки, которые часто покупают в секонд-хендах на городских базарах. Торжественный наряд который мужчины выбирают для свадеб, охоты и военных лагерей, включает в себя халат без рукавов из прозрачной бежевой ткани и закрепленный плетеным шнуром с петлями для плеч и декоративными кистями, свисающими сзади. Необычная шляпа цвета хаки или серый войлок и характеризующийся двумя вертикальными лоскутами над ушами, уникален для кашкайских мужчин и отличает их от всех других племен, этнические группы и группы национальных меньшинств в Иране и в более широком регионе (см. табл. 4).

    Голтамам открывает седельную сумку в своей палатке из козьей шерсти, на летних пастбищах, в горах. над деревней Атакола, 1971 г.

    Дети носят уменьшенные версии одежды своих родителей и, все чаще, стили, которые они соблюдают в ближайших городах. Некоторые девушки носят длинные однослойные юбки (часто поверх брюк), свободные блузки и простые платки. в то время как большинство мальчиков носят длинные брюки, трикотажные рубашки и куртки. Для церемоний мальчики и особенно девочки часто надевают обычные Кашкайское платье.

    Иранская революция и Исламская Республика вызвали больше изменения для горожан и горожан, чем для большинства кочевников. Кашкаи и многие другие племенные группы живут высоко в горах. горах или далеко в пустынях и приграничных районах, вдали от городских районов, и являются полуавтономными политическими и социальными образованиями. В результате они менее непосредственно переживают национальные изменения, чем большинство других иранцев. Тем не менее, когда Qashqa’i участвуют в более широком иранском обществе, например, когда они посещают школы или получают работу в больших и малых городах, государственная влияние становится более очевидным в их жизни.

    В 1979 году политические активисты, включая мусульманское духовенство сверг монарха Мохаммада Реза-шаха (годы правления 1941–79) и вынудил его покинуть страну. Несколько месяцев спустя, духовенство и его сторонники учредили Исламскую Республику Иран. Представлены новые политико-религиозные лидеры страны многие правила, такие как требование ко всем женщинам старше девяти лет носить скрывающую одежду и покрывать волосы. Они запрещал неженатым мужчинам и женщинам общаться при некоторых обстоятельствах, если только они не были близкими родственниками.Группы линчевателей и правительственные мобильные отряды нравственности наказывали людей, нарушивших государственные кодексы. Новые власти объявили, что они не навязывал эти и другие правила подчинению самок, тем более что и самцы подпадали под новые ограничения, такие как необходимость носить скромную одежду и вести себя осмотрительно. Они заявили, что намерены интегрировать как мужчин, так и женщин. в исламском государстве и обществе нового типа, в котором граждане подчинялись религиозно санкционированным ценностям.

    Будучи гражданами Ирана, кашкайские кочевники и сельские жители знакомы (по разным градусов) с новыми ограничениями. Тем не менее, проживая в отдаленных местах, они могут продолжать практиковать многие обычаи без много помех. Традиционные головные уборы кашкайских женщин обнажают их волосы, и многие женщины (особенно пожилые те) отказываются изменить этот наряд, который, по их словам, и без того достаточно скромен. Молодые женщины критикуют правительство, которое принуждает им носить пальто (манто) и капюшоны (макна’э) или покрывала с головы до ног (чадра), если они хотят ходить в школу или работать в городах и 18городов.Они все еще не Qashqa’i одеваются дома, в своих группах и на общественных праздниках. Там, пользуясь большей свободой, чем большинство городских женщин, кашкайские женщины взаимодействуют с мужчинами и вместе участвуют в музыке, танцах, песнях, поэзии и спорте (см. таблички 2, 10).

    Женщины-кермези танцуют на свадьбе, летние пастбища, Нурабад, 1992 год.

    Некоторые городские персы, особенно женщины из среднего класса, жалуются на двойные стандарты.Они говорят, что государство вводит строгие правила в городах и поселках, но разрешает этническую принадлежность страны. меньшинства, где бы они ни жили, имеют больше свободы в выборе одежды и поведения. Иностранные туристы и другая международная аудитория считают эти меньшинства — особенно кашкайцев — привлекательно живописными и экзотическими, что отчасти объясняет более мягкие требования государства к ним. Кроме того, некоторые правительственные чиновники считают Qashqai и подобные этнические группы как выжившие или остатки «аутентичного» мусульманского общества, которое процветало раньше других мусульман в Иране стал модернизированным, вестернизированным и секуляризованным.Они рассматривают навязчивые и деструктивные процессы вестернизации и секуляризации как своих врагов, а не «коренные» формы мусульманского общества. Например, официальные лица говорят, что девочки-подростки в Тегеране – соблазнительные в мини-юбках и с голым животом, танцующие под популярную западную музыку и свободно общающиеся с мальчиками — должны исправить свою одежду и поведение, а не те мусульмане, которые сохраняют и соблюдают свои досовременные обычаи.

    19

    В большинстве стран, в которых ислам является официальной и/или доминирующей религией, скромные Исламская одежда (хиджаб) для женщин необязательна, и некоторые предпочитают носить ее, а другие не делайте. Вид одежды, считающийся «скромным», варьируется от места к месту и в зависимости от социально-экономического положения женщины. статус, уровень образования, род занятий, место жительства, национальность. Только несколько стран, включая Иран и Саудовскую Аравию. Аравия предписывает носить скромную исламскую одежду всем женщинам старше девяти лет, когда они входят в общественные места. Даже в этих странах многие женщины, предпочитающие соблюдать скромность в одежде, невзирая ни на какие правительственные постановления, отмечают, что женщины должны следовать личным выбор и противостоять давлению государства.Они и другие говорят, что исламский закон запрещает принуждение к религиозному выражению и что Бог постигает истинные намерения всех людей. Таким образом, женщина, которая носит скромную одежду только потому, что или принуждает ее, не основывает свои действия на религиозных убеждениях и, следовательно, не угождает Богу.

    Во время посещения Ирана я меняла свою одежду и внешний вид в соответствии с к обстоятельствам. В городах, на шоссе и в аэропортах я носил платок и пальто до колен.Вдали от Ирана общественных владениях и среди кочевников я не всегда покрывал волосы или надевал пальто.

    На летних пастбищах в Ханалишах я редко надевал шарф или пальто, если только правительство чиновник был в гостях у кочевников. Я носил большие длинные рубашки и длинные свободные штаны. Стоя на участке гравия в угол нашей палатки, я вымылся и вымыл шампунь, используя кувшин с холодной водой, кусок мыла с песком и тряпку для мытья посуды, которая пахло козами, занимающими загоны поблизости.Я заплела мокрые волосы в косы или в хвост. Распущенные волосы казались неуместно, потому что социальные правила обычно не позволяют женщинам и девочкам такие свободы.

    На окраине города Казерун у гор небольшие домики закрытые дворы с высокими стенами и отдельные душевые. Я не носил платок в доме моих хозяев, потому что семейной обстановки. Жена Дариуша, Фарзане, не надевала шарф дома, если только не приходили гости или ее родственники-мужчины. были представлены.Когда родственники и друзья навещали моих хозяев, они видели меня с непокрытой головой. Когда я шел к другой семье дома я носил пальто и шарф в близлежащих переулках, чтобы соответствовать городским обычаям. Если дом принадлежал другу, я случайно соскользнул с куртки и шарфа или позволил шарфу упасть сам по себе, когда я вошел в закрытый двор, чтобы следовать пример других девушек. Женщины часто жестами предлагали мне снять шарф, если я пожелаю, и тогда я часто делал это. Если эти семьи были 20развлекательными гостей, с которыми я не был знаком, я сохранил шарф из вежливости к моим хозяевам.Тем не менее, гости часто говорили своим девочек подросткового и подросткового возраста, чтобы они могли снимать пальто и шарфы. Иногда меня накрывали, когда, по иронии судьбы, других девушек моего возраста или старше не было.

    Зимние пастбища в Даштаке вызвали другие вопросы. Я не был склонен носить платок в то время как я остался с кочевниками там, как я обычно не делал в Hanalishah. Тем не менее, погода иногда была холодной и дождливой, и головной убор приветствовался. Многие девочки-кермези начинают носить шарфы задолго до того, как возраст, установленный законом, составляет девять лет. государство, и поэтому я обычно был единственным без него.То, как я одевался, казалось, не беспокоило кочевников, наблюдавших за мной. Я взрослел с годами и принимал мои формы самовыражения. Единственный человек, который когда-либо предлагал какое-либо покрытие для Я был социально консервативным человеком, который услышал хриплый футбольный матч в уединенном переулке перед домом в Казеруне и спросил: моя мать, если бы я был одет в шарф. Я был.

    Для кочевников я представлял общество и культуру, которые допускали личную свободу и индивидуальный выбор.У них были схожие ценности, но государственные правила часто обязывали их как граждан Ирана жить по правилам. Мне казалось уместным соблюдать обычаи, которых придерживались эти люди, а также следовать государственные законы, под которые они подпадали. Мы разошлись, потому что я смог посетить Иран и уехать без долгосрочные последствия, которые должны учитывать девочки и их семьи. Как девушки вели себя и как другие воспринимали они были серьезным делом для их семей, которые надеялись устроить для них наилучший брак.Когда я увидел, что мужчины начали ограничивать общение и мобильность своих дочерей, я знал, что люди планируют свое будущее. Любой подозрения, даже тривиальные или необоснованные, потенциально наносили ущерб перспективам этих девушек. Люди подвергали мальчиков подобным виды проверки по тем же причинам. Тем не менее, они сосредоточились на характере мальчиков, а не на их одежде, и они подчеркивали способность мальчиков преуспевать в школе, усердно работать, содержать семью, жить в соответствии с племенными кодексами поведения, и чтить своих старших.

    Мой Повседневная рутина (но вряд ли рутинная)

    Когда люди слышат мои рассказы о жизни в Иране, они удивляются как кочевники могут обходиться без комфорта и удобств, которыми наслаждаются многие американцы и которые считают само собой разумеющимся. Жизнь там не была для меня трудной; Я вошел в это общество достаточно рано, чтобы еще не зависеть от множества современных устройства.

    На летних пастбищах в Ханалишахе мы с матерью обычно жили вместе с семьей. вождя племени Борзу Кермези, который служил 21 вождем до своей смерти в 1995 г.Мне посчастливилось знать его во время моих первых визитов, и его смерть была болезненной для его семьи. и племени и для моей матери и для меня.

    Юля держит куропатку в козьей палатке Борзу, летние пастбища, Ханалишах, 1991 год. Она сидит у груды семейного багажа, покрытого гелимом.

    Моё и мамино пребывание на зимних пастбищах в Даштаке было похоже на моё описание ниже для Ханалишаха, и ранее я описал наши обстоятельства в Казеруне.

    22

    Наш лагерь в Ханалишах с 1991 по 1997 год состоял из двух семей. Первый удерживал Борзу (до его смерти в 1995 г.), его жену Фалак, двух их сыновей (Дариуш и Бижан) и одну дочь (Фариба). То в другой семье были женатый сын Борзу и Фалака, Мохаммад Карим, его жена и восемь детей. Один или два в стане также периодически жили наемные пастухи и их семьи. Бижан женился на Марьям в 1992 году, а Дариуш женился Фарзане в 1993 году; обе невесты присоединились к дому Борзу и Фалака.

    В 1998 году (когда Бижан провозгласил свою независимость) и после этого наш лагерь в Ханалишах включал три семьи, по одной на каждого из трех женатых сыновей Борзу и Фалака. Один или два наемных пастуха и их семьи часто проживали там также. В первом доме, где я остановился, была жена Борзу, Фалак; ее незамужняя дочь Фариба; ее средний сын Дариуш; и жена Дариуша, Фарзана, и сын Салар. Второе домашнее хозяйство младший сын Фалака Бижан; жена Бижана Марьям; и их дети, Хоуман и близнецы, Кайхан и Ширин.Третье домашнее хозяйство состояло из старшего сына Фалака, Мохаммада Карима; его жена Булгаис; и семеро из их восьми детей: Коруш, Самангол, Атифе, Нахид, Соруш, Араш и Киануш. Их старшая дочь Фарахназ жила с мужем и двое детей в другом месте. Многие события, описанные в этой книге, произошли в 1998 и 1999 годах и отражают именно эти обстоятельства.

    Хозяева разбили брезентовую палатку, где мы с мамой спали и хранили багаж. Они кормили нас, за исключением тех случаев, когда другие семьи приглашали нас в гости, что происходило почти ежедневно.

    Мы с мамой привезли немного личных вещей. В нашем багаже ​​были спальные мешки, ноутбуки, медикаменты и одежду для теплой и холодной погоды, которую мы стирали у близлежащих горных источников. Остальная часть нашего багажа содержала подарки для наших хозяев и других людей, с которыми у нас были тесные связи.

    Через повседневную деятельность я познакомился со многими мужчинами, женщинами и детьми, особенно тех, о ком я пишу в этом томе. У меня сложились самые близкие отношения с людьми, живущими в лагере моих хозяев, и я общался чаще всего с ними. Теперь я описываю, как я провел время среди кочевников и как наши жизни пересеклись.

    Утром, когда солнце впервые выглянуло из-за гор на восток и стал греть маленькую брезентовую палатку, я проснулся, умылся и оделся. Мама вставала раньше, на рассвете, вместе с другие в лагере, и они уже занимались дневными делами. Я сложила одеяла и упаковала свой спальный мешок и мягкую игрушку (другую каждый год, чтобы распределить привилегию между многими) для защиты их от песка и пыли, которые ветром в убежище.

    Когда я вышел из палатки, пастухи и стада были уже далеко на горных склонах. Иногда, особенно в первые несколько дней каждого визита, я на мгновение просыпался, когда они проходили мимо палатка перед рассветом. Через несколько дней я перестал замечать звон колокольчиков, шарканье копыт и фырканье. (Однако их отсутствие смутило меня, когда я вернулся в Тегеран. Там городской шум грубо будил, даже предрассветный призыв к молитве, который мне в остальном нравилось слышать. ) Унылое блеяние овец и козлят, когда они звали ягнят. и дети, которых они оставили в тростниковых загонах, не разбудили меня. Даже когда козы перестали тереть основания рогов (зудящее место, где рога вырываются из черепа) о поддерживающие канаты палатки и трясло маленькую конструкцию, Я проспал все это. Вторгшиеся куры и собаки меня не разбудили. Куры, ищущие места, чтобы спокойно отложить яйца, работали под стенами палатки, а затем с растерянным, раздраженным воплем сопротивлялись попыткам моей матери прогнать их. вне.В частности, одна собака, убегая от камней, брошенных лагерными детьми, часто искала убежища в углу. наша палатка.

    В зависимости от ранее составленных планов, которые часто менялись и были непредсказуемы, день обычно проходил одним из трех разных способов: мы с мамой посетили другой лагерь в течение дня (который включал обед, а иногда и ужин), мы оставались в своем домашнем лагере или уходили в путь подальше от Ханалишаха. Когда я был молодым, мы всегда занимались этими делами вместе, но по мере того, как я взрослел и лучше знакомился с людьми, я стал больше тренироваться. независимость.

    Первая ситуация, когда мы отправились в другой лагерь в Ханалишах или рядом с ним, была самый распространенный. Иногда, если у нашего хозяина на этот день был автомобиль или он мог его одолжить, он ездил в лагерь Фалака, чтобы забрать нас. Иногда мы гуляли, если расстояние было не слишком далеко. В другой раз Дариуш или Бижан брали нас в другой лагерь в старый Land Rover, принадлежащий семье, и он мог остаться с нами, пока мы не будем готовы вернуться домой. Таким образом, как гость, он мог воспользоваться специальным обедом, а также обсудить последние новости и предстоящие решения со своими родственниками и соплеменниками.Если Дариуш или Бижану нужно было закончить работу или по делам, он нас там оставил; он или кто-то другой пришел позже, чтобы отвезти нас домой, или мы шли, когда мы были готовы уйти. Мне особенно нравилось возвращаться домой пешком с молодежью из лагеря, который мы посетили; они были счастливы сбежать от своих обязанностей. Вне поля зрения придирчивых взрослых у нас были приключения по пути.

    24

    Пока моя мать беседовала с нашими хозяевами и другими посетителями и делала записи, дети и молодежь занимали меня своими делами, которые различались, потому что в каждой семье и лагере были люди разного возраста.Я проводил время с малышами, такими как Дорна (глава 1), мальчиками и девочками предподросткового возраста, такими как Маасуме (глава 2), подростки такие как Нахид (глава 3), молодые люди, такие как как Фариба (глава 4), люди среднего возраста, и старейшины, такие как Фалак (глава 5). я взаимодействовал часто с девочками и женщинами, но также был дружелюбен с мальчиками и мужчинами, особенно потому, что отношения в семейных группах были неформальными. Мужчины, женщины, а также представители старшего и младшего поколений регулярно вместе работают и отдыхают. или в непосредственной близости друг от друга, и любая степень формальности из-за пола и возраста, казалось, уменьшилась, когда я участвовал рядом с ними.

    Однажды летом я подарил игру в Твистер одной особенной семье с тремя маленькими детьми. В этой игре каждый игрок отвечает на вызывающего абонента, который объявляет один за другим, какую руку и какую ногу должен поставить игрок. какой из четырех кругов разного цвета на большом пластиковом листе разложен на земле (например, «Правая рука, красная!»). На листе много кругов каждого цвета, и игроки двигают руками и ногами по очереди и из круга. кружить по ходу игры.Игроки, не способные удержать свои указанные «скрученные» позиции, падают и дисквалифицирован; побеждает последний человек, оставшийся на своем месте. Начинающие участники быстро вникли в игру. Скоро девушки а мальчики вместе с женщинами и мужчинами с энтузиазмом изобретали свои правила (например, высоко держать в воздухе рука еще не объявлена) и развлекая многочисленных зрителей, жаждущих своей очереди.

    Кроме как во время еды, я обычно не оставался в жилище наших хозяев.я уехал почти сразу с детьми – и девочками, и мальчиками, – которые там жили. Мы исследовали разные окружение, которое характеризовало каждый лагерь и местность и преследовало друг друга через сады, взбиралось на горные склоны, ходили пешком к горным источникам, играли в футбол и другие игры. Я также сопровождал этих детей, когда они исполняли свои много повседневных дел. Иногда мое присутствие освобождало их от работы, особенно если я нечасто навещал их или не видел их где-либо еще, и их родители ценили время, которое мы провели вместе.Родители и дети постарше, которым не нравились антиамериканские лозунги, распространяли в Иране через школы и средства массовой информации радовались дружескому лицу, а не абстрактному осуждению, помещенному на «Америка.»

    Жители этих территорий обычно знали передвижения и деятельность всех остальных, отчасти из-за открытой местности и проходящей через нее одной автомобильной дороги. Мальчики и иногда девочки из др. лагеря заходили с напускной небрежностью, чтобы присоединиться к нашей деятельности.Их матери могли бы проинструктировать их заранее не навязывать на обед или ужин, и молодежь часто исчезала, увидев, что еда готова, только для того, чтобы снова появиться час спустя. Наши хозяева выразили огорчение, когда увидели, что детей нет; они были не против поделиться едой с их. Иногда мне удавалось заехать в один лагерь по пути в другой, чтобы попросить одного или нескольких друзей сопровождать меня. мне на день. Девочки реже, чем мальчики, спонтанно посещали другие лагеря, и мое приглашение освободило этих девочек от ограничения, под которые они иногда попадали.Девушки пришли в сопровождении и не нарушили никаких правил; лагеря, которые мы посетили держали своих близких и гостеприимных родственников. Чтобы оправдать поездки в другие лагеря, девочки (и женщины) также придумывали поручения, такие как доставка травяное лекарство или возвращение ткани, которую они позаимствовали, чтобы изучить ее дизайн. Хозяевам всегда было приятно, когда их самка родственник остановился; общественные визиты были роскошью, которая обычно происходила только после того, как люди выполнили множество дневных задач.

    Если у нас не было планов посетить другой лагерь, мы с мамой обычно оставались дома.Часто Я спустился с холма, чтобы увидеть Нахид (глава 3), и оттуда она, ее старшая сестра Атифе и я участвовали в тех же мероприятиях, которые мне нравились, когда я посещал другие лагеря. Одно отличие заключалось в том, что Нахид (на два года старше меня) и Атифе (на три года старше) достаточно хорошо говорили по-английски, чтобы принять участие. в элементарных разговорах. Пока я не приехал в Иран, они не знали английского и никогда не слышали носителей языка. язык. Прошли годы, прежде чем мы вышли за рамки учебника английского языка, с которым они знакомились на уроках английского языка. в школе, начиная с седьмого класса.

    Как я позже узнал во время посещения школ, учителя английского языка не владеют не говоря уже о знании языка, и эти и другие школьники никогда не слышали правильной английской речи. Когда Маасуме (глава 2) пригласил меня в гости на уроке английского в средней школе ее учитель отказался говорить мне хоть слово по-английски или задавать какие-либо вопросы, вероятно, потому что она не хотела быть позорной перед своими учениками. Если бы я задал простой вопрос, она, возможно, не смогла бы реагировать.

    Нахид, Атифе и некоторые другие дети потенциально могут получить доступ к англоязычному передачи Британской радиовещательной компании и «Голоса Америки» через радиоприемники с батарейным питанием. я ни разу не наблюдал из них воспользоваться возможностью; этот английский часто казался слишком продвинутым в словарном запасе и грамматике. Точнее, производства Ирана. батарейки недолговечны и дороги, а радиоприемниками управляли взрослые мужчины, иногда запирая их в чемоданах.

    Нахид и Атифе ценили мою компанию, потому что они могли практиковать свой английский, и мне нравились их, потому что я иногда скучал по тому, чтобы говорить и слышать звуки языка. В долгу перед моими хозяевами за их щедрое гостеприимство, я была благодарна за то, что предложила им знание языка, которым так дорожили эти девушки. Английский был для них обязательным, потому что они надеялись поступить в университет и могли получить преимущество перед некоторыми другими студентами. на конкурсных, общероссийских, квалификационных экзаменах. Наряду со многими другими, они, в свою очередь, помогли мне с моим турецким и Персидский. Эти две девочки, которых я знаю с пяти лет, а им было семь и восемь лет, — мои лучшие подруги.

    Мне также понравились занятия с Фарибой (глава 4), Фарзане, Марьям и маленьким детям лагеря, когда я был дома в течение дня. я участвовала в женской и детские задания, некоторые из которых они выполняли ежедневно (например, ткачество, сбор воды и приготовление пищи), другие периодически (например, переработка пастбищных и сельскохозяйственных товаров), а также сезонные (например, сбор дикорастущих растений для использовать в качестве продуктов питания, лекарств и красителей). Когда их многочисленные обязанности давали им возможность, мы играли в игры и гуляли.

    Люди из других лагерей в Ханалишахе и его окрестностях часто навещали семью Фалака и моя мама, и я, и мы занимались схожей деятельностью — работой и отдыхом — с ними тоже. Ежедневно прибывали гости из других территорий Кермези, в том числе и доставлявшие свадьбу приглашения, объявления о смерти, планирование похорон и поминальных служб, и другие важные новости. (Кашкаи устроили похороны в день смерти или на следующий день и запланированные панихиды на третий день, седьмой день, сороковой день, и годовщина, на которых присутствовало много людей.) Иногда эти посетители приводили своих детей для знакомства меня. Благодаря такого рода взаимодействиям люди поддерживали и укрепляли свои связи между тремя тысячами кермези и Я расширил свое понимание племени в целом. Посетители-кашкаи из других племен снабдили меня дополнительными видами знаний, и они часто охотно объясняли, чем их обычаи отличаются от обычаев племени кермези.

    Третий сценарий, менее частый, чем другие, предполагал отъезд из Ханалишаха.Иногда мы ездили с поручениями в городок Семиром, а дважды купались там в домах Дариуша. Персидские знакомые. Несколько раз мы приезжали туда в надежде искупаться, но слишком поздно обнаружили, что электричество было отключено, и в поселке не было электричества для работы водяного насоса. Однажды кто-то украл насос, и Семиром несколько дней оставался без воды, пока мэр не установил замену. В 1991 году правительство построило примитивную баню. в Ханалишах для кочевников там.Как только кочевники мигрировали на зимние пастбища, долинные персы и лур культиваторы уничтожили водонагреватель 27 и украли трубы назло, злясь на конкуренцию, с которой они столкнулись над землей. Заведение никто не ремонтировал.

    Иногда мы совершали более длительные поездки в деревню Даррехшури Мехр-э Герд (Круглое Солнце). посетить могилу Борзу и посетить Джехангира Хана Даррехшури, вождя племени, под властью которого Кермези племя падало. Живя на зимних пастбищах в Даштаке, мы путешествовали со многими семьями Кермези к озеру Фамур к югу от Казеруна. На заболоченных берегах этого пресноводного озера, изобилующего рыбы и дичи, мы нашли изолированные места для пикников. Взрослые жарили шашлыки и совершали длительные прогулки, а дети и Я исследовал местность и играл в игры. В главе 2 я описываю бросание камнями Игра, в которую играют только группы мужчин и мальчиков постарше, но женщины и девочки с удовольствием смотрят и выкрикивают похвалы, приправленные критическими замечаниями. остроты.Такие большие собрания были их — и моими — любимыми событиями, и люди старались устраивать их, когда Я посетил.

    Самые дальние путешествия включали поездки в другие части территории Кашкаи. посещать другие группы кермези на их собственных летних и зимних пастбищах и присутствовать на их свадьбах. В одну поездку от рассвета до полуночи мы поехали на свадьбу к каким-то дальним даррешурским родственникам, пообедали в деревне у дом кермези, только что вернувшегося этим утром из паломничества в Мекка, побывал с коротким визитом в деревне Кермези Атакола, а затем отправился на свадьбу другой группы Кермези. Лишь несколько кермези отправились в Мекку; этот человек сделал это от имени своего отца, к которому относились религиозные заслуги – из-за данного им обета. Мы участвовали в церемонии его возвращения, которая включала в себя распитие маленьких чашечек воду, которую он принес из колодца Замзам в святом городе.

    Моя мать посещала похороны и поминальные службы на всей территории племени и в селах и городах, где жили какие-то кермези, но я часто не сопровождал ее.Эти события требовали, чтобы мы сидели часами в переполненных палатках или в удушающе жарких помещениях и были слишком интенсивны для меня, когда я был молод, особенно когда я стал центр внимания при торжественных обрядах, который должен быть сосредоточен вместо этого на семье и родственной группе умершего. Тем не менее, шумный дети других провожающих без устали бегали, крича от волнения в таких случаях. Когда я стал старше и больше знакомилась с людьми, чаще сопровождала маму. Я больше не был отвлекающей новинкой, какой был раньше, или, по крайней мере, я надеялся, что это не так. Тем не менее, мне нравилось оставаться дома с моими друзьями из Кермези, пока моя мать отсутствовала. вместе мы занимались делами, о которых она еще мало знает.

    Долгие поездки из Ханалишаха также включали поездки в Исфахан для продления наших виз. Нам всегда удавалось выполнить задание за один день и вернуться в лагерь той же ночью.

    28

    Неплеменные персидские гости Дариуша которые проживали в дальних городах и поселках, часто приглашали нас с мамой к себе домой, но мы отказывались, потому что наше время среди кашкаев было ограничено.Мы с трудом объяснили свое нежелание ехать в другое место, особенно когда проблема вскоре превратилась в нашу очевидную неблагодарность перед лицом неоднократных предложений гостеприимства. кажущиеся вежливыми слова людей, особенно преувеличенные формы, называемые таароф на персидском, замаскированный обязательный компонент. Иногда гости Дариуша были так недовольны, когда мы отказывали им. приглашения, что казалось, что мы были теми, кто больше всего виноват. Они не понимали, что нам не хватило времени на посещение далекие персы, с которыми мы были мало знакомы.Наши попытки вести относительно сдержанный образ жизни в Иране было бы напрасно, если бы мы тратили время на поездки в тот или иной город без всякой цели. кроме удовлетворения этих внешних требований.

    Независимо от планов на день, я всегда спал в лагере Фалака и ел завтрак у нее дома. В конце дня мы сидели на крыльце и разговаривали, глядя на меняющуюся луну, когда она казалось, пересекали безоблачное небо и были ослеплены множеством звезд, видимых на этой незагрязненной большой высоте.Около десяти или одиннадцати часов я неохотно вернулся в нашу брезентовую палатку, чтобы приготовиться ко сну. Мы с мамой обычно первым устроится. Другие в лагере предпочитали бодрствовать, чтобы поговорить, особенно с посетителями, некоторые из которых остаться на всю ночь. Мы бы тоже не спали, если бы не всеобщее предрассветное пробуждение, когда люди хотели начать день. работы до того, как жара стала сильной. Чтобы наверстать упущенное и справиться с климатом, они часто вздремнули в первой половине дня.За исключением пятилетнего возраста, я никогда не мог спать днем ​​и поэтому нуждался в большем отдыхе ночью.

    Несмотря на дневную теплоту, ночи быстро становились холодными, а иногда и температура упала почти до нуля. Мой спальный мешок был желанным убежищем. Когда моя мама проверила темный интерьер палатки с фонариком из-за таинственных звуков и вторгающихся диких животных, она часто видела только мой холодный красный нос, выглядывающий из натянутый капюшон моего спального мешка.Однажды расслабившись, я приветствовал ночную музыку, пока не перестал ее осознавать. Предупреждая об опасностях и нарушителях (людей или нет), собаки лагеря безжалостно лаяли, когда они носились взад и вперед, часто с шумом спотыкаясь о поддерживающие веревки нашей палатки. Вдалеке хором завыли волки. Овца и козы блеяли для своих детенышей. Осёл волочил свою цепь и вырванный с корнем металлический кол по каменистой местности («рысь, рысь, лязг. . . рысь, рысь, лязг»), когда он сбежал из лагеря, чтобы навестить других ослов в соседней долине.

    29

    В следующих пяти главах я вижу точку зрения юного посетителя. в большой многодетной семье. Я сосредотачиваюсь в обратном порядке на пожилой женщине, Фалак Кермези; ее младшая дочь Фариба; дочь ее старшего сына Нахид; дочь ее четвертой дочери, Маасуме; и ее старшей дочери дочь дочери, Дорна. Фалак — мать одиннадцати детей (трое из которых умерли молодыми), бабушка тридцати четырех, и прабабушка шести — всего сорок восемь живых потомков (см. рисунки 4–5 в приложении).

    Я часто избегаю использования таких терминов, как «тетя», «двоюродная сестра» и «бабушка». потому что кашкайцы четко различают родство по материнской и отцовской сторонам семьи (как и у иранцев В основном). Различают, например, «сестру матери» и «сестру отца». с использованием отдельных турецких терминов. Таким образом люди обозначают разные роли и обязанности двух людей. В них отсутствует обобщенный термин, эквивалентный слову «тетя».

    Мама переводила мне во время первых двух визитов, но говорит, что я быстро читать язык тела людей и другие невербальные сигналы.Например, когда мы посетили новую для меня семью Кермези, я увидел поведение «маминого брата» до того, как она успела выяснить отношения между собравшимися людьми в палатке. Связь между человеком и братом ее или его матери была особой, характеризующейся привязанностью.

    Вскоре я понял обычные разговоры, особенно когда люди упрощали язык в мою пользу. Проводя время с детьми, деятельность которых обычно легко понять, я смог научиться основам Турецкий без особого труда.Ни они, ни я не беспокоились о сложных идеях или сложных фразах. Правительство требует все школьники изучали персидский, а молодежь Кермези все еще находилась в процессе освоения другого языка. и, казалось, понял мои лингвистические потребности (см. табл. 5).

    В возрасте тринадцати лет я начал изучать персидский язык самостоятельно, по книгам. а также курсы в Интернете. В старших классах средней школы я записался на два семестра персидского языка второго года обучения в Вашингтонском университете. Университет в Сент-Луисе.Будучи студентом Йельского университета (2004–2008 гг.), я изучал турецкий, персидский и арабский языки. и путешествовал по странам, где говорят на этих языках.

    Во время всех наших посещений я зависела от матери. Она знает генеалогические связи, история племен и множество другой информации, полученной за годы ее исследований. Обычно терпим, когда я прерываю своих разговоров, чтобы получить некоторые разъяснения, она часто предлагала мне составить в уме список вопросов до тех пор, пока мы удалились в нашу палатку ночью 30, когда она время уточнить.Там мы поделились впечатлениями дня. С годами моя деятельность существенно изменилась от нее, и мы разработали различные точки зрения.

    Во время каждого визита (кроме 1991 года, когда мне было пять лет) я вел ежедневный дневник. для записи моих действий и восприятий. Когда я писал «Женщины племени Ирана», я часто эти тетради. Иногда меня раздражало то, что мои ежедневные записи не всегда отображали то, что было бы потрясающе. раз для маленького ребенка.Одна запоминающаяся запись целиком звучит так: «Встал. Съел морковку. Пошел спать.» При следующем посещении вместо хронологической записи ежедневных действий я решил написать главы для «главы». книга» (как и многие другие, которые я читал в то время), каждая из которых посвящена какому-либо событию или обстоятельству. Глава «Никогда Была царапина», например, объясняет, почему кашкайцы воздерживаются от физического контакта со своими сторожевыми псами, даже хотя собаки являются жизненно важными членами лагеря.В нем рассказывается история особенно жалкого пса, который катался на спине и извиваться в отчаянной, но тщетной попытке соблазнить кого-нибудь почесать ему живот. Во время следующего визита я продолжил писать ежедневные описательные записи, и с каждым годом мои ежедневные рассказы становились все длиннее и детальнее, вплоть до что однажды у меня закончились пустые страницы и мне нужно было писать между строк мелким шрифтом.

    Моя мать также вела записи и ежедневник, но я никогда не читал ничего из этого. учетные записи.Я хотел сохранить свои собственные впечатления такими, какими я их запомнил и записал. Я до сих пор не читал ее книгу «Кочевник: год из жизни кашкайского племени в Иране», в которой рассказывается о четырех последовательных сезона для кермези в 1970–1971 годах, за двадцать лет до моего первого визита в это племя.

    С тех пор, как я начал писать эту книгу, я почерпнул некоторую информацию и выводы из нескольких Люди Кермези, с которыми я общался через Интернет. (Одним человеком был Масуд, который жил в Москве четыре года.) Я узнал о событиях, которые произошли после моего последнего отъезда. Обстоятельства, которые я здесь описываю, изменились во многих отношениях к 2008 году, но я сопротивлялся импульсу обновить учетную запись. В настоящее время я пишу статью, которая объясняет Эти изменения.

    Сочинения других авторов помогли мне сформулировать мысли для этой книги. Первое впечатление на меня оказали книги для детей и молодежи, в которых описывались незападные народы. или дайте отчеты о жителях Запада, живущих в незападных обществах.Позже, при просмотре иранских фильмов и чтении книг и др. Из публикаций об Иране я узнал о его разнообразных обществах и культурах таким образом, что это дополнило мои собственные наблюдения. Я также искал информацию о Ближнем Востоке и мусульманском мире. По мере того, как меня все больше интересовало писательство, я стал искать за произведения, написанные не только для специализированной аудитории, но и для более широкой читательской аудитории, и я надеялся подражать им.

    Я опирался на воспоминания о своем опыт работы в Иране для написания заданий в начальной и средней школе. В этих работах я иногда сравнивал свои первоначальные и более поздние впечатления от жизни среди кочевников. Я привожу здесь пример, который я написал для урока английского языка в 1998 году, когда Мне было двенадцать.

    «Мы здесь?» — спрашиваю я, выходя из «лендровера» и направляясь в поле высокой травы. Мое понятие есть расплывчато. Никто никогда подробно не объяснял мне, где, собственно, есть. Я скоро забываю свой вопрос, когда вижу высокого коренастого мужчину, используя трость, чтобы поддерживать себя, ковыляя к нам болезненными, но уверенными шагами.Его лицо, сморщенное возрастом и опытом, дружелюбен, и он показывает нам свои истертые зубы в широкой ухмылке. Моя мать и он обмениваются рукопожатием и обмениваются словами приветствия на языке, который я слышал только несколько раз прежде. Затем мужчина наклоняется, чтобы пожать мне руку, и легким По интонации его голоса я понимаю, что он задал мне вопрос. С широко раскрытыми от удивления глазами я пожимаю ему руку, позволяю обнять его, и смахнуть с моего лица бродячую косу. Дружелюбный человек манит нас подняться с ним на холм к большому черному палатка, которую я даже не заметил, когда мы приехали.Я ощупываю обнадеживающий комочек в кармане рубашки, маленькую синюю пластиковую буксир, который моя мать дала мне для развлечения во время перелета в Исфахан. Взглянув на палатку, смотрю больше близко к моему окружению. Высокие холмы и горные вершины окружают лагерь со всех сторон. Спуск от палатки идет по кругу огороженная территория с двумя длинными желобами. Пол вольера покрыт комковатым, похожим на грязь материалом, который контрастирует цвет и текстура с бледной пыльной местностью за забором.Овечий и козий навоз я обнаруживаю довольно скоро. Мое внимание затем фокусируется на самой палатке. Большой и коробчатый с самой длинной открытой стороной, это самое заметное сооружение в мире. окрестности. Его ткань кажется сотканной из грубого черного материала. «Козья шерсть», — рассказывает мне мама позже. Высокие деревянные столбы и толстые веревки из черных волокон, украшенные кистями, удерживают шатер в вертикальном положении. Внутри шатра, чудесно украшенного, разноцветное одеяло с изображением геометрических фигур и стилизованных животных как бы накинуто на высокую груду товаров.Я отвлекаюсь от своих наблюдений, когда несколько молодых женщины в ярких, контрастных юбках, туниках и платках идут ко мне. Они все хотят обнять меня сразу, что прижимает синий буксир к моим ребрам.

    Сидя в темноте тесной каморки, я хватаюсь за маленький синий буксир. Внезапно мне захотелось снова оказаться в Иране с Борзу, человеком, который встретил нас первым, и другие мои друзья там. Я понимаю, что больше никогда его не увижу (он умер три года назад), и слеза вытравливает мокрую линию вниз по стороне моего лица.Я ловлю каплю буксиром, который прижимаю к щеке. Я кладу буксир в карман когда я замечаю конверт с фотографиями рядом со мной в шкафу. На изображениях я обнимаю новорожденных ягнят вверх ногами. держит молодого ястреба, таскающего шарики кашка (сухого кислого молока) с сушилки, и притворяясь, что я тку на ткацком станке. Еще одна картинка бросается в глаза. На нем изображены две маленькие девочки, удивительно похожие, но разные. Один, более высокий из двоих, носит эластичные брюки с ярким цветком, красную рубашку с высоким воротом и туристические книги с ярко-красными полосками. кружева.У нее светло-коричневые хвостики высоко на голове, и она держит синий пластиковый буксир. Другая девушка заметно меньше, хотя оба примерно одного возраста. На ней рваная пыльно-серая юбка, которая когда-то была королевской. синего цвета и синтетической рубашки с длинными рукавами, которая ей мала. Волосы у нее такие, как будто она сама их подстригла. короткие и рваные, и, возможно, она не расчесывала их несколько дней. Она держит красный пластиковый буксир, такой же, как у более высокой девушки. один кроме цвета.По-видимому, обе девушки, увлеченные игрой, сидят на корточках у небольшого горного источника.

    «Мамочка, ты можешь спросить ее, не хочет ли она поиграть?» После слова моей матери маленькая девочка с взлохмаченными волосами застенчиво приближается ко мне, и маленький красный буксир, отдыхающий в моем протянутая рука. Я предлагаю ей игрушку и достаю из кармана свою синюю версию, потирая то место, где она нажимала. против моей ноги. Пойдем, говорит она на своем языке и начинает спускаться с холма. я с интересом следую за ней, пока я закатываю рукава, готовясь к серьезной игре.Мы приближаемся к загону для животных, но решаем не использовать поилки там, потому что слишком много беспокойных овец стоят в загоне. Смущенные животные следуйте за мной своими широко открытыми глазами, как маленькие мы с девушкой смотрим вниз по направлению к горному источнику. Мгновение спустя мы с ней по локоть в воде и довольны наша пьеса. Мне интересно узнать о ней, но мне не хватает знания ее языка для разговора.

    Я улыбаюсь воспоминанию, которое вызывает во мне картина, и Хотела бы я снова быть беззаботной девушкой в ​​Иране.Досматриваю остальные фотографии в конверте и возвращаюсь их в прежнее укрытие. Я ложусь, думая о былых временах и ярких воспоминаниях, и начинаю засыпать, маленький синий буксир прижимается к моей ноге.

    Наконец, мои недавние путешествия в другие части Ближнего Востока, Кавказа и Центральной Азия расширила и углубила мое понимание кочевого, племенного общества в Иране и тюркских обществ в других местах.Этот опыт включает культурно-антропологические исследования в сельских и городских районах Казахстана (2006 г.) и Турции (2005, 2007, 2008 гг.), археологические исследования мобильных скотоводов бронзового века в Казахстане (2006 г.) и активное участие в AIESEC (международный неправительственная организация) в Турции (2005, 2007, 2008), Марокко (2005), Объединенных Арабских Эмиратах (2006), Египте (в т. ч. Синайский полуостров, 2006 г.), Казахстан (2006 г.), Азербайджан (2007 г., 2008 г.), Грузия (2007 г., 2008 г.), Таджикистан (2007 г.) и Армения. (2008).

    34

    Путешествие в настоящую жизнь кочевников Кашкай

    Племена Кашкай разработали план туризма сообщества кочевников, сообщает CHN. План направлен на то, чтобы предоставить туристам возможность испытать жизнь среди кочевых племен в Иране.

    Жить среди кочевников — одно из самых желанных туристических впечатлений, и многие готовы заплатить за это немалые деньги.

    В программу включены ночевки в традиционных черных палатках.Подобные программы имеют прецедент. Особенно успешный был разработан кланом Хейбатлу племени Шеш-Болуки. Он работает уже восемь лет. Концепция была создана кашкайцами, обеспокоенными постепенной утратой своих ритуалов и традиций. Для них «это борьба за сохранение того, что осталось от их культуры», — сказал представитель Shiraz Qashqai Foundation Сима Амири.

    Чиновники, разрабатывавшие план, вскоре поняли, что они не могут работать в одиночку.В частности, поскольку кашкайцы имеют согласованную структуру племен, кланов и семей, и поэтому любой план туризма должен учитывать и учитывать переплетенные отношения; таким образом, клан Хейбатлу считается образцом для подражания, сказал Амири.

    План кочевого туризма племен Кашкай клана Хейбатлу осуществляется при содействии Центра устойчивого развития (CENESTA) и при поддержке Программы развития Организации Объединенных Наций (ПРООН).

    Он был направлен на возрождение ритуалов и традиций, уделяя особое внимание местным территориям и защите окружающей среды.Был создан и официально зарегистрирован фонд под названием «Устойчивые средства к существованию». Фонд поддерживает различные планы, в том числе план туризма. Вся прибыль перечисляется в фонд, а затем распределяется среди соплеменников.

    План был реализован в небольшом масштабе. В случае успеха она будет распространена на другие кашкайские кланы. Наряду с туристической инициативой также разрабатывается план кочевой торговли изделиями кустарного промысла.

    Члены племени сами будут управлять проектом.Материалы также поставляются племенами. Члены правления программы являются членами клана. По словам Амири, они разрабатывают правила и положения и проводят оценку. «Это проект под руководством сообщества; они не просто рабочие».

    И план туризма, и Фонд устойчивого жизнеобеспечения официально утверждены Иранской организацией культурного наследия, ремесел и туризма (ICHTO). План основан на диссертации, написанной в 2008 году Фереште Фазель-Бахшеши; основанные на моделях туризма на основе сообществ, которые уже давно применяются во всем мире.

    Прошло всего два года с момента запуска программы. Потребовалось много времени, чтобы подготовить почву, запустить мастерские и убедить кланы в рентабельности плана. Племенное общество стремилось сохранить свою культуру и традиции, «поэтому нам удалось получить согласие старейшин», — сказала она.

    Туры включают пакеты от одной до трех ночей. Однодневные туры гибки в зависимости от предпочтений туристов, максимальная вместимость 25 человек.

    Тур на две ночи обойдется в 110 долларов с человека.Сюда входит транспорт, традиционно еда и напитки. Туристы будут жить среди племен, ничего не будет инсценировано или поставлено. «Туристы познакомятся с рутинной жизнью племени, пожив с ними пару дней».

    Доение, выпечка хлеба, изготовление творога, ткачество ковров и живая народная музыка входят в число рутинных занятий племени. Туры привлекли туристов из Германии, Франции, Италии и Дании.

      Qashqai Люди

    Кашкайцы представляют собой конгломерат кланов разного этнического происхождения, в том числе арабов, курдов, лоров и в основном турок.В основном они живут в провинциях Фарс, Хузестан, провинция Кохгилуе-Бойер-Ахмад, провинция Чахармахал-Бахтиари, Бушер и южный Исфахан, особенно вокруг города Шираз и Фирузабад в провинции Фарс.

    Кашкайцы передвигаются по южным и юго-западным пустыням и горам Ирана. Хотя они разного этнического происхождения, называют себя «тюрками». Их разговорный язык — кашкайский турецкий, который является только разговорным языком и не имеет письменной формы, и поэтому они используют фарси для письма.

    Из-за отсутствия достаточного количества письменных документов об их истории известно очень мало. Кочевники ушли из Центральной Азии в Иран в 11 веке. Гордые люди, полные решимости сохранить свой образ жизни, они сопротивлялись интеграции в основное общество.

    Богатые кашкайцы владеют землями и стадами. Другие работают по найму и служат штатными пастухами, погонщиками верблюдов, издольщиками и частично занятыми на ферме. Некоторым, у кого нет земли или стада, платят натурой — едой, одеждой, припасами или животными — в обмен на их товары и услуги.Обычно дети старше восьми лет должны работать.

      СЕНЕСТА

    Cenesta — это неправительственная некоммерческая организация, занимающаяся продвижением устойчивого развития на основе сообщества и культуры.

    По данным cenesta.org, его основная сфера деятельности — Иран и Юго-Западная Азия, а также программы и проекты в других частях мира.

    CENESTA работает с множеством партнеров, от местных сообществ в Иране и других странах до местных и национальных государственных учреждений, университетов, исследовательских организаций, а также национальных и международных НПО.Органы ООН, с которыми CENESTA и ее эксперты сотрудничают, включают GEF/SGP, FAO, UNICEF, UNDP, IFAD, UNSO и Секретариат ООН.

    Деятельность CENESTA включает следующие направления:

    Восстановление прав коренных народов (КН) и традиционных местных сообществ (ТМО) на их природные ресурсы и территории, в том числе содействие самоорганизации КН и традиционных сообществ — путем укрепления традиционных институтов управления.Особое внимание уделяется работе с 700 коренными кочевым племенами Ирана, а также фермерами и сельскими и городскими традиционными и местными общинами;

    Устойчивое сельское хозяйство, продовольственный суверенитет и агроэкология, включая: ресурсосберегающее земледелие, совместную селекцию растений, эволюционную селекцию растений, нехимическую борьбу с вредителями и растениеводством, регенеративное управление почвой, агролесоводство, исследования систем ведения сельского хозяйства, пропаганду запрета ГМО, агротопливо , социальная и экологическая ответственность агробизнеса, местные продовольственные системы, гарантии промышленного сельского хозяйства и животноводства, национальные законы о семенах и демократизация продуктов питания и сельскохозяйственных исследований, права землевладения;

    Расширение прав и возможностей сообщества, голос и равенство (совместное планирование развития и сохранения, социальная анимация, фонды местных инвестиций, включая схемы кредитования сельских районов, принадлежащие и управляемые сообществом, инициативы женщин и развития).

    Ковры Гашгай — Персидские ковры — Энциклопедия ковров

    Кочевники Гашгаи на пути к новым местам.

    Кочевники Гашгаи обитают в провинции Фарс на юго-западе Ирана и живут в провинциях Фарс, Хузестан и Южный Исфахан, но в основном в окрестностях Шираза. Они перемещаются два раза в год, между зимними пастбищами у Персидского залива и летними пастбищами в горах Загрос, где намного прохладнее.Во время движения можно увидеть мужчин в типичных круглых шляпах, бегущих вместе со своими собаками, большими отарами овец и стадами коз, по дорогам, клубящимся облаками пыли. Женщины в ярких одеждах передвигаются на осликах и лошадях к новым палаточным лагерям. Палатки, в которых они живут, часто делают из козьей шерсти.

    Изготовление ковров, а также келимов, сумок, лент и других украшений является важным вкладом в жизнь кочевников.Ковры имеют типичный красно-коричневый основной цвет. Узор вывязывается по памяти и часто состоит из расположенного в центре медальона, повторяющегося во всех четырех углах. Популярными элементами являются люди, четвероногие животные, птицы, деревья и цветы. Другие узоры собраны с фресок и колонн в Персеполе ( Тахт-и-Джамшид в Персии ), церемониальной столице во время династии Ахменидов (550-330 до н.э.). Они также хорошо известны своими красивыми седельными сумками, которые завязываются узлом из более практичных соображений.

    Ковры ткут на горизонтальных ткацких станках, и в процессе ткачества ткач сидит на наполовину изготовленной части ковра. Точно так же ткут ковры полукочевники, проживающие в стране в течение части года. Ковер особого качества известен как Kashkooli. Габбе означает грубый и примитивный ковер кочевников из этого района. В последние десятилетия ткач был вынужден подчиниться западным желаниям и начал использовать большие более яркие поля с небольшим количеством узоров в коврах Габбе.Качественно сделанные ковры гашгаи – привлекательные и долговечные изделия, которые многое говорят об условиях кочевой жизни. Ковер полностью сделан из овечьей и козьей шерсти с добавлением конского волоса. Ковры также могут быть известны как ковры Кашкай, Гашгай, Гашгай или Кашгай .

    Большинство кочевников Гасгаи теперь поселились в городах и деревнях. Таким образом, их ковры более непосредственно зависят от требований рынка. Эти ковры по сравнению с коврами других кочевых племен имеют более грубое плетение и имеют хлопчатобумажную основу.Более простые ковры из этого района продаются под названием Shiraz. Это также название столицы провинции, и на этих базарах продаются гашгайские ковры. Базары также являются обычным местом, где кочевники покупают другие продукты, которые они могут использовать в своей повседневной жизни.

    Ковры

    Ghashghai состоят из шестиугольника или ромба с четырьмя выступающими крючками внутри ромба с крючком. Некоторые изделия Гасгаи имеют дизайн Хебатлу (Хебатлу — это название одного из меньших племен Гасгаи), и он состоит из круглого центрального медальона и меньших рисунков, подобных центральному медальону, повторяющихся на каждом из четырех углов ковра. Келимы Ghasghai, как правило, сотканы из цельного куска хлопка, иногда используемого в качестве акцента. У них простой дизайн, а основа обычно заканчивается длинными косами. Племена, которые хорошо известны изготовлением келимов, — это амали и дарашури.

    Некоторые образцы ковров Гашгай:

    Технические характеристики:

    Ворс: шерстяная пряжа

    Уток: шерстяная или козья пряжа, обычно 2 утка после каждого ряда узлов

    Основа: шерстяная или козья пряжа

    Узел: симметричный

    Плотность узлов: 90 000 — 180 000 узлов на квадратный метр

    .

    Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован.