Сибирский город: Сибирь — города и районы, экскурсии, заповедники, парки Сибири

Содержание

Город Сибирь | Путешествия по России на машине

«Сибирь… Далекая и одновременно близкая. Если добираться поездом — далекая, пешком — и того дальше. Ближе — самолетом. И уж совсем близко — душой», — писал русский публицист Егор Исаев. С Mazda6 нам посчастливилось заглянуть в самое сердце Сибири, ее бывшую столицу — славный город Тобольск.

0 км

Общая протяженность маршрута

  • Город Москва
  • Город Тобольск

Не от мира сего

Все-таки неслучайно предки считали, что удел Руси — «не от мира сего». Как ни крути, не стояла у нас первозадача обустроить свой быт так, как это получалось у соседей на Западе, потому что чаяла Святая Русь лишь одного — воз- вращения в Царствие Небесное. Вся древнерусская культура — это путь к Небу. Ведали прадеды: не построит человек на на земле рая, хоть ты тресни. Вот и города наши города — сплошная метафизика. Пожалуй, едва ли не самый «неотмирный» из всех городов русских — Тобольск. Нигде легенды и пророчества не воплощались в реальность так, как это случалось в истории Тобольской земли. Никакой другой провинциальный город не связывал в один узел столько судеб славных и известных личностей, как связала старая столица Сибири — город Тобольск. Да при каких обстоятельствах! Но об этом позже.

Зимний Тобольск встречал нас сурово: морозным духом, в белоснежной одежке, с сердитым лицом. И бодрым сибирским солнцем совсем не заигрывал.

Зимний Тобольск встречал нас сурово: морозным духом, в белоснежной одежке, с серым сердитым лицом. И бодрым сибирским солнцем, вопреки ожиданиям, совсем не заигрывал. Похожий на седого сварливого старика, от которого пахнет печкой и махоркой, Тобольск будто нахмуренно присматривался к нам, проверяя на вшивость: каков ты, чьих будешь, с чем пожаловал? Это потом «старичок» разрумянится и расплывется в добродушной улыбке, тогда и солнце выглянет, и степенные виды Иртыша откроются, и покажутся широкие столы, обильно накрытые по сибирскому закону.

А пока наша Mazda6 тихо кралась по заснеженным улицам старинного города, а мы осторожно присматривались к местному убранству, всем сердцем вдыхая удивительную историю этих мест.

«Родом неизвестный душой знаменитый»

Уже сам факт возникновения этого города и его предыстория рождают массу загадок, которые начинаются личности того, кого принято считать «покорителем Сибири» — Ермака Тимофеевича Аленина. Ученые до сих пор не пришли к единодушному мнению, что это за персонаж русской истории, у которого только имен было семь штук. Мало кто знает, что Ермака звали еще и Ермолаем, Германом, Ермилом, Василием, Тимофеем и Еремеем. Кто по происхождению сей муж, различные летописи вещают по-разному. «Родом неизвестный, душой знаменитый», — говорит одна из них. Для большинства – он выходец с вотчин промышленников Строгановых на реке Чусовой, ушедший потом «полевать» на Волгу и Дон и ставший казацким атаманом. По другой версии он чистокровный донской казак с Качалинской станицы, по третьей — родом из поморов Борецкой волости, по четвертой — представитель благородного тюркского рода.

В одной из летописей

приводится описание внешности Ермака Тимофеевича: «вельми мужествен, и человечен, и зрачен, и всякой мудрости доволен, плосколиц, черн брадою, возрастом (то есть ростом) середней, и плоск, и плечист».

15 августа 1787 года

в семействе дворян в Тобольске в семье вице-губернатора Александра Васильевича Алябьева родился великий русский композитор Александр Александрович Алябьев.

Еще вопрос: зачем все же он в Сибирь ходил? Для современных историков имеют право на жизнь три различные версии, каждая из которых в то же время имеет свои слабые стороны. Благословил ли казаков на поход Иван Грозный для присоединения к своим владениям новых земель, снарядили ли Ермака промышленники Строгановы, чтобы обезопасить свои городки от набегов сибирских татар, самовольно ли атаман пошел в набег «за зипунами», то есть с целью личной наживы – историки спорят до сих пор.

Как бы там ни было, согласно архивным документам Посольского приказа хан Кучум, хозяин Сибирского ханства, располагал примерно десятитысячной армией. Как мог Ермак с отрядом численностью по разным данным от 540 до 1636 человек покорить Сибирь — остается загадкой. Хотя в Ремезовской летописи упоминается цифра «5000», но здесь речь идет о размерах взятых дружиной запасов («на проем 5000 человеком») и указывает лишь на то, что эти запасы были очень велики.

Ладонь ангела

Вернемся к городу, с которого началась русская Сибирь. Ее будущая столица возникла в 1587 году, в живописном месте на берегу Иртыша, в семнадцати километрах от бывшей столицы ханства, где произошла знаменательная битва Ермака на Чувашском мысу. По преданию Тобольск благословен Святой Троицей, потому и основан в сей Праздник. Первой городской постройкой стала Троицкая церковь, а мыс был назван Троицким. Впоследствии эта часть города, расположенная на горе, стала называться Верхним посадом, а та, что внизу, — Нижним. Нижний город с дореволюционных времен практически не изменился. Единственный штрих — изрядно поредели маковки церквей и колоколен, а здания особо не изменились. Чтобы в этом убедиться, достаточно взглянуть на старинные фотографии Прокудина-Горского.

Хоть по умолчанию и считался Тобольск столицей Сибири аж с конца XVI века, официально это звание закрепила петровская реформа 1708 года, когда Тобольск стал административным центром самой большой в России Сибирской губернии, включавшей территорию от Вятки до Русской Америки. Вплоть до XVIII века в географических картах Тобольск иногда обозначают как «город Сибирь».

«Подобен сибирский град Тоболеск — ангелу! Правая его рука — палатный разряд. На длани имущий нижний посад, левая рука — соборная церковь и стена каменного столпа, правый бок — яр до Иртыша, левый — увал и река Курдюмка, правое крыло — Тобол до степи, левое — Иртыш. Этот ангел является всей Сибири радожителем и изрядное украшение, и с иноземниками мир и тишина». Эти слова принадлежат боярскому сыну, уроженцу Тобольска, писателю, историку, архитектору, строителю, картографу, иконописцу Семену Ульяновичу Ремезову. Именно он спроектировал и построил первый каменный Кремль на сибирской земле. По одной из версий, умирая, Ремезов завещал истолочь свои кости в порошок, который должны были использовать в качестве строительного материала при реставрации Тобольского кремля. Такая вот «любовь к родному пепелищу».

«Серебряный век» Тобольска наступил в первой половине XVII века — в 1621 году город стал центром образовавшейся Сибирской епархии. Началось строительство обширного архиерейского двора и деревянного Софийского собора. С возрастанием значения Тобольска как важнейшего административного, духовного и культурного центра Сибири, росла роль Тобольского кремля как символа величия русского государства, охватывавшего все новые земли. Может быть, я испытал пресловутый комплекс туриста, но, надо отметить, находясь на Троицком мысу в исторической части Верхнего города, глядя на бескрайние сибирские пейзажи, испытываешь незабываемые ощущения: память о былом расцвете этого города и легендарных предках, вся история отечества, да и само время как будто застыли в этих суровых местах.

Об особой благодати, данной городу Богом, говорит одна из легенд. Осенью 1620 года по пути в Тобольск — в первую в Сибири епархию — недавно назначенному Архиепископу Тобольскому Преподобному Киприану во сне явился ангел Божий. Он накрыл своей светящейся ладонью нижний город и повелел построить церкви в Нижнем посаде так, чтобы они ее повторили. Ангел пообещал, что в этом случае снизойдет на город благодать Божья и будут здесь рождаться особенные люди – «Богом поцелованные». Так и произошло. Одна за другой были построены в Тобольске согласно следу ладони ангела церкви: «И вспыхнули они, как искры Божьи на кончиках пальцев священной ладони.

С Тобольска начиналась русская ссылка. Первым тобольским ссыльным числится угличский колокол.

Не успели построить церковь только лишь на символическом пятом персте. Но высшая воля оказалась сильнее, и другая ветвь христианства закончила и исполнила пророческий сон Киприана.

Не иначе как по Высшему Проведению был построен на пятом персте католический храм, завершивший рисунок «Ладони ангела» в Нижнем Тобольске».

Действительно, Тобольск подарил миру большое количество знаменитых людей для такого сравнительно небольшого города. Вот только несколько из них: художник Василий Перов, композитор Александр Алябьев, философ Гавриил Батеньков, ученый Дмитрий Менделеев, старец Григорий Распутин, основатель Женевской школы языкознания лингвист Сергей Карцевский, изобретатель телевидения, ученый Борис Грабовский, главный архитектор Останкинской башни и стадиона «Лужники» Николай Никитин, актриса Лидия Смирнова, актер Александр Абдулов.

Местом рождения Александра Абдулова является Тобольск, а не Фергана, как утверждают многие издания, рассказывающие о жизни актера. Отец Александра, Гавриил Данилович, служил в Тобольском драматическом театре директором и главным режиссером.

Деревянный дом, где жила семья Абдуловых, до сих пор сохранился в подгорной части города.

Гавриил Абдулов работал в Тобольске с 1952 по 1956 год. И здесь в 1955-м был удостоен почетного звания «Заслуженный артист РСФСР».

Уроженец Тобольска

великий ученый-энциклопедист Дмитрий Менделеев известен как химик, физик, метролог, экономист, технолог, геолог, метеоролог, педагог, воздухоплаватель, приборостроитель.

Во время своей ссылки

Федор Михайлович Достоевский встречался в Тобольске с женами декабристов, одна из которых подарила писателю старое Евангелие, которое он хранил всю жизнь. В финальной сцене «Преступления и наказания» (разговор ссыльного Раскольникова и Мармеладовой) узнаются окрестности Тобольска.

Григорий Распутин

родился в селе Покровское Тобольского уезда в семье ямщика Ефима Вилкина и Анны Паршуковой. В 1900-е среди определенных кругов петербургского общества имел репутацию «старца», прозорливца и целителя.

Исторически сложилось так, что в Российской империи именно Тобольск стал первым «ссыльным» городом.

А первым в ссылку угодил… угличский колокол, бивший набат при городском восстании после убийства царевича Дмитрия, младшего сына Ивана Грозного и единственного законного наследника царя Федора Иоанновича. Вслед за колоколом побывали здесь и протопоп Аввакум, и декабристы (вместе с женами), и Достоевский, и Короленко, и последний император Николай II, и десятки тысяч прочих ссыльных и каторжан Российской империи.

Тобольск постигла судьба многих сибирских городовпервопроходцев. Постепенный упадок города связан главным образом с переносом Сибирского тракта, когда изменился характер освоения Сибири и произошел сдвиг населения и экономической жизни южнее, в лесостепь. Транссибирская магистраль прошла через соседнюю Тюмень, и со второй половины XIX века Тобольск стал терять свое прежнее влияние…

Сейчас в Тобольске проживает чуть больше ста тысяч жителей. Город оживает и даже вновь обещает расти. Кроме того, что здесь функционирует градообразующий нефтехимический комбинат «Тобольск-Нефтехим», недалеко от города строится крупное предприятие по выпуску полипропилена «Тобольск-Полимер».

Старая столица Сибири рискует стать не только туристической Меккой, но и крупным промышленным центром. История Сибири продолжается, чудеса еще впереди…

Фонари в Тобольске — отдельная тема. Прогуливаясь по улицам города, порой кажется, что их здесь столько же, сколько звезд на небе. Все дело в том, что в городе располагается предприятие по изготовлению фонарей «Югор», известное далеко за пределами Тобольска и Тюменской области. Югорский свет знаком многим городам России. Сибирские фонари освещают не только Тобольский, но и Московский Кремль и сочинские пляжи…

Наш пострел везде поспел

В 1582 году Ермак выиграл главную битву на Чувашском мысу на Иртыше, разбил Кучума и занял столицу ханства — город Сибер. Отсюда возникло привычное имя наших великих просторов между Уралом и Тихим океаном. Правда, после двухлетнего владения казаки вновь уступили свои завоевания обратно Кучуму, но через год вернулись навсегда. А через пятьдесят лет после смерти Ермака сотником Петром Бекетовым на берегу Лены был основан Якутский острог — будущий город Якутск. Еще через четыре года другой атаман — Иван Москвитин — первым из европейцев достиг берегов Охотского моря. Казак Семен Шелковников заложил здесь зимовье, которое потом выросло в первый русский порт — город Охотск. Сквозь лютые морозы, тысячи километров непроходимой тайги и болот — всего за полвека. Колонизация Северной Америки европейцами шла на протяжении четырехсот лет – с XVI по XIX век. Причем даже в этом помогли им русские. Аляска, остров Кадьяк и Алеутские острова исследованы и нанесены на карту в середине XVIII века благодаря Второй Камчатской экспедиции Витуса Беринга и Алексея Чирикова. Знай наших!

Последняя ссылка

6 августа 1917 года в 6 часов по полудни Тобольск встречал колокольным звоном пароход, на котором прибыли в ссылку последний российский император Николай II и его семья. Ссыльных царственных особ поселили в губернаторском доме, расположенном недалеко от пристани. Семья занимала второй этаж здания, на первом этаже были устроены столовая и комнаты для прислуги. В апреле 1918 года Романовых по приказу Совнаркома и ВЦИК перевозят в Екатеринбург, и Тобольск вошел в историю как «город, не убивший царя». В настоящее время в этом доме находится городская администрация, которая обещает вскоре освободить исторический памятник для организации здесь музея царской семьи.

Сибирский «маздовод»

Главным гидом по сибирской земле стала Mazda6, которой хочется положить отдельный земной поклон в знак благодарности за безупречную работу в условиях суровой сибирской зимы. Кроме того, «шестерка» периодически гипнотизировала местных жителей, заслуженно приковывая восторженные взгляды местных «маздоводов», коих на сибирских просторах оказалось достаточно много. Один тобольский юноша на предыдущей модели «Мазды» не вытерпел и, поравнявшись с нами на светофоре, буквально осыпал нас настойчивыми вопросами о новом авто. Глаза горели, любопытство съедало, и разговор затянулся, пришлось включить «аварийку». Уступить вожделенный руль ему мы, конечно, не могли, поэтому и расстаться с ним оказалось не просто…

Вестник Томского государственного университета. История / Вестник Томского государственного университета. История (Вестн. Том. гос. ун-та. История)

Научный журнал «Вестник Томского государственного университета. История» был выделен в самостоятельное периодическое издание из общенаучного журнала «Вестник Томского государственного университета» в 2007 г. с целью:
  • публикации статей и обзоров по актуальным темам отечественной и всеобщей истории;
  • издания статей и обзоров по актуальным вопросам истории и археологии России, стран бывшего Советского Союза, особенно Сибирского региона;
  • установления и укрепления научных связей между учеными из разных регионов России и других стран.
 Журнал зарегистрирован в Федеральной службе по надзору в сфере массовых коммуникаций, связи и охраны культурного наследия (свидетельство о регистрации ПИ № ФС 77-29498 от 27 сентября 2007 г. ), ему присвоен международный стандартный номер сериального издания: ISSN 2311-2387 (Online), ISSN 1998-8613 (Print).
Все статьи, поступающие в редакцию журнала, подлежат обязательному рецензированию. Ознакомиться с требованиями к оформлению материалов можно в разделе "Правила оформления".«Вестник ТГУ. История» выходит 6 раз в год и распространяется по подписке, его подписной индекс 44014 в объединённом каталоге «Пресса России». Полнотекстовые версии вышедших номеров можно посмотреть в разделе "Архив".

Пятилетний импакт-фактор журнала в РИНЦ за 2019 г. – 0,401 (0,387 без самоцитирования).

Место в рейтинге Science Index 2019 г. среди всех журналов – 916 (2018 г. 628).

Место в рейтинге Science Index 2019 г. среди журналов по историческим наукам 18, по политическим наукам 28

"Вестник ТГУ. История" входит в «Перечень рецензируемых научных изданий, в которых должны быть опубликованы основные научные результаты диссертаций на соискание ученой степени кандидата наук, на соискание ученой степени доктора наук».  Полный «Перечень...» (редакция: 1 декабря 2015 г.) вы можете посмотреть на сайте Высшей аттестационной комиссии. 

«Вестник ТГУ. История» индексируется в БД:
Web of Science Core Colletion's Emerging Sources Citation Index
Russian Science Citation Index (RSCI)
ERIH PLUS (The European Reference Index for the Humanities and the Social Sciences)
Российский индекс научного цитирования (РИНЦ)

Адрес редакции: 634050, г. Томск, пр. Ленина, 36, ФГАОУ ВО НИ ТГУ, ФИПН.

Председатель редакционной коллегии журнала - д-р ист. наук., проф. Василий Павлович Зиновьев,

e-mail: [email protected]

Ответственный секретарь редакции журнала – канд. ист. наук Федосов Егор Андреевич,

e-mail: [email protected]

Рассылка экземпляров журнала производится редакцией по подписке.
По поводу приобретения отдельных номеров журнала необходимо обращаться в ООО Позитив-НБ. E-mail: [email protected]

Красноярск – сибирский город на берегах Енисея, самый восточный в России город-миллионник

Красноярск – сибирский город на берегах Енисея, возникший на месте средневекового тюркского поселения. Самый восточный в России город-миллионник привлекает уникальными горными пейзажами и могучим сибирским лесом, и именно здесь находится географический центр России.

Красноярск расположен на расстоянии 4125 км от Москвы, разница во времени с российской столицей + 4 часа. Полет на самолете из российской столицы до Красноярска займет 5 часов, поезд преодолевает это расстояние за двое с половиной – трое суток. Международный аэропорт, кроме столичных, принимает рейсы из городов Сибири и Дальнего Востока, центральных и южных регионов России, а также зарубежных городов.

История и достопримечательности

Деревянная крепость «Красный Яр» была построена у основания одноименного холма в 1628 году. Название будущего города определил цвет ископаемых, которые покрывали холмы.  Место было выбрано удачно – на плоском мысе, между реками Кача и Енисей, вскоре обнаружены месторождения золота и открыты золотые прииски. В 17 веке Красноярск был небольшим поселением, в котором процветала торговля. Местные купцы осуществляли торговые сделки по продаже пушнины и меха, а военные казаки охраняли острог от внешних набегов. Купцы делали себе визитки на золотых пластинах – драгоценного металла было достаточно. Cегодня Красноярский край является лидером по поставкам золота – в регионе добывают пятую часть всего золотого фонда страны. Ссыльные декабристы, которые проживали в городе, оказали сильное влияние на культуру и грамотность сибирских жителей – они преподавали местным грамматику, арифметику, географию, историю, обучали крестьян рациональным приёмам земледелия, научили использовать сельскохозяйственные машины и механизмы. Истинный прорыв в культурной жизни случился в 1890 году, когда до Красноярска провели ветвь Транссибирской магистрали - самой длинной железной дороги в мире.

Сегодня город на красных горах простирается на сотни километров – Енисей является границей между Западной и Восточной Сибирью, поэтому даже сами красноярцы считают, что правобережные и левобережные жители – абсолютно разные по духу люди, что подтверждает мнение, что Красноярск – город контрастов. Погодные условия резко континентального климата отличаются значительными изменениями температуры дня и ночи, зимы и лета. Здесь, в черте мегаполиса, находится уголок природного спокойствия – всемирно известный заповедник «Столбы». Ни с чем не сравнимые древние скалы, похожие на исполинских великанов, словно выросли посреди таежного ландшафта – это обязательно необходимо увидеть тем, кто впервые посещает Красноярск.

Красноярск, в котором проживает более миллиона жителей, является одним из крупнейших деловых, промышленных и культурных центров Восточной Сибири. Видовые изображения города непременно сопровождаются часовней Параскевы Пятницы, архитектурным ансамблем административных зданий и часовой башней. Берега могучего Енисея соединяют мосты, которые являются важными достопримечательностями и символами города. Железнодорожный мост, построенный в 1899 году, получил золотую медаль всемирной Парижской выставки 1900 года как высочайшее достижение технической мысли. В начале 21 столетия у Красноярска появился новый архитектурный объект: Исторические ворота города установлены в месте, откуда началась его более четырехсотлетняя история.

Волейбол

Снежный Красноярский край вырастил чемпионов в зимних видах спорта – биатлоне, лыжных гонках, бобслее, конькобежном спорте. Но и волейболу в Красноярске уделяется большое внимание. В сибирском городе есть 4 профессиональные спортивные команды, которые входят в структуру волейбольного клуба «Енисей»: мужская и женская, а также два молодёжных коллектива «Енисей-2». Мужская и женская команды входят в элиту российского волейбола и выступают в Суперлиге Париматч, а «Енисей-2» играет в молодёжной лиге. Это отличное подтверждение корректно выстроенной спортивной вертикали: молодые волейболисты и волейболистки начинают свой путь со спортивной школы олимпийского резерва «Енисей» им. Э.А. Носкова, затем попадают в молодежные команды «Енисей-2», а после этого самые талантливые воспитанники переходят в основные команды мастеров «Енисей» и играют на уровне Суперлиги Париматч.

Женская команда «Енисей» добилась громкого успеха в сезоне 2016/2017, выиграв бронзу чемпионата России. Также команда дважды завоёвывала серебряные медали Кубка России, на протяжении четырёх сезонов выступала на международной арене. В своём дебютном сезоне в Кубке Вызова ЕКВ женский «Енисей» дошел до полуфинала, где уступил греческому «Олимпиакосу». В Лиге чемпионов в сезоне 2017/2018 команда выступала в квалификационном раунде.

Сибирский город конца XVI начала XVIII В. В историко-археологическом отражении (историографический аспект) Текст научной статьи по специальности «История и археология»

2009 История №3(7)

УДК 39+902/904]Р571

М.П. Черная

СИБИРСКИЙ ГОРОД КОНЦА XVI - НАЧАЛА XVIII В.

В ИСТОРИКО-АРХЕОЛОГИЧЕСКОМ ОТРАЖЕНИИ (ИСТОРИОГРАФИЧЕСКИЙ АСПЕКТ)*

Даётся историографическая оценка исторического и археологического изучения городов и острогов Сибири конца XVI - XVIII в. Рассматриваются основные концепции и результаты сибирского городоведения.

Ключевые слова: сибирский город, археология.

Тема статьи имеет прямое отношение к имени З.Я. Бояршиновой. Прежде всего потому, что своим творчеством Зоя Яковлевна, несомненно, обогатила сибиреведение. Её наследие не ушло в почётный, но почти позабытый историографический архив, а сохраняет актуальность и востребованность. Существует и личная подоплёка. Так вышло, что на 5-м курсе я резко сменила тему: от археологии сибирских аборигенов - к русской археологии Сибири. Профессор З.Я. Бояршинова стала руководителем моего дипломного сочинения «Облик городов и острогов Сибири конца ХУ1-ХУ11 в.». Эти первые шаги на новом для меня поприще развернулись в многолетнюю масштабную деятельность. С благодарностью посвящаю эту статью памяти крупного исследователя, принципиального и строгого учителя - Зои Яковлевны Бояршиновой.

Сложившиеся в современном сибиреведении основные научные направления - историческое и примыкающее к нему историко-этнографическое, археологическое - в той или иной степени занимаются городоведческой проблематикой. Специфика источников, составляющих информационную базу конкретного направления, определяет объёмы и аспекты исследования русского средневекового города Сибири.

Пионерами в изучении сибирского города являются историки, фактологический багаж которых формируют письменные данные. Поскольку обстоятельный анализ и обобщающая оценка вклада в становление и развитие сибирского городоведения досоветского периода даны Д.Я. Резуном [1. С. 143163; 2; 3. С. 142-158; 4. С. 222-247], здесь отметим только тех учёных-путешественников и участников экспедиций XVIII в., исследования которых наиболее значимы для познания края и сибирского города: Д.Г. Мессершмид-та, Г.Ф. Миллера, И.Г. Гмелина, П. С. Палласа, И.П. Фалька, И.И. Георги и др.

Научное наследие академических экспедиций XVIII в. формировалось при непосредственном внимательном наблюдении учёных-путешественников, что отличает его от более поздних исследований. Вклад этих учёных в изучение городов Сибири по полноте и обоснованности анализа различен, но описание ими как очевидцами того, что давно утрачено, имеет непреходящее значение. «Величайшим усердием» (Г.Ф. Миллер) участников академических

*

Работа выполнена при поддержке РГНФ (проект № 07-01-00103а).

экспедиций XVIII в. к новым изысканиям и открытиям была заложена научная база дальнейших исследований, в том числе и сибирского городоведения. Первостепенное значение имеет «История Сибирского царства» Г.Ф. Миллера, достойное место в которой заняли основанные русскими города. Изложенная им концепция 2,5 столетия подпитывает отечественную историографию.

С 90-х гг. XIX в. начинается новый этап в изучении сибирского города, отличительными особенностями которого были постановка программных задач по исследованию городов Сибири XVII в., расширение источниковой базы, оформление научно-исследовательского и краеведческого направлений [1. С. 148].

Н.Н. Оглоблин видел главную свою задачу во введении в научный оборот широкого круга источников, их систематизацию и углублённый анализ [5]. П.Н. Буцинский написал очерки по истории ряда городов, которые и через 100 с лишним лет остаются востребованными [6; 7; 8]. П.М. Головачёв решительно высказался за необходимость выработки программы по исследованию городов «для общего уразумения сибирской жизни в XVII в.», так как в городе, «как в фокусе, лучше всего сконцентрировались элементы сибирского общества XVII в.» [9. C. 169].

Создание источниковой базы, исторических очерков городов, постановка программных задач, нацеливающих исследователей на углубленное изучение проблем городской жизни, были серьезным теоретическим и практическим вкладом учёных XVIII-XIX вв., обозначивших перспективу развития сибирского городоведения.

Советская историография подняла разработку городоведческой тематики на качественно новый уровень. Правда, историки запоздало обратились к проблеме возникновения и развития городов Сибири конца XVI - начала XVIII в. Следствием отставания и недостаточной изученности темы, как справедливо отмечал О.Н. Вилков [10. C. 15], явилось её отсутствие во втором томе «Истории Сибири» [11]. Кстати, уже в 1953 г. вышла в свет образцовая по глубине анализа и аргументированности статья З.Я. Бояршиновой об основании Томска, в приложении к которой она опубликовала серию документов XVII в., проработанных её самым скрупулёзным образом [12. С. 2-48].

Историческое городоведение формируется с 60-х и особенно активно в 70-х гг. XX в. Идёт интенсивное накопление и осмысление источников, публикуются тематические сборники, в которых рассматриваются различные аспекты жизнедеятельности города. По инициативе и под редакторством О.Н. Вилкова выходит серия сборников «Города Сибири» (1974-1987 гг.) [13; 14; 15; 16; 17; 18; 19; 20; 21; 22; 23]. Научной базой и центром сибирского городоведения становится Институт истории, филологии и философии СО РАН СССР (г. Новосибирск).

В советском сибиреведении городская тематика существенно расширилась, глубоко стали прорабатываться вопросы причин возникновения, этапов развития сибирских городов, их типологии, социально-экономического содержания, административной, политической и культурной жизни, градо-

строительства, источниковедения и историографии, а также методологические и методические подходы к изучению города.

Считаю необходимым подчеркнуть, что при всех расхождениях дворян-ско-буржуазной и марксистской методологий советские историки фактически продолжили дореволюционную историографическую традицию изучения сибирского города. Было развернуто и углублено положение первостепенной значимости русских городов в исторической судьбе Сибири как опорных и регулирующих центров «заселения новых уездов русскими», высказанное зачинателями сибирского городоведения Г.Ф. Миллером [24; 25], П.Н. Буцинским [6; 7; 8], П.М. Головачёвым [26; 27; 28].

Советская историография постепенно пересмотрела прямолинейный взгляд своих предшественников на эволюцию сибирского города, в том числе упрощенную трёхступенчатую схему развития от военноадминистративного города-острога к торговому центру и затем к развитому городу как административно-экономическому центру [29; 30]. В исторической действительности русские города Сибири в своем становлении и развитии подчинялись общим закономерностям и с момента возникновения были полифункциональны, одновременно выполняя обязанности военных, административных, хозяйственных, финансовых, культовых, культурных центров. В определенный отрезок времени какие-то функции или функция становились главными и определяли облик конкретного города [31. С. 39-42; 32. С. 132-137; 33. С. 61-68; 34. С. 154].

В силу различных географических, природно-климатических и конкретно-исторических условий русские города Сибири не могли быть одинаковыми в административно-политическом, социально-экономическом смысле. Наоборот, влияние указанных факторов объективно обусловило типологическую вариативность городов.

Около 20 крупных городов Сибири дополняли остроги - историческая форма малых городов, которые и в прошлом и сейчас составляют большинство поселений городского типа почти во всех европейских странах. Каждый крупный город возглавлял взаимосвязанную систему более мелких острогов, которые, в свою очередь, окружала сеть земледельческих, торговых, ремесленных, ямщицких слобод, а к ним тяготели заимки, погосты, деревни, села. Все вместе они составляли устойчивый территориально-демографический, социально-хозяйственный и этнокультурный комплекс поселений, воспроизводящий целостную структуру общества [4. С. 230, 231; 35. С. 11-26; 36. С. 172-176; 37. С. 3-5].

Все русские поселения Сибири - временные и постоянные, малые, средние и большие, затерянные в глуши и расположенные на главных дорогах, малозаметные с ограниченными функциями и ведущие центры с флагманскими полномочиями - на макроуровне представляли своего рода симбиоз. Города и остроги множеством нитей были связаны друг с другом, своими округами и породившей их метрополией. Посредством их взаимообусловленного сосуществования воплощался в жизнь колонизационный процесс освоения русскими Сибири.

Вместе с более полным и точным раскрытием многообразного и сложного генезиса сибирского города советская историческая наука преодолела узкое понимание города как сугубо промышленно-торгового центра с посадской общиной. Сколько ни спорили историки о деформации понятия «город», конкретно-историческая действительность оказывается куда богаче предложенных для неё формул. «Обязательному» критерию наличия посадской общины в городе не вполне соответствовал даже самый большой город России XVII в. - Москва, поскольку единой посадской организации столица не имела. К разряду городских поселений причисляли и те населенные пункты, в которых были неразвиты или слабо развиты ремесло и торговля и где не было посадского населения. И для средневекового и для современного города путь индустриализации хотя и был главным, но не единственным и даже не основным как для ряда конкретных городов, так и для определенного типа городов в целом [38. С. 29, 42, 43; 39. С. 66-83; 40. С. 22; 41. С. 5].

Точную методологическую посылку, звучащую в унисон с историческим контекстом, дал М.Г. Рабинович: «Вопрос не в том, являлся ли тот или иной указанный источниками город «настоящим», а в том, что представляло собой городское поселение в данную эпоху в данной стране, почему современники считали его городом, каковы были его основные функции, особенности разделения труда, степень развития ремесел и торговли, соотношение основных и подсобных занятий, планировка и застройка, городское хозяйство, тип жилища и одежды его жителей, каков был городской образ жизни» [42. С. 17; 43. С. 19-24]. Особенно важно для постижения города выяснить, как он осознавался самими горожанами [44. С. 15]. Без учёта этого обстоятельства велик риск модернизации исторического города, навязывания не свойственных ему критериев и, как следствие, непонимание его истинной природы.

Применительно к сибирским городам невыраженность их посадов объясняется высокой экономической активностью служилого населения, занимавшегося ремеслом, торговлей, промыслами. Развитию предпринимательства служилых людей способствовало и то обстоятельство, что утвержденная Соборным уложением 1649 г. монополия посада на торговоремесленную деятельность не распространялась на города Сибири. Значительный размах торгово-промышленной деятельности служилых людей дает основание для вывода о фактическом замещении служилым населением посада сибирского города. Среди сибирских служилых исследователи выделяют ремесленников, мелких товаропроизводителей и торговцев, крупных купцов, т. е. те же социальные группы, что и среди посадского населения российских городов XVII в. [45. С. 8; 46. С. 76-86; 47. С. 76-94; 48. С. 100119; 49. С. 65-76; 50. С. 115-118, 126-131; 51].

Серьёзно продвинулись советские историки и в вопросе об аграрной стадии развития сибирского города, расширив ограниченную трактовку связи города с хлебопашеством как свидетельство необеспеченности горожан продуктами и неразвитости сибирского города вследствие слабого отделения промышленности и торговли от земледелия [11. С. 66; 52. С. 86, 87]. Существование городского хлебопашества не вело к уклонению города от развития в торгово-промышленный центр. Сельское хозяйство было первичным и

необходимым элементом социально-экономической структуры города и носило с самого начала не потребительский, а товарный характер, находилось в сфере предпринимательства. Аграрный тип города представлял многофункциональный город, доминирующей функций которого было производство хлеба на продажу. Товарное земледелие становилось промышленностью, т.е. производством товара - хлеба. В Сибири сложилось пять крупных земледельческих районов - Верхотурско-Тобольский, Томско-Кузнецкий, Енисейский, Ленский, Забайкальско-Амурский. В течение XVII в. трудом русских земледельцев Сибирь была превращена в край, обеспечивающий себя натуральной и товарной хлебной продукцией. Сельское хозяйство служило определенной гарантией существования горожан, придавало устойчивость «пашенным» сибирским городам и острогам, обеспечивая постоянный и довольно значительный приток средств в город, в том числе денежных, которые становились основой торговых капиталов и вкладывались в промышленное производство. Земледелие заложило базу для последующего роста не только торговли, но и промышленности: кожевенная, пимокатная отрасли, мыловарение, свечной промысел, мукомольное, пекарское дело, квасной промысел, винокурение [31. С. 39-42; 10. С. 16-18, 223-273; 53. С. 68-85; 54. С. 109-119; 50. С. 112-119].

Сельское хозяйство являлось важным элементом городской экономики и способствовало социально-экономическому прогрессу сибирского региона.

Формирование пашенных городов, прохождение ими аграрной стадии напрямую связаны с земледельческой колонизацией Сибири, которая зачастую ассоциируется только с крестьянством и сельскими поселениями. Однако инициаторами и организаторами пашен первоначально выступали именно города, следуя объективной необходимости и неизменным правительственным наказам. По мере появления и роста пригородной округи ей передавалась сельскохозяйственная функция. Развивалась сельская округа не сама по себе, но под постоянным «береженьем» города, его административным, экономическим, торговым протекторатом.

Сельское хозяйство городов Сибири не было ни их исключительным качеством, ни их изобретением. Сельскохозяйственные занятия присутствовали на всех стадиях развития русского феодального города. Хлебопашество, огородничество, садоводство, бахчеводство развивались в городах непрерывно, по восходящей линии, приобретая высокотоварный характер, они являлись не подсобными занятиями, а важнейшими промыслами наряду с ремеслом и торговлей [42. С. 53-64; 55. С. 129-132; 56. С. 17; 57. С. 70]. Занятия земледелием и скотоводством присущи как русским, так и западноевропейским городам, что обнаруживает значение сельского хозяйства в генезисе средневекового города.

Важным положением советского городоведения, получившим развернутое обоснование, стал тезис о первичности сибирского города по отношению к сибирской деревне. Не деревня была «матерью городов», а сибирский город порождал её. Несомненная особенность городов Сибири конца XVI -XVII в. как исходных, пионерных пунктов освоения края вместе с тем не являлась их уникальной чертой, как считали В.И. Кочедамов [58. С. 10] и раз-

деливший его мнение Д.Я. Резун [4. С. 261]. Недавно Д.Я. Резун выделил «сибирский» путь вырастания городов из сёл и слобод. В Сибири этот путь, по его мнению, более рельефен и значим, чем в европейской части России [59. С. 71-92]. Однако путь формирования ряда городских поселений из слобод не отменяет тезиса о принципиальной первичности сибирского города, развитие которого и вызвало появление слобод, сёл, деревень.

Достаточно посмотреть на этот вопрос в ретроспективе [60. С. 7; 61. С. 91-92]. Если рассматривать присоединение Сибири в общем контексте многовековой российской колонизации, становится очевидным, что здесь нашел приложение весь накопленный опыт. Путь формирования городов, опережавших возникновение сельских поселений, был пройден в разных регионах России неоднократно. В Сибири этот путь стал магистральным, и процесс проходил в наиболее зрелой форме.

Не может считаться сугубо сибирской и практика строительства городов и острогов в местах проживания местного населения, на месте или рядом с туземными городками. Уже в древности некоторые города возникали как опорные пункты Руси в землях с нерусским, неславянским населением. Такими городами были, например, Белая Вежа, построенная на развалинах хазарского Саркела после взятия его Святославом в 965 г., Тмутаракань на месте хазарской Таматархи. В XVI-XVII вв. много таких городов появилось на Русском Севере, в Среднем и Нижнем Поволжье, на Урале и, наконец, в Сибири.

В целом процесс городообразования развивался не по единой «социологической формуле», но был многовариантным. Конкретные пути происхождения русских городов были разнообразны: из сельского поселения, погоста, феодального замка, пограничной крепости, промысловой слободы, торговоремесленного ряда, религиозного центра, слияния нескольких, различных по типу поселений, чем не отличались сколько-нибудь существенно от генезиса городов Европы и Востока [62. С. 9-13; 63. С. 32-69; 64. С. 266; 65. С. 119126; 42. С. 19; 66. С. 23, 231]. Почти все эти пути свойственны городам Сибири конца XVI - XVIII вв.

Важнейшим по своей историко-культурной значимости и глубоко аргументированным стал вывод историков о национальном характере сибирского города. По облику и по сути города Сибири были русскими, непосредственными наследниками городов Руси. В этом первостепенном вопросе советская историография выступила преемницей дореволюционной науки.

Наиболее яркой особенностью сибирских городов был опережающий, пионерный характер их появления в крае, а также ускоренные темпы развития или, по меткому определению Н.Я. Новомбергского, «скороспелость» [67. С. 20-21]. В отведенные историей сжатые сроки города должны были врасти в сибирскую землю и как можно шире раскинуть сеть подначальных поселений.

Когда бы и где, при каких обстоятельствах и в каких условиях ни возникали и существовали города, они нерасторжимо были связаны с процессом развития Русского государства, играя в нем роль экономических, социальных, политических, культурных лидеров, в чем проявилась общность их ис-

торических судеб. В свое время сибирские города в полной мере выполнили свое предназначение созидающих и объединяющих Сибирь и Россию центров.

В постсоветской историографии на волне критического отношения к советскому научному наследию возродилась концепция о Сибири как отсталой колонии, эксплуатируемой Россией, в которой города упоминаются в качестве военно-административных пунктов и не рассматриваются как очаги и факторы цивилизации. Понятно почему: серьёзное, глубокое изучение сибирского города неизбежно приводит к выводу о его определяющей роли в обустройстве и перспективном развитии Сибири, что рушит теорию о невозможности цивилизовать этот необъятный запредельно далёкий край [68. С. 3036; 69. С. 37-40; 70. С. 28-32; 71. С. 4-7; 72. С. 86-88; 73. С. 6-16; и др.].

Неправильная оценка социально-экономического и культурного уровня развития русских городов Сибири ведёт к обесцениванию созидательного потенциала колонизационного процесса в целом. Давно устаревшие стереотипы, втискивающие сибирский город в тесные рамки военной крепости с административно-ясачными функциями, которые всё ещё встречаются в литературе [см. , например, 74. С. 355], должны быть пересмотрены.

Основные положения по сибирской колонизации были высказаны дореволюционной наукой и получили дальнейшее развитие и огромную доказательную базу в советской и постсоветской историографии [75; 76; 77; 78. С. 95-140; 79. С. 85-91; 80. С. 147-156; 81; 82; 83. С. 85-91; 84; 85; 86. 137151; 87; 88. С. 39-58; 89. С. 4-13; 90. С. 3-93; 91. С. 376-384; 92; 93. С. 5773; 94; 95. С. 37-47; 96; 97. С. 44-47; 98. С. 150-186; 99. С. 206-208; 100. С. 129-143; 101. С. 45-53; 34. С. 152-158; 102. С. 24-30; 103. С. 54-59; 104. С. 5, 32-53, 61; 105. С. 15-37; 106. С. 158; и др.].

В истории России колонизация имела (имеет) громадное значение и является постоянно действующим фактором. Русское государство росло и развивалось при непрерывном колонизационном процессе, самое непосредственное и активное участие в котором принимал русский народ, по определению Т. Б. Щепанской, «движущийся этнос с самосознанием оседлого» [107. С. 103]. Государственные и народные интересы в освоении новых земель совпадали. Государство стратегически было нацелено на интеграцию края в экономическую и культурную жизнь страны и ее политическую систему, что увеличивало его геополитический потенциал. Народ шел в Сибирь за землей и волей.

Государственная и стихийная (вольнонародная) составляющие колонизации, дополняя и взаимодействуя друг с другом, сливались в единый деятельный поток. Главным в вольнонародном переселении, при всей значимости и яркости промысловой колонизации, был земледельческий интерес. Исследователи, обобщившие огромный аграрный переселенческий опыт, пришли к выводу о том, что основой колонизации было земледельческое освоение, которому не помешала нерешенность Россией главного, по мнению Ш.Ф. Мухамедьярова, вопроса - частной собственности на землю, что давно сделано в Западной Европе [72. С. 87]. Не восприняв чужих стандартов, Рос-

сия пошла своим путем и весьма преуспела, освоив в феноменально короткие сроки почти 10 млн кв. км земли.

Право верховной собственности на свободные земли, в том числе сибирские, в России принадлежало государству. Однако это не препятствовало переселению и заселению, на государевых землях было где развернуться, осуществляя трудовое право владения по заимочно-захватной и общиннозахватной форме землепользования. Наличие в крае огромного фонда земель, не освоенных под аграрное производство, отсутствие помещичьего хозяйства и крепостного права создавали мощный стимул к земледельческой колонизации и обусловили массовый приток переселенцев. Правительство использовало свой ресурс, не ограничиваясь наказами о заведении пашен, широко практиковало закрепление за служилыми людьми земельных участков, оказывало организационную и денежную помощь переселенцам, практиковало насильственный перевод крестьян в Сибирь и ссылку на пашню преступников. Уже с конца XVI в. - начала XVII в. земледельческие оазисы стали возникать вокруг основанных городов, которые, как говорилось, были первыми проводниками аграрной политики. Очаговое земледельческое расселение, группировавшееся около городов, с ростом сельских округ постепенно сливалось в полосу сплошного расселения.

Российское правительство, ни в коей мере не отказываясь от своей верховной власти над сибирскими землями и от права распоряжения ими, что гарантировало интересы казны, будучи заинтересованным в сельскохозяйственном освоении края, проводило гибкую и дальновидную политику. До конца XVII в. отработочная рента оставалась господствующей формой ренты в Сибири, а десятинная пашня - основной формой тягла, но на протяжении столетия происходило снижение объема тягловых поземельных обязательств, практически не было препятствий к частичной или полной передаче тягла другому лицу, отсутствовало личное прикрепление к наделу и сохранялось право передвижения, что позволяло сибирскому крестьянину изменить свое социальное положение - перейти в захребетники или в гулящие люди, стать служилым или посадским. Возможность смены статуса существовала и у других социальных слоев: гулящий человек, перемогавшийся случайными заработками, переходил в казаки, пленный рядовой «литвин» при наличии военных способностей занимал командную должность и вливался в ряды местной аристократии - боярских детей, встречались случаи, когда казаки просили о переводе их в крестьяне. Подобная практика способствовала снижению социальных напряжений, реализуя до известной степени стремление к воле.

Народный вариант православия в среде русских сибиряков, в котором обнаруживалась живучесть глубинного политеистического пласта, и двоеверия среди нерусских сибиряков с очевидным доминированием языческих представлений, был, по сути, признаком свободы, права выбора веры, обрядов. Право выбора и пользования распространялось также на ношение иностранного и языческого имени, причём не только в быту, но и в официальной обстановке. Противодействия со стороны воеводских властей и церкви это не вызывало, тем более, что на Руси с давних времён существовала устойчи-

вая традиция наличия двух имён - православного и языческого, с чем приходилось мириться [108. С. 16, 17]. Подобная демонстрация своей национальной принадлежности в преобладающем иноэтничном окружении возможна, когда это последнее отличается национальной и религиозной терпимостью и уживчивостью.

Полиэтническая и поликультурная среда способствовала формированию определенной терпимости, уважению к иной культуре при том, что русский этнос оставался доминирующим. Это принципиально отличает сибирскую колонизацию от американского фронтира, понимаемого не просто как «движущаяся граница», но как «встреча дикости и цивилизации». Эта формула предполагает неизбежное столкновение двух миров, в котором для «диких» индейцев не оставалось положительной исторической перспективы. Отношение к «краснокожим» как к дикарям снимало с носителей «цивилизации», считавших себя избранниками Бога, нравственные запреты и породило определенный алгоритм поведения - физического, экономического, культурного уничтожения индейцев.

В свете определения колонизации, данного во французской энциклопедии Ларусса, как прежде всего «качества международных отношений», которые наполняют своим содержанием «все области человеческой деятельности: экономику, общественную жизнь, культуру и политику» [цит. по: 109. С. 173], Россия выглядит весьма достойно.

Археологические исследования русских поселений Сибири, точкой отсчёта которых можно считать раскопки промысловых стоянок на о. Фаддея и в заливе Симса [110; 111], продолжаются свыше 60 лет. Сейчас можно говорить о формировании нового направления сибиреведения - археологического городоведения [112. C. 482-515]. Совокупные результаты более чем полувековых исследований создали историко-источниковедческую базу для важных выводов.

В археологическом отражении русские города Сибири раскрывают своё внутреннее содержание, предъявляя разнообразные свидетельства своей многоплановой деятельности. Практически на всех раскопанных поселениях представлены многочисленные остатки сельскохозяйственных, ремесленных, промысловых занятий.

Археологи пришли к важным историческим выводам относительно русской гончарной керамики, о её местном, а не только привозном характере, о городах как ремесленных центрах со сравнительно высокой технологией керамического производства, продолжающей традиции Европейской России, откуда продукция распространялась в сельскую округу; о домашнем изготовлении глиняной посуды в сёлах, отличающейся техническими характеристиками и орнаментацией; о производстве русскими мастерами сосудов на заказ для аборигенного населения [113. C. 138-154; 114. C. 165-170; 115. C. 124-131; 116. C. 37-39; 117. C. 393-395; 118. C. 20-221; 119. C. 101; 120. C. 102-114; 121. C. 394-399; 122. C. 166-168; 123. C. 117-120; 124. C. 175181; 125. C. 269-272; 126. C. 100-102; 127; 128. C. 208-209; 129. C. 17-34]. Возможности современного анализа керамики с помощью спектрального, бинокулярного методов, указывающих на использование местного сырья,

позволяют говорить о местном характере гончарства не предположительно, а утвердительно как о научно доказанном факте.

Вместе с остатками керамического производства, раскопки городов и острогов дали массовые материальные свидетельства о налаживании и развитии железоделательного, кузнечного, литейного, сапожно-кожевенного, косторезного ремёсел. Несколько менее представлено стеклодувное, ювелирное дело, деревообработка, изготовление простых саржевых и полотняных тканей, плетёных, вязаных, берестяных изделий. Степень развития последних производств, возможно, была меньшей и не везде поднималась до уровня ремесла, что отразилось в объёме ископаемых источников [130. С. 33-37; 116. С. 24-37; 131; 119. С. 102-103; 132; 133. С. 117-131].

Массив остеологических, ихтиологических данных, находки промыслового снаряжения свидетельствуют о занятиях скотоводством, птицеводством, охотой, рыболовством, роль которых была большей или меньшей в разных широтах, но они обязательно присутствовали в хозяйственной деятельности горожан. Разводили свиней, крупный и мелкий рогатый скот, лошадей, собак использовали на охоте, в качестве тягловой силы и, видимо, для охраны дома и имущества. Мангазейские материалы зафиксировали даже факт содержания кошек. Из домашней птицы разводили кур, гусей и уток. По двору верхотурского воеводы расхаживал павлин, поддерживая авторитет и престиж местной власти. Охота была отнюдь не только пушной, но и в определённой степени мясной. Обилен был и рыбный стол сибирского горожанина, на котором присутствовали разные породы рыб, в том числе ценные (осётр, нельма, стерлядь, муксун, сырок) [130. С. 41-45, 55-58; 113. С. 128137; 134. С. 29-33; 116. С. 74-78, 83-87; 135. С. 105-112; 136. 73-75; 137. С. 81-91; 138. С. 488-492; 139. С. 118-123; 140. С. 113-124; 141. С. 418-420; 142. 102-103; 143. С. 66-67].

Археологический материал заставляет исследователей отказаться от прямолинейного суждения о хозяйственном окультуривании русских сибирскими инородцами в области охоты и рыболовства. На первых порах знания о путях миграции животных, основных мест нереста русские получали от аборигенов, но способы добычи зверя и рыбы были принесены «с Руси». Часть этих приёмов и орудий, например, давящие ловушки типа пасти, сложносоставные луки, капканы, невод и др., настолько давно и прочно заимствовали инородцы, что им стали приписывать происхождение ловчих приёмов и предметов снаряжения, авторство которых на самом деле принадлежит русским. Охота и рыболовство у русских занимали другое, чем у аборигенного населения, положение в общей структуре хозяйственной деятельности, удовлетворяя не только собственные потребности, но имея товарный характер. Безусловно, взаимодействия присутствовали, в частности, активное внедрение русскими вялено-сушёной заготовки рыбы, дополняющей традиционные для русской кухни термические способы обработки [116. С. 74; 144. С. 40, 41, 134, 135; 145. 334-342; 146. 41, 45; 147. С. 155, 156; и др.]. В целом, русская охота и рыболовство вполне традиционны и самостоятельны. Изучение русских археологических памятников в Сибири и в Европейской России создаёт в этом отношении надёжную доказательную базу в

широком пространственно-временном диапазоне. Анализ этнографических материалов также позволяет сделать обобщающий вывод об устойчивости русской этнической культуры в новых для неё условиях, приспособление к которым происходило, главным образом, на базе культурного потенциала, наработанного на исторической родине [148. С. 73-82].

В разнообразном множестве археологических источников сибирские города предстают именно как русские города. Изучая материальную культуру русских ХУІІ-ХУІІІ вв. в Сибири, мы изучаем общерусскую культуру не потому, что подавляющее большинство бытовых предметов тогда были привозными, как считал А.Р. Артемьев [149. С. 12]. Ведь значительное присутствие русского импорта в аборигенных памятниках не изменило их этнического облика и содержания. Русские несли навыки своей социальной, хозяйственной, бытовой, духовной, досуговой культуры, укоренение и адаптация которой в сибирском крае совершались на своей этнической культурной основе. Среди переселенцев были представители других славянских и не славянских народов, о чём имеется немало письменных свидетельств. Но в археологическом материале их присутствие практически не отражено, поскольку иноэтничные и инокультурные элементы поглощались русской средой и культурой. Важные и нужные для воссоздания исторической картины прошлого частности в археологическом контексте сглаживаются, растворяются, зато предметно и выпукло выступает суть процессов и явлений. Археология объективно и конкретно выявляет русскую природу сибирского города и его созидательную роль в преображении громадного региона.

Успехи русской археологии внесли важный вклад в изменение отношения к русским, как к этносу, давно ставшему коренным не менее, чем малые аборигенные народы, и который, по выражению С.В. Бахрушина, «трудом и культурой» осваивал Сибирь.

Исследуя ископаемый русский город Сибири, который являлся двигателем исконных культурных традиций и фактором цивилизационного преображения края, поздняя археология обнаруживает два важнейших своих качества. Во-первых, погружая нас в подлинный материальный мир эпохи освоения нашими предками Сибири, выступает как «национальная археология», помогая в процессе самопознания и самоидентификации, что делает «науку о древности» остросовременной. Во-вторых, раскрывая историческую подоплёку событий и процессов, скрытую в овеществлённых остатках прошлого, археология обнажает свою историческую сущность.

Русское заселение Сибири стало особым, ярчайшим этапом расширения русской этнической территории и распространения русской этнической культуры. Ни русская народность, ни ее культура отнюдь не потерялись в Сибири. Вливание в общий поток колонизации культурных традиций и особенностей, присущих различным регионам России, а также иноэтничных и инокультурных элементов, действие природно-географического фактора обусловили своеобразие сибирской культуры, придали ей характер локального (а точнее регионального. -М.Ч.) варианта единого целого - общерусской культуры [150. С. 3-7; 89. С. 6, 8]. В этом процессе не потерялись и малые народы, вовлеченные в орбиту русского государства через администра-

тивно-политические, экономические, культурно-идеологические, бытовые связи и сохранившие свою культуру.

Россия не стала «цивилизацией в европейском смысле слова», она создала свою цивилизацию. Присоединив Сибирский суперрегион, Россия расширила свою территорию до евразийских масштабов и приумножила своё могущество. В становлении, развитии, укреплении русско-сибирской цивилизации ключевую роль сыграли города - своего рода локомотивы колонизации, посредством которых была открыта новая эпоха в истории Сибири и России.

Литература

1. Резун Д.Я. К истории изучения сибирского города XVII в. в русской дореволюционной исторической науке (к постановке вопроса) // Города Сибири (эпоха феодализма и капитализма). Новосибирск: Наука, 1978. С. 143-163.

2. Резун Д.Я. Очерки истории изучения сибирского города конца XVI - первой половины

XVIII века. Новосибирск: Наука, 1982а. 221 с.

3. Резун Д.Я. О работе Г.Ф. Миллера над источниками по истории городов Сибири XVII в. // Древнерусская рукописная книга и её бытование в Сибири. Новосибирск, 1982б. С. 142-247.

4. Резун Д.Я. Современная урбанистика и сибирское городоведение XVIII - первой половины XIX в. // Источниковедение и история городов Сибири конца XVI - первой половины

XIX в. Новосибирск: Наука, 1987а. С. 222-247.

5. ОглоблинН.Н. Обозрение столбцов и книг Сибирского приказа. Т. 1-4. М., 1895-1901.

6. Буцинский П.Н. Заселение Сибири и быт её первых насельников. Харьков: Б. и., 1889. 345 с.

7. Буцинский П.Н. К истории Сибири: Сургут, Нарым и Кетск до 1645. Харьков: Б. и., 1893а. 28 с.

8. Буцинский П.Н. Мангазея и Мангазейский уезд (1601-1645). Харьков: Б. и., 1893б. 66 с.

9. Головачёв П.М. Томск в XVII веке: Материалы для истории города. Томск: Б. и., 1910. 169 с.

10. Вилков О.Н. Очерки социально-политического развития Сибири конца XVI - начала

XVIII в. Новосибирск: Наука, 1990. 368 с.

11. История Сибири с древнейших времен до наших дней: В 5 т. Л.: Наука, 1968. Т. 2: Сибирь в составе феодальной России. 538 с.

12. Бояршинова З.Я. Основание города Томска // Вопросы географии Сибири. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1953. Вып. 3. С. 2-48.

13. Промышленность Сибири в феодальную эпоху (конец XVI - середина XIX в.). Новосибирск: Наука, 1982. 133 с.

14. Историография городов Сибири конца XVI - начала XX в. Новосибирск: Наука, 1984. 179 с.

15. Памятники быта и хозяйственного освоения Сибири: Сб. науч. тр. Новосибирск: Наука, 1989. 192 с.

16. Обменные операции городов Сибири периода феодализма: Сб. науч. тр. Новосибирск: Б. и., 1990. 183 с.

17. Памятники истории, культуры и градостроительства Сибири. Новосибирск: Наука, 1991. 144 с.

18. Города Сибири. Экономика, управление и культура городов Сибири досоветского периода. Новосибирск: Наука, 1974. 300 с.

19. История городов Сибири досоветского периода (XVII - начало XX века): Сб. ст. Новосибирск: Наука, 1977. 303 с.

20. Города Сибири. Эпоха феодализма и капитализма. Новосибирск: Наука, 1978. 336 с.

21. Сибирские города XVII - начала XX века. Новосибирск: Наука, 1981. 222 с.

22. Источниковедение и историография городов Сибири конца XVI - первой половины

XIX в. Новосибирск: Наука, 1987. 288 с.

23. Торговля городов Сибири конца XVI - начала XX в. Новосибирск: Наука, 1987. 237 с.

24. Миллер Г.Ф. История Сибири. Л.: Изд-во Акад. наук СССР, 1937. Т. 1. 607 с.

25. Миллер Г.Ф. История Сибири. М.; Л.: Изд-во Акад. наук СССР, 1941. Т. 2. 638 с.

26. Головачёв П.М. Ближайшие задачи исторического изучения Сибири // ЖМНП. 1902. № 9. С. 49-68.

27. Головачёв П.М. Желательный тип сборников материалов для сибирских городов XVII в. М., 1903. 263 с.

28. Головачёв П.М. Очерк заселения Сибири. СПб.: Б. и., 1906. 44 с.

29. Сергеев В.И. Первые сибирские города, их военное, экономическое и культурное значение // Вестник истории мировой культуры. 1960. № 3 (21). С. 113-123.

30. Сергеев В.И. Основание городов Западной Сибири: Автореф. дис. ... канд. ист. наук. М., 1962. 15 с.

31. Вилков О.Н. Сибирский город конца XVII - первой четверти XVIII века в современной русской советской историографии // Сибирь в прошлом, настоящем и будущем. Новосибирск, 1981. Вып. 1: Сибирь в эпоху феодализма и капитализма. С. 39-42.

32. Вилков О.Н., Башкатова З.В. Общее и особенное в возникновении и развитии городов Сибири конца XVI - начала XVIII в. // Феодализм в России. М.: Наука, 1985. С. 132-143.

33. Квецинская Т.Е. Город Верхотурье в XVII - начале XVIII в. в отечественной историографии // Историография городов Сибири конца XVI - начала XX в. Новосибирск: Наука, 1984. С. 61-70.

34. Люцидарская А.А. Колонизация Сибири: человек и пространство // Народы Сибири: История и культура. Новосибирск: Наука, 1997. С. 152-158.

35. Резун Д.Я. К характеристике документов приказного делопроизводства как источника по историографии сибирского города XVII в. // История городов Сибири досоветского периода (XVII - начало XX в.). Новосибирск: Наука, 1977. С. 11-26.

36. Резун Д.Я. Эволюция понятий «город» и «острог» в приказном делопроизводстве

XVII в. // ВИ. 1979. № 10. С. 172-176.

37. Резун Д.Я. Русские в Среднем Причулымье в XVII-XIX вв. : (Проблемы социальноэкономического развития малых городов Сибири). Новосибирск: Наука, 1984. 187 с.

38. Волков М.Я. Города Европейской России во второй половине XVII - начале XVIII века // Город и горожане России в XVII - первой половине XIX века. М., 1991. С. 25-46.

39. Карлов В.В. К вопросу о понятии раннефеодального города и его типов в отечествен -ной историографии // Русский город. М.: Изд-во МГУ, 1980. Вып. 3. С. 66-83.

40. Малый город. Социально-демографическое исследование небольшого города. М.: Изд-во МГУ, 1972. 272 с.

41. Преображенский А.А. Город, деревня и государственная власть в России в XVII-

XVIII вв. // Деревня и город Урала в эпоху феодализма: проблема взаимодействия. Свердловск: УНЦ Акад. наук СССР, 1986. С. 3-13.

42. Рабинович М.Г. Очерки этнографии русского феодального города: Горожане, их общественный и домашний быт. М.: Наука, 1978 а. 329 с.

43. Рабинович М.Г. К определению понятия «город» (в целях этнографического изучения) // СЭ. 1983. № 3. С. 19-24.

44. Размустова Т.О. Город как культурно-исторический организм (опыт методологических подходов) // Проблемы культуры городов России. Омск: Сиб. филиал Рос. ин-та культурологии, 1996. Ч. 1. С. 12-16.

45. Артемьев А.Р. Города и остроги Забайкалья и Приамурья во второй половине XVII -XVIII в.: (Историко-археологические исследования): Автореф. дис. ... д-ра ист. наук. Владивосток: Б. и., 1997. 60 с.

46. Курилов В.Н. Участие служилых людей в становлении г. Тюмени как торговопромышленного центра в XVII в. // Города Сибири: (экономика, управление и культура городов Сибири в досоветский период). Новосибирск: Наука, 1974. С. 76-86.

47. Леонтьева Г.А. Роль служилых людей в торгово-промышленной жизни Нерчинска во второй половине XVII - начале XVIII в. // Города Сибири: (эпоха феодализма и капитализма). Новосибирск: Наука, 1978. С. 76-94.

48. Леонтьева Г.А. Застройка Тюмени и ее государственное обеспечение в конце XVI -начале XVIII в. // Памятники истории, археологии и архитектуры Сибири. Новосибирск: Наука, 1989. С. 54-69.

49. Люцидарская А.А. К вопросу о формировании торгово-промышленного населения Томска второй половины ХУІІ в. // Города Сибири (эпоха феодализма и капитализма). Новосибирск: Наука, 1978. С. 65-76.

50. Люцидарская А.А. Старожилы Сибири: историко-этнографические очерки (ХУІІ - начало ХУІІІ в. ). Новосибирск: Наука, 1992. 197 с.

51. Никитин Н.И. Служилые люди в Западной Сибири ХУІІ века. Новосибирск: Наука, 1988. 155 с.

52. Горюшкин Л.М., Миненко Н.А. Историография Сибири досоветского периода (конец

XVI - начало ХХ в.). Новосибирск: Наука, 1984. 317 с.

53. Квецинская Т.Е. Хлебная торговля г. Верхотурья в ХУІІ в. // Торговля городов Сибири конца ХУІ - начала ХХ в. Новосибирск: Наука, 1987. С. 68-85.

54. Курилов В.Н. О некоторых закономерностях развития сибирского города ХУІІ в. // Сибирские города ХУІІ - начала ХХ века. Новосибирск: Наука, 1981. С. 109-119.

55. Рабинович М.Г. О земледелии в русском феодальном городе // Древняя Русь и славяне. М.: Наука, 1978б. С. 129-132.

56. Рабинович М.Г. Город и традиционная народная культура // СЭ. 1980. № 4. С. 12-24.

57. Сахаров А.М. Ремесленное производство в городах Северо-восточной Руси ХІУ - ХУ веков // ВИ. 1955. № 4. С. 59-71.

58. КочедамовВ.И. Первые русские города Сибири. М.: Стройиздат, 1978. 190 с.

59. Резун Д.Я. Слободы как протогорода Сибири // Современное историческое сибиреве-дение ХУІІ - начала ХХ вв. Барнаул, 2005. С. 71-92.

60. Носов Е.Н. Происхождение первых городов Северной Руси // Феодальная Россия (новые исследования). СПБ., 1993. С. 5-10.

61. Янин В.Л., Носов Е.Н. Археологическое изучение городов Северной Руси: (итоги, перспективы) // Современные проблемы археологии России. Новосибирск: Изд-во Ин-та археологии и этнографии СО РАН, 2006. Т. 1. С. 91-93.

62. Воронин Н.Н. К итогам и задачам археологического изучения древнерусского города // КСИИМК. 1951. Вып. 41. С. 9-13.

63. Карлов В.В. О факторах экономического и политического развития русского города в эпоху Средневековья: (к постановке вопроса) // Русский город. М.: Изд-во МГУ, 1976. Вып. 2. С. 32-69.

64. Оборин В.А. Некоторые вопросы археологического изучения уральских городов ХУІ-

XVII вв. // Памятники древнейшей истории Евразии. М., 1975. С. 264-270.

65. Оборин В.А. Использование русским населением в ХУ-ХУІІ веках поселений нерусского населения на Урале // Древности Волгокамья. Казань, 1977. С. 119-126.

66. Рабинович М.Г. К типологии восточнославянских городов (средневековая Москва и города Московского княжества) // Проблемы типологии в этнографии. М.: Наука, 1979. С. 39-43.

67. Новомбергский Н.Я. В поисках за материалами по истории Сибири. СПб.: Б. и., 1906. Разд. 2: Сибирские города на исходе ХУІІ века. С. 20-36.

68. Агеев А.Д. Американский «фронтир» и сибирский «рубеж» как факторы цивилизационного разлома // Американский и сибирский фронтир. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1997. С. 30-36.

69. Белаш Н.Ю. Образ фронтира в США и России // Американский и сибирский фронтир. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1997. С. 37-40.

70. Измайлов И. Счёты и просчёты имперских историков // Родина. 1994. № 8. С. 28-32.

71. Казаркин А.П. Регионализм - перекрёсток мнений // Сибирь в контексте мировой культуры: Опыт самоописания: Кол. моногр. / Б.Ф. Егоров, Н.В. Моравский, В.М. Кулемзин и др. Томск: Сибирика, С. 4-7.

72. Мухамедьяров Ш.Ф. К проблеме «географического фактора» как препятствия на пути цивилизации России (заселение русскими Сибири) // Русские старожилы: Материалы ІІІ Сиб. симпозиума «Культурное наследие городов Западной Сибири». Тобольск; Омск: Изд-во Омск. ун-та, 2000. С. 86-88.

73. Шиловский М.В. К вопросу о колониальном положении Сибири в составе Русского государства // Европейские исследования в Сибири. Томск: Изд-во Том. гос. ун-та, 2001. Вып. 3. С. 6-16.

74. Томск от А до Я: Краткая энциклопедия города. Томск: Изд-во НТЛ, 2004. 238 с.

75. ШунковВ.И. Очерки по истории колонизации Сибири в ХУІІ - начале ХУІІІ веков. М.; Л.: Изд-во Акад. наук СССР, 1946. 226 с.

76. Шунков В.И. Очерки по истории земледелия Сибири (XVII век). М.: Изд-во Акад. наук СССР, 1956. 432 с.

77. Шерстобоев В.Н. Илимская пашня. Иркутск: Иркутск. обл. гос. изд-во, 1949. Т. 1. 596 с.

78. Бояршинова З.Я. К вопросу о развитии русского земледелия в Томском уезде в XVII веке // Вопросы географии Сибири. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1951. Вып. 2. С. 95-140.

79. Бояршинова З.Я. Опыт и традиции первых русских земледельцев Сибири (XVII в.) // Вопросы истории Сибири. Томск, 1953а. Вып. 9. С. 85-91.

80. Бояршинова З.Я. К вопросу о присоединении Западной Сибири к Русскому государству // Труды / Том. гос. ун-т. Сер. соц.-экон. и ист. наук. 1957. Т. 136. С. 147-156.

81. Бояршинова З.Я. Некоторые вопросы истории сибирского крестьянства феодальной эпохи // Проблемы истории советского общества Сибири. Новосибирск, 1970. Вып. 2: История крестьянства Сибири досоветского периода. С. 95-140.

82. Бояршинова З.Я. Заселение Сибири русскими в XVI - первой половине XIX в. // Итоги и задачи изучения Сибири досоветского периода. Новосибирск: Наука, 1971. С. 40-56.

83. Бояршинова З.Я. Опыт и традиции первых русских земледельцев Сибири (XVII в.) // Вопросы истории Сибири. Вып. 9. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1976. С. 85-91.

84. Бахрушин С.В. Научные труды. Т. 3, ч. 1: Вопросы русской колонизации Сибири в

XVI-XVII вв. М.: Изд-во Акад. наук, 1955. 376 с.

85. Сафронов Ф.Г. Крестьянская колонизация бассейнов Лены и Илима в XVII веке. Якутск: Якутск. кн. изд-во, 1956. 207 с.

86. Колесников А. А. Из истории заселения Среднего Прииртышья // Известия Омского отдела ГО СССР. 1963. Вып. 5 (12). С. 137-151.

87. Александров В.А. Русское население Сибири XVII - начала XVIII в. (Енисейский край). М.: Наука, 1964. 303 с.

88. Александров В.А. Особенности феодального порядка в Сибири (XVII век) // ВИ. 1973. № 8. С. 39-58.

89. Александров В.А. Кто мы, русские? // Русские: Историко-этнографические очерки. М.,

1997. С. 4-13.

90. Кондрашенков А.А. Русская колонизация Зауралья в XVII-XVIII веках // Учёные записки / Курган. гос. пед. ин-т. 1964. Вып. 6. С. 3-93.

91. Преображенский А.А. У истоков народной историографической традиции в освещении проблемы присоединения Сибири к России // Проблемы истории общественной мысли и историографии. М.: Наука, 1976. С. 376-384.

92. Христианство и ламаизм у коренного населения Сибири (вторая половина XIX - начало XX в.). Л.: Наука, 1979. 227 с.

93. Липинская В.А. Русские сельские поселения Сибири // Этнография русского крестьянства Сибири (XVII - середина XIX в.). М.: Наука, 1981. С. 57-267.

94. Островская Л.В. Христианство в понимании русских крестьян пореформенной Сибири (народный вариант православия) // Общественный быт и культура русского населения Сибири (XVIII - начало XX в.). Новосибирск, 1983. С. 135-150.

95. Горюшкин Л.М. Место Сибири в составе капитализма // Исторический опыт освоения Сибири. Новосибирск, 1986. С. 37-50.

96. НикитинН.И. Освоение Сибири в XVII веке. М., 1990. 144 с.

97. Главацкая Е.М. Власть и «сибирские инородцы» в XVII в. // Сургут, Сибирь, Россия. Екатеринбург, 1994. С. 44-47.

98. Главацкая Е.М. Христианское освоение Обдорского края (XVII - начало XX в.) // Русское освоение Ямала до начала XX века (документы и исследования). Салехард; Екатеринбург: Банк культурн. информации, 2005. С. 150-186.

99. Чёрная М.П. Историко-археологическая оценка русской колонизации Сибири // Методика комплексных исследований культур и народов Западной Сибири. Томск, 1995. С. 206208.

100. Чёрная М.П. Проблемы русской колонизации и христианизации Сибири (опыт комплексного анализа) // Материалы и исследования культурно-исторических проблем народов Сибири. Томск, 1996. С. 129-143.

М.П. Черная

110---------------------------------------------------------------------------------------

101. Жеравина А.Г. Особенности заселения и сельскохозяйственного освоения Сибири в конце XVIII - первой половине XIX в. // Американский и сибирский фронтир. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1997. С. 45-53.

102. МиненкоН.А. Урал и Сибирь конца XVI - первой половины XIX в. в новейшей отечественной историографии // Культурное наследие Азиатской России: Материалы I Сиб.-урал. ист. конгресса 25-27 нояб., 1997 г. Тобольск, 1997. С. 24-30.

103. Никулин П.Ф. Особенности аграрной колонизации Сибири и Северной Америки во второй половине XIX - начале XX в. // Американский и сибирский фронтир. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1997. С. 54-59.

104. Русские: Этнотерритория, расселение, численность и исторические судьбы (XII-

XX вв.). М.: Народы и культуры, 1999. Т. 1. 188 с.

105. Шелегина О.Н. Адаптация русского населения в условиях освоения территории Сибири: Социокультурные аспекты. XVIII - начало XX в. М.: Логос, 2002. Вып. 2. 160 с.

106. Шелегина О.Н. Адаптационные процессы в культуре жизнеобеспечения русского населения Сибири (XVIII - начало XX века) // Археология, этнография и антропология Евразии. 2005. № 3 (21). С. 151-158.

107. Щепанская Т.Б. Культура дороги на Русском Севере // Русский Север: Ареалы и культурные традиции. СПб.: Наука, 1992. С. 102-126.

108. Люцидарская А.А. Имена собственные как источник изучения социальных и духовных процессов общества (сибиряки-старожилы: XVII - начала XVIII в.) // Русский вопрос: История и современность. Омск, 1994. Ч. 2. С. 14-18.

109. Резун Д.Я. Современные энциклопедии Франции как источники зарубежных представлений об истории Сибири // Литература и классовая борьба эпохи позднего феодализма в России. Новосибирск: Наука, 1987б. С. 168-174.

110. Окладников А.П. Русские полярные мореходы XVII века у берегов Таймыра. М.; Л.: Изд-во Главсевморпути, 1948. 158 с.

111. Исторический памятник русского арктического мореплавания XVII в.: (Археологические находки на о. Фаддея и на берегу залива Симса). Л.: Изд-во Главсевморпути, 1951. С. 147-152.

112. Чёрная М.П. Русская археология как новое направление в сибиреведении // Московская Русью проблемы археологии и истории архитектуры. М.: ИА РАН, 2008. С. 482-515.

113. Артемьев А.Р. Города и остроги Забайкалья и Приамурья во второй половине XVII -

XVIII в. Владивосток: Б. и., 1999. 336 с.

114. Артемьев А.Р., Артемьева Н.Г. Керамика Албазинского острога // Русские первопроходцы на Дальнем Востоке в XVII - начале XIX в. : Историко-археологические исследования. Владивосток: ДВО РАН, 1992. Т. 1. С. 165-170.

115. Артемьева Н.Г. Керамика Нерчинского острога // Русские первопроходцы на Дальнем Востоке в XVII-XIX вв.: Историко-археологические исследования. Владивосток: ДВО РАН, 1995. Т. 2. С. 124-131.

116. БеловМ.И., Овсянников О.В., Старков В.Ф. Мангазея. М.: Наука, 1981. Ч. 2: Материальная культура русских полярных мореходов и землепроходцев XVI-XVII вв. 147 с.

117. Воробьёв А.А. Об одном из вопросов изучения славянской керамики азиатской части России // Культура и история древних и современных обществ Сибири и Дальнего Востока. Омск: Изд-во Омск. гос. пед. ун-та, 2002 а. С. 393-395.

118. Воробьёв А.А., Троицкая Т.Н. Сосуды в погребальном обряде русского населения Западной Сибири (по материалам Новосибирской области) // Интеграция археологических и этнографических исследований: Материалы VI Всерос. науч. семинара. М.; Омск, 1999. С. 219221.

119. Визгалов Г.П. Хозяйство и занятия посадского населения Мангазеи (по материалам раскопок 2001-2004 гг.) // Культура русских в археологических исследованиях. Омск: Изд-во Омск. ун-та, 2005. С. 97-105.

120. Мельников Б.В. К проблеме изучения посуды археологических памятников Западной Сибири XVI-XVIII вв. // Вопросы истории исследования и историографии археологии Западной Сибири. Омск: Изд-во Омск. гос. пед. ин-та, 1992. С. 102-114.

121. Мельников Б В. Характеристика гончарной керамики археологических памятников Урала и Сибири (XVI-XVIII вв.) // Русские старожилы: Материалы III Сиб. симпозиума «Куль-

турное наследие городов Западной Сибири». Тобольск; Омск: Изд-во Омск. гос. ун-та, 2000. С. 394-399.

122. Молодин В.И., Новиков А.В. Некоторые технологические аспекты керамики Илимского острога // Проблемы изучения Сибири в научно-исследовательской работе музеев. Красноярск, 1989. С. 166-168.

123. Николаева И.Б. Раскопки на территории бывшего красноярского острога // Материалы и исследования по археологии, этнографии и истории Красноярского края. Красноярск: Краснояр. кн. изд-во, 1963. С. 115-123.

124. Новиков А.В. Гончарное производство Усть-Тартасского форпоста // Древняя керамика Сибири: типология, технология, семантика. Новосибирск: Наука, 1990. С. 175-181.

125. Овсянников О.В. О керамике древней Мангазеи // Проблема археологии Урала и Сибири. М., 1973. С. 269-272.

126. Татаурова Л.В. Некоторые итоги изучения керамики этнографо-археологического комплекса // История и культура Сибири. Омск, 1996. С. 100-102.

127. Татаурова Л.В. Заметки об использовании глиняной посуды русскими в XVII-XX вв. // Русский вопрос: История и современность. Омск, 2000.

128. Троицкая Т.Н., Воробьёв А.А. Орнаментированная русская керамика с памятников Новосибирской области // Интеграция археологических и этнографических исследований. М.; Омск: Изд-во Омск. гос. ун-та, 1999. С. 208-209.

129. Ширин Ю.В. Керамика XVIII века из деревень в окрестностях Кузнецка // Кузнецкая старина. Новокузнецк: Кузнецкая крепость, 2003. Вып. 5. С. 17-34.

130. Алексеев А.Н. Первые русские поселения XVII-XVIII вв. на северо-востоке Якутии. Новосибирск: Изд-во Ин-та археологии СО РАН, 1996. 152 с.

131. Васильевский Р. С., Молодин В.И., Седякина Е.Ф. Исследования Илимского острога // Древние культуры Приангарья. Новосибирск: Наука, 1978. С. 215-232.

132. Визгалов Г.П., Пархимович С.Г. Мангазея: Новые археологические исследования (материалы 2001 - 2004). Екатеринбур; Нефтеюганск: Магеллан, 2008. 296 с.

133. Текстиль Мангазеи (начало XVII века) / Г.П. Визгалов, С.Г. Пархимович, Т.Н. Глуш-кова и др. // Археология, этнография и антропология Евразии. 2006. № 1 (25). С. 117-131.

134. Артемьев А.Р. Охота и рыболовство русского населения в Забайкалье и Приамурье во второй половине XVII - XVIII вв. // Культура русских в археологических исследованиях. Омск: Изд-во Омск. гос. ун-та, 2002. С. 29-33.

135. Косинцев П.А., Лобанова Т.В. Животноводство в хозяйстве населения Мангазеи // Культура русских в археологических исследованиях. Омск: Изд-во Омск. гос. ун-та, 2005. С. 105-112.

136. Косинцев П.А. Костные остатки из города Мангазея // Культура русских в археологических исследованиях. Омск: Изд-во Омск. гос. ун-та, 2002. С. 73-75.

137. Косинцев П.А., Подопригора И.Н. Домашние животные Верхотурья // Археологические и исторические исследования г. Верхотурья. Екатеринбург: Банк культурн. информации,

1998. С. 81-91.

138. Косинцев П.А., Чёрная М.П. Костные остатки животных из Томского кремля // Русские старожилы: Материалы III Сиб. симпозиума «Культурное наследие народов Западной Сибири». Тобольск; Омск: Изд-во Омск. гос. ун-та, 2000. С. 488-492.

139. Кудрин А.Ю. Новые материалы о развитии рыболовного промысла у русского населения Забайкалья и Приамурья в XVII-XVIII вв. // Русские первопроходцы на Дальнем Востоке в

XVII-XIX вв.: Историко-археологические исследования. Владивосток: ДВО РАН, 1995. Т. 2. С. 118-123.

140. Некрасов А.Е. Кухонные остатки костей птиц и рыб из Верхотурского кремля // Археологические и исторические исследования г. Верхотурья. Екатеринбург: Банк культурн. информации, 1998. С. 113-124.

141. Татауров С.Ф. Хозяйственные занятия русских Среднего Прииртышья // Русские старожилы: Материалы III Сиб. симпозиума «Культурное наследие городов Западной Сибири». Тобольск; Омск: Изд-во Омск. гос. ун-та, 2000. С. 418-420.

142. Чёрная М.П. Томская крепость по археологическим данным // Русские первопроходцы на Дальнем Востоке в XVII-XIX вв.: Историко-археологические исследования. Владивосток: ДВО РАН, 1992 а. Т. 1. С. 85-104.

143. Чёрная М.П. Естественнонаучный анализ археологических источников по средневековому Томску // Археолого-этнографические исследования в южнотаёжной зоне Западной Сибири. Томск: Изд-во Том. ун-та, 2003. С. 65-67.

144. Визгалов Г.П. Мангазея - первый русский город в сибирском Заполярье (по материалам новых археологических исследований): Дис. . канд. ист. наук. Екатеринбург, 2006. 309 с.

145. СалминаЕ.В. Рыболовство средневекового Пскова по данным археологии // Труды VI Междунар. конгресса славянской археологии. М.: Фонд археологии, 1997. Т. 2: Славянский средневековый город. С. 334-342.

146. Скобелев С.Г. Развитие хозяйства местного населения Среднего Енисея // Кузнецкая старина. Новокузнецк: Кузнецкая крепость, 1994. Вып. 2. С. 34-46.

147. Татауров С.Ф. Русские в Тарском Прииртышье // Культура русских в археологических исследованиях. Омск: Изд-во Омск. ун-та, 2002. С. 153-157.

148. Рындина О.М. Традиция и новация в системе жизнеобеспечения русских Нарымского края // Археолого-этнографические исследования в южнотаёжной зоне Западной Сибири. Томск: Изд-во Том. ун-та, 2003. С. 73-82.

149. Артемьев А.Р. Основные направления археологических исследований памятников истории освоения русскими Сибири и Дальнего Востока // Культура русских в археологических исследованиях. Омск: Изд-во Омск. ун-та, 2005. С. 7-28.

150. Александров В.А. Этнография русского крестьянства Сибири XVII - середины XIX в. М.: Наука, 1981. Введение. С. 3-7.

В Сибири основан город Тобольск

4 (14) июня в 1587 г. в Сибири в месте впадения реки Тобол в Иртыш был основан город Тобольск.

Осенью 1582 г. казачий атаман Василий Аленин, по прозвищу Ермак, разгромил войско Кучума, открыв дорогу в Сибирь. В 1587 г. по указу царя Федора Иоанновича стрельцы и служилые казаки под командой воеводы Данилы Чулкова заложили на высоком берегу Иртыша город Тобольск. Уже к началу XVII в. он стал главным городом Сибири. А в 1708 г., согласно реформе Петра I, Тобольск стал административным центром громадной Сибирской губернии, включавшей Урал, Сибирь и Дальний Восток.

Через Тобольск проходили торговые пути из европейской части России в Китай и Среднюю Азию. Свыше 50 городов и областей торговали с Тобольском. Чаще всего на Тобольском торге появлялись купцы Великого Устюга, Соли Вычегодской, Вятской земли, Казани и Москвы.

В период с XVII до начала XX вв. Тобольск представлял собой крупнейший культурный, образовательный и духовный центр Сибири. В 1620 г. была учреждена самая большая Сибирская епархия, здесь писались летописи, открылась первая в Сибири славяно-русская школа, в 1789 г. была открыта первая в Сибири типография, где издавался первый сибирский журнал «Иртыш, превращающийся в Ипокрену». Важным фактором культурной жизни города были учебные заведения — семинария и главное народное училище (гимназия).

Находясь на пересечении торговых путей, Тобольск на протяжении веков развивался как центр традиционных ремёсел — резьба по кости и дереву, ювелирное искусство. Первые профессиональные косторезные мастерские были открыты в городе во второй половине XIX в. В настоящее время в Тобольске функционирует фабрика художественных косторезных изделий.

В разные годы жили и трудились в Тобольске выдающиеся деятели Отечества — «сибирский Ломоносов» С. У. Ремезов, философ Ю. Крижанич, митрополит Филофей Лещинский, историк П. А. Словцов, художник В. Г. Перов, поэт и сказочник П. П. Ершов, композитор А. А. Алябьев, ученый Д. И. Менделеев. От стен Тобольского кремля отправлялись экспедиции первопроходцев Семена Дежнева, Ерофея Хабарова, Федота Алексеева, Витуса Беринга. Помнит Тобольск и о пребывании в городе декабристов — В. К. Кюхельбекера, А. Н. Муравьева, И. А. Анненкова, М. А. Фонвизина и других.

История Тобольска тесно связана с судьбой царской семьи Романовых. В начале августа 1917 г. семья отрекшегося от престола русского императора была отправлена в Тобольск. По прибытию их разместили в доме бывшего губернатора. Именно отсюда царскую семью увезли в Екатеринбург на верную гибель. В память о данном событии в здании губернаторского дома воссоздан рабочий кабинет-музей Николая II.

Тобольск является уникальным городом-памятником каменного и деревянного зодчества Сибири. В городе насчитывается 16 соборных, монастырских и приходских храмов. Наиболее значимым архитектурным комплексом является единственный в Сибири каменный Кремль, строительство которого начато в 1699 г. по проекту и под руководством уроженца Тобольска С. У. Ремезова. Поистине жемчужиной Тобольского кремля является первый каменный храм Сибири Софийско-Успенский кафедральный собор.

Тобольск – крупный исторический центр России, в 1999 г. был включен в список исторических городов страны. Основанием для этого послужило наличие в Тобольске и его окрестностях богатейшего культурного наследия. Более 200 памятников истории и культуры, находятся на государственном учете, 35 из них являются объектами федерального значения.

В настоящее время Тобольск — один из красивейших городов России. Город остается культурным и образовательным центром Сибири. Здесь сосредоточено немало важных общественно-культурных институтов: старейший в Сибири Драматический театр имени П. П. Ершова, Тобольский государственный историко-архитектурный музей-заповедник, Тобольский государственный педагогический институт имени Д. И. Менделеева, филиал Российской Академии наук. Сочетание неповторимых памятников старины и грандиозных строек современной индустрии привлекает в Тобольск многочисленных туристов.

У современного Тобольска большие перспективы в развитии промышленности. В 2015-2016 гг. планируется запуск крупнейшего нефтехимического комплекса, самого мощного в Европе.

Лит.: В помощь краеведу: материалы к календарю знаменат. и памят. дат Тюм. обл. на 2007 г. / Тюм. обл. науч. б-ка. Тюмень, 2006. С. 56-60; Галкина Е. Я назову тебя Тобольск. Тюмень, 2008; Знаменский М. С. Исторические окресности города Тобольска: сочинения. Тюмень, 1997; Платонова И. Ф. «Уважение к минувшему» (чтение о Тобольске): очерки по лит. краеведению. В 2 ч. Тобольск, 1996; Солодкин Я. Г. Когда Тобольск стал «стольным градом» Сибири // Земля Тюменская: ежегод. Тюм. обл. краевед. музея. 2002. Тюмень, 2003. Вып. 16. С. 98-103; Томилов В. Воспоминания тоболяка о фактах и людях. Шадринск, 2005; Тобольск и вся Сибирь: альм. № 1. Тобольск. Тобольск, 2004; Тобольск / вступ. ст. А. Елфимова, текст Ю. Надточия. Италия, 1997; Тобольский исторический сборник: сб. науч. тр. Ч. 2: история. Тобольск, 1994; Тобольский хронограф. Омск, 1993; Тоболяков В. Беседы о Тобольске и его исторических окресностях: (размышления о предназначении Царственной Столицы Сибири)/ Екатеринбург, 2002.

См. также в Президентской библиотеке:

Голодников К. Город Тобольск и его окресности: ист. очерк.Тобольск, 1886;

Знаменский М. С. Исторический окрестности города Тобольска. Тюмень, 1901;

История Сибири: [Ч. 1-2] / сост. В. К. Андриевич. СПб., 1889;

Карта Тобольской губернии [карты]. [СПб., 1911];

Крылов А. Наследник цесаревич Николай Александрович в Тобольске. Тобольск, 1891;

Найдёнов Н. А. Тобольск: материалы для истории города XVII и XVIII столетий. М., 1885;

Описание Тобольской губернии. Пг., 1916;

Рассказы о Западной Сибири или о губерниях Тобольской и Томской, и как там живут люди: с рис. И картой Сибири. Изд. 2-е, доп и перераб. М., 1998.

Материал предоставлен филиалом ФГБУ «Президентская библиотека имени Б. Н. Ельцина» в Тюменской области

Древние города Сибири - список самых старых городов

Сибирь — крупный регион на северо-востоке Евразии, делится на Восточную и Западную. В составе России с 16-17 столетий. Общая площадь всей территории составляет 13,1 млн км 2, из них 77% принадлежит Российской Федерации. Общее количество населения Сибири — 36 млн человек, это 25% от всего народонаселения России. Сибирский федеральный округ включает 3 города с населением более миллиона человек, 5 крупнейших, 2 крупных, 12 больших, 19 средних и 89 малых. Ниже представлен список самых старых городов Сибири из числа наиболее крупных.

Топ-10 самых старых городов Сибири

  1. Тюмень — 1586
  2. Тобольск — 1587
  3. Томск — 1604
  4. Новокузнецк — 1618
  5. Красноярск — 1628
  6. Канск — 1636
  7. Прокопьевск — 1651
  8. Ачинск — 1683
  9. Кемерово — 1701
  10. Бийск — 1709

Тюмень — первый сибирский город России

Расположен в южной части Западной Сибири, на берегу реки Тура. Это первый русский город Сибири. После пожара в 1659 город перестраивался заново, но уже из камня. Особый толчок в развитии Тюмени произошел после строительства Транссибирской магистрали. В 19 веке основой производства в городе было кожевенное дело, позже начало развиваться ковроткачество, Тюмень была важным торговым центром. До начала 20 столетия начиная с 1845 каждый год проводилась большая Васильевская ярмарка.

В городе есть 17 объектов культурного наследия, которые имеют федеральное значение. К особо охраняемым природным территориям относится ботанический сад, памятники природы, лесопарк Затюменский. В тюменских окрестностях размещено 5 геотермальных горячих источников, температура воды в которых 37-50 градусов. Они обладают бальнеологическими свойствами, к ним приезжают из других городов страны.

Одна из основных достопримечательностей Тюмени — набережная на реке Тура. Набережная была благоустроена в соответствии с проектом реконструкции, он в итоге стал одним из крупнейших за последние годы. Специалисты работали над проектированием зоны для прогулок, было создано пространство из 4 уровней, соединенное между собой переходами, пандусами, лестницами. Набережная тянется на 4 километра, ее высота 24 метра.

Через реку тура проходит пешеходный мост, его построили в 1987. Ранее на его месте была конструкция из дерева, которая обрушилась. После проведения на мосту конкурса на самый долгий поцелуй был официально переименован в «мост влюбленных».

Из других достопримечательностей обязательно стоит посетить:

  • сквер Сибирских кошек;
  • Цветной бульвар;
  • центральная площадь;
  • музей-усадьба Колокольниковых;
  • Спасская церковь;
  • Знаменский кафедральный собор;
  • Свято-Троицкий монастырь.

В краеведческом музее «Городская Дума» представлены экспонаты флоры и фауны Тюменской области. Здесь можно посмотреть на скелет мамонта в полный рост, пещерного медведя, бизона, шерстистого носорога.

Тобольск — центр сибирской архитектуры

В месте, где река Тобол впадает в Иртыш, расположен город Тобольск. Был основан в качестве центра освоения Сибири в 1587, статус города получил в 1590. С 16 по 18 века являлся основным политическим, военным, административным, церковным центром Сибири. Сегодня это познавательный центр туризма, крупный промцентр в области газохимии.

Природные ландшафты и архитектура давно превратили Тобольск в важнейший в Сибири туристический центр, который привлекает туристов со всего мира. Главное достопримечательное место города — Тобольский кремль, который является единственным во всем сибирском регионе. Он находится на Троицком мысе. Все его объекты очень важны для истории Сибири. Кремль состоит из:

  • Софийско-Успенского собора;
  • архиерейского дома;
  • Рентереи;
  • Гостиного двора;
  • комплекса зданий бывшего дворца наместника.

В конце 18 века на его территории был построен архиерейский двор, монашеский корпус, консистория. Самая значительная постройка кремля — Соборная колокольня. Софийско-Успенский собор — старейшее сооружение из камня в Сибири, построенное в 1686 году. Очень важное значение для религии, истории и архитектуры имеют старейший монастырь Иоанна-Введенский, Знаменский монастырь. В городе сохранились здания, где учился, жил Д.И. Менделеев, отбывал ссылку Николай II.

Построенный в 19 столетии тюремный замок, где содержались каторжники, ссыльные, сегодня преобразован в музей. Здесь в качестве узников находились в заточении такие известные личности как Достоевский, Короленко, Чернышевский. Экспозиции музея рассказывают о жизни, нравах и быте заключенных, атмосфера здесь соответствующая.

Возведенный в 1708 Гостиный двор представляет собой уникальный архитектурный памятник. Состоит здание из двух этажей, построено в форме прямоугольника, посередине которого внутренний двор. Над входной аркой, по краям расположены башни с деревянными крышами. Сегодня здесь находятся ремесленные мастерские, музей, отель, туристический центр. Один из памятников сибирского зодчества — Прямской взвоз, представляет собой деревянную лестницу из 198 ступеней, общей длиной 600 м.

Томск — музей Сибири

Расположен по правый берег реки Томь, на краю таежной природной зоны. Является старейшим и крупным сибирским научным, инновационным, образовательным центром. В Томске много памятников деревянной, каменной архитектуры 18-20 столетий. Один из них — Ново-Соборная площадь, чей внешний вид начал формироваться с 40-х годов 19 века. Сегодня здесь размещено первое здание губернского правления 1842 года, фонтан, памятник студенчеству, мемориальный комплекс «Аллея Победы».

Из примечательных зданий Томска стоит выделить Окружной суд, Дом науки, Красный корпус, дом с драконами, дом с шатром, дом губернатора. Набережную реки украшает оригинальная скульптура А. П. Чехова. Она была установлена здесь в честь 400-летия города. Есть на улице Томска и памятник рублю, изготовленный из сибирской сосны, памятник счастью в виде волка из мультфильма «Жил-был пёс». В городе много интереснейших музеев, красивых старинных зданий из дерева. Из религиозных сооружений есть монастырь, церкви:

  • Богоявленский собор;
  • Воскресенская церковь;
  • Богородице-Алексиевский монастырь.

Хоккейный клуб «Сибирь»

  • 31 января 2021, воскресенье

    Поражение в Хабаровске

    В очередном матче Континентальной хоккейной лиги "Сибирь" в Хабаровске проиграла "Амуру" со счетом 1:3 (0:1, 0:2, 1:0)

  • 29 января 2021, пятница

    Билеты на матч с "Барысом"!

    Уважаемые болельщики! Продажа билетов на домашний матч "Сибири" с "Барысом" (5 февраля), начнется 1-го февраля на сайте и в кассах с 15:00.

  • 28 января 2021, четверг

    Гол Ли принес "Сибири" победу в овертайме!

    В очередном домашнем матче Континентальной хоккейной лиги "Сибирь" в упорной борьбе одержала победу над "Трактором" со счетом 3:2 (1:0, 1:1, 0:1,...

  • 26 января 2021, вторник

    Победа над "Нефтехимиком"!

    В очередном домашнем матче Континентальной хоккейной лиги "Сибирь" победила "Нефтехимик" со счетом 6:4 (3:1, 1:3, 2:0).

  • 24 января 2021, воскресенье

    Поздравляем!

    Сегодня день рождения отмечает защитник нашей команды Илья Пастухов!

  • 22 января 2021, пятница

    «Сибирь» не смогла забить Сочи

    В очередном матче Континентальной хоккейной лиги «Сибири» в Сочи проиграла со счетом 0:3 (0:1, 0:0, 0:2).

  • 20 января 2021, среда

    Билеты на домашние матчи!

    Уважаемые болельщики! Продажа билетов на домашние матчи "Сибири" с "Нефтехимиком" (26 января) и "Трактором" (28 января), начнется 22-го января на...

  • 20 января 2021, среда

    Поздравляем!

    Сегодня свой день рождения отмечает защитник нашей команды Илья Морозов!

  • Город Сибирь | Путешествия по России на машине

    «Сибирь… Далекая и одновременно близкая. Если добираться поездом - далекая, пешком - и того дальше. Ближе - самолетом. И уж совсем близко - душой », - писал русский публицист Егор Исаев. С Mazda6 нам посчастливилось заглянуть в самое сердце Сибири, ее бывшую столицу - славный город Тобольск.

    0 км

    Общая протяженность маршрута

    • Город Москва
    • Город Тобольск

    Не от мира сего

    Все-таки неслучайно предки считали, что удел Руси - «не от мира сего».Как ни крути, не стояла у нас первозадача обустроить свой быт так, как это получилось у соседей на Западе, потому что чаяла Святая Русь лишь одного - воз- вращения в Царствие Небесное. Вся древнерусская культура - это путь к Небу. Ведали прадеды: не построит человек на земле рая, хоть ты тресни. Вот и города наши города - сплошная метафизика. Пожалуй, едва ли не самый «неотмирный» из городов русских - Тобольск. Нигде легенды и пророчества не воплощались в реальности так, как это случилось в истории Тобольской земли.Никакой другой провинциальный город не связывание в один узел судебных славных и известных личностей, как связала старая столица Сибири - город Тобольск. Да при каких обстоятельствах! Но об этом позже.

    Зимний Тобольск встречал нас сурово: морозным духом, в белоснежной одежке, с сердитым лицом. И бодрым сибирским солнцем совсем не заигрывал.

    Зимний Тобольск встречал нас сурово: морозным духом, в белоснежной одежке, с серым сердитым лицом. И бодрым сибирским солнцем, вопреки ожиданиям, совсем не заигрывал.Похожий на седого сварливого старика, от которого пахнет печкой и махоркой, Тобольск будто нахмуренно присматривался к нам, проверяя на вшивость: каков ты, чьих будешь, с чем пожаловал? Это потом «старичок» разрумянится и расплывется в добродушной улыбке, тогда и солнце выглянет, и степенные виды Иртыша откроются, и покажутся широкие столы, обильно накрытые по сибирскому закону. А пока наша Mazda6 тихо кралась по заснеженным улицам старинного города, а мы осторожно присматривались к местному убранству, всем сердцем вдыхая удивительную этих мест.

    «Родом неизвестный душой знаменитый»

    Уже факт возникновения этого города и его предыстория рождают массу загадок, которые считаются «покорителем Сибири» - Ермака Тимофеевича Аленина. Ученые до сих пор не пришли к единодушному мнению, что это за персонаж русской истории, у которого только имен было семь штук. Мало кто знает, что Ермака звали еще и Ермолаем, Германом, Ермилом, Василием, Тимофеем и Еремеем.Кто по происхождению сей муж, различные летописи вещают по-разному. «Родом неизвестный, душой знаменитый», - говорит одна из них. Для большинства - он выходец с вотчин промышленников Строгановых на реке Чусовой, ушедший потом «полевать» на Волгу и Дон и ставший казацким атаманом. По другой версии он чистокровный донской казак с Качалинской станицы, по третьей - родом из поморов Борецкой волости, по четвертой - представитель благородного тюркского рода.

    В одной из летописей

    представленное описание внешности Ермака Тимофеевича: «вельми мужествен, и человечен, и зрачен, и всякой мудрости доволен, плосколиц, черн брадою, возрастом (то есть ростом) середней, и плоск, и плечист».

    15 августа 1787 года

    в семействе дворян в Тобольске в семье вице-губернатора Александра Васильевича Алябьева родился великий русский композитор Александр Александрович Алябьев.

    Еще вопрос: зачем все же он в Сибирь ходил? Для современных историков имеют право на жизнь различные версии, каждая из которых в то же время имеет свои слабые стороны. Благословил ли казаков на поход Иван Грозный для присоединения к своим владениям новых земель, снарядили ли Ермака промышленники Строгановы, чтобы обезопасить свои городки от набегов сибирских татар, самовольно ли атаман пошел в набег «за зипунами», то есть с целью личной наживы - историки спорят до сих пор.Как бы там ни было, согласно архивным документам Посольского приказа хан Кучум, хозяин Сибирского ханства, располагал примерно десятитысячной армией. Как мог Ермак с отрядом численностью по разным данным от 540 до 1636 человек покорить Сибирь - остается загадкой. Хотя в Ремезовской летописи упоминается цифра «5000», но здесь речь идет о размерах взятых дружиной запасов («на проем 5000 человеком») и указывает лишь на то, что эти запасы были очень велики.

    Ладонь ангела

    Вернемся к городу, с которого началась русская Сибирь.Ее будущая столица возникла в 1587 году, в живописном месте на берегу Иртыша, в семнадцати километрах от бывшей столицы ханства, где произошла знаменательная битва Ермака на Чувашском мысу. По преданию Тобольск благословен Святой Троицей. Первой городской постройкой стала Троицкая церковь, а мыс был назван Троицким. Вперед эта часть города расположенная на горе, стала называться Верхним посадом, а та, что внизу, - Нижним. Нижний город с дореволюционных времен практически не изменился.Единственный штрих - изрядно поредели маковки церквей и колоколен, а здания особо не изменились. Чтобы в этом убедиться, достаточно взглянуть на старинные фотографии Прокудина-Горского.

    Хоть по умолчанию и считался Тобольск столицей Сибири аж с конца XVI века, официально это звание закрепила петровская реформа 1708 года, когда Тобольск стал административным центром самой большой в России Сибирской губернии, включавшей территорию от Вятки до Русской Америки.Вплоть до XVIII века в географических картах Тобольск иногда обозначают как «город Сибирь».

    «Подобен сибирский град Тоболеск - ангелу! Правая его рука - палатный разряд. На дланиущий нижний посад, левая рука - соборная церковь и стена имитация, правый бок - яр до Иртыша, левый - увал и река стол Курдюмка, правое крыло - Тобол до степи, левое - Иртыш. Этот ангел является всем Сибири радожителем и изрядное украшение, и с иноземниками мир и тишина ».Эти слова принадлежат боярскому сыну, уроженцу Тобольска, писателю, историку, архитектору, строителю, картографу, иконописцу Семену Ульяновичу Ремезову. Именно он спроектировал и построил первый каменный Кремль на сибирской земле. По одной из версий, умирая, Ремезов завещал истолочь свои кости в порошок, который должен быть использовать в качестве строительного материала при реставрации Тобольского кремля. Такая вот «любовь к родному пепелищу».

    «Серебряный век» Тобольска наступил в первой половине XVII века - в 1621 году город стал образовавшейся Сибирской епархии.Началось строительство обширного архиерейского двора и деревянного Софийского. собора. С возрастанием значения Тобольска как важнейшего административного, духовного и культурного центра Сибири, росла роль Тобольского кремля как величия русского государства, охватывавшего все новые земли. Может быть, я испытал пресловутый комплекс туриста, но, надо отметить, находясь на Троицком мысу в исторической части Верхнего города, глядя на бескрайние сибирские пейзажи, испытываешь незабываемые ощущения: память о былом расцвете этого города и легендарных предках, вся история отечества, да и само время как застыли в этих суровых местах.

    Об особой благодати, городу Богом, говорит одна из легенд. Осенью 1620 года по пути в Тобольск - в первую в Сибири епархию - недавно назначенному Архиепископу Тобольскому Преподобному Киприану во сне явился ангел Божий. Он накрыл своей светящейся ладонью нижний город и повелел построить церковь в Нижнем посаде так, чтобы они ее повторили. Ангел пообещал, что в этом случае снизойдет на город благодать Божья и будут здесь рождаться особенные люди - «Богом поцелованные».Так и произошло. Одна за другой были построены в Тобольске согласно следу ладони ангела церкви: «И вспыхнули они, как искры Божьи на кончиках пальцев священной ладони.

    С Тобольска начиналась русская ссылка. Первым тобольским ссыльным числится угличский колокол.

    Не успели построить церковь только лишь на символическом пятом персте. Но высшая воля оказалась сильнее, и другая ветвь христианства закончила и исполнила пророческий сон Киприана. Не иначе как по Высшему Проведению был построен на пятом персте католический храм, завершивший рисунок «Ладони ангела» в Нижнем Тобольске ».

    Действительно, Тобольск подарил миру большое количество знаменитых людей для такого сравнительно небольшого города. Вот только несколько из них: художник Василий Перов, композитор Александр Алябьев, философ Гавриил Батеньков, ученый Дмитрий Менделеев, старец Григорий Распутин, основатель Женевской школы языкознания лингвист Сергей Карцевский, изобретатель телевидения, ученый Борис Грабовский, главный архитектор Останкинской башни и стадиона «Лужники» Николай Никитин, актриса Лидия Смирнова, актер Александр Абдулов.

    Местом рождения Александра Абдулова является Тобольск, а не Фергана, как утверждают многие издания, рассказывающие о жизни актера. Отец Александра, Гавриил Данилович, служил в Тобольском драматическом театре директором и главным режиссером.

    Деревянный дом, где жила семья Абдуловых, до сих пор сохранился в подгорной части города. Гавриил Абдулов работал в Тобольске с 1952 по 1956 год. И здесь в 1955-м был удостоен почетного звания «Заслуженный артист РСФСР ».

    Уроженец Тобольска

    великий ученый-энциклопедист Дмитрий Менделеев известен как химик, физик, метролог, экономист, технолог, геолог, метеоролог, педагог, воздухоплаватель, приборостроитель.

    Во время своей ссылки

    Федор Михайлович Достоевский встречался в Тобольске с женами декабристов, одна из которых подарила писателю старое Евангелие, которое он хранил всю жизнь. В финальной сцене «Преступления и наказания» (разговор ссыльного Раскольникова и Мармеладовой) узнаются окрестности Тобольска.

    Григорий Распутин

    родился в селе Покровское Тобольского уезда в семье ямщика Ефима Вилкина и Анны Паршуковой. В 1900-е среди определенных кругов петербургского общества имел репутацию «старца», прозорливца и целителя.

    Исторически сложилось так, что в Российской империи именно Тобольск стал первым «ссыльным» городом. А первым в ссылку угодил… угличский колокол, бивший набат при городском восстании после убийства царевича Дмитрия, младшего сына Ивана Грозного и единственного законного наследника царя Федора Иоанновича.Вслед за колоколом побывали здесь и протопоп Аввакум, и декабристы (вместе с женами), и Достоевский, и Короленко, и последний император Николай II, и десятки тысяч прочих ссыльных и каторжан Российской империи.

    Тобольск постигла судьба многих сибирских городовпервопроходцев. Постепенный упадок города связан главным образом с переносом Сибирского тракта, когда изменился характер освоения Сибири и произошел сдвиг населения и экономической жизни южнее, в лесостепь.Транссибирская магистраль прошла через соседнюю Тюмень, и со второй половины XIX века Тобольск стал терять свое прежнее влияние…

    Сейчас в Тобольске проживает чуть больше ста жителей. Город оживает и даже вновь обещает расти. Кроме того, что здесь функционирует градообразующий нефтехимический комбинат «Тобольск-Нефтехим», недалеко от города строится крупное предприятие по выпуску полипропилена «Тобольск-Полимер». Старая столица Сибири рискует стать не только туристической Меккой, но и большой промышленным центром.История Сибири продолжается, чудеса еще впереди…

    Фонари в Тобольске - отдельная тема. Прогуливаясь по улицам города, порой кажется, что их здесь столько же, сколько звезд на небе. Все дело в том, что в городе предусмотрено предприятие по изготовлению фонарей «Югор», известное далеко за пределами Тобольска и Тюменской области. Югорский свет знаком многим городам России. Сибирские фонариают не только Тобольский, но и Московский Кремль и сочинские пляжи…

    Наш пострел везде поспел

    В 1582 году Ермак выиграл главную битву на Чувашском мысу на Иртыше, разбил Кучума и занял столицу ханства - город Сибер.Отсюда возникло привычное имя наших великих просторов между Уралом и Тихим океаном. Правда, после двухлетнего владения казаки вновь уступили свои завоевания обратно Кучуму, но через год вернулись навсегда. А через пятьдесят лет после смерти Ермака сотником Петром Бекетовым на берегу Лены основан Якутский острог - будущий город Якутск. Еще через четыре года другой атаман - Иван Москвитин - первый из европейцев достиг берегов Охотского моря. Казак Семен Шелковников заложил здесь зимовье, которое потом выросло в первый русский порт - город Охотск.Сквозь лютые морозы, тысячи километров непроходимой тайги и болот - всего за полвека. Колонизация Америки европейцами шла на протяжении четырехсот лет - с XVI по XIX век. Причем даже в этом помогли им русские. Аляска, остров Кадьяк и Алеутские острова исследованы и нанесены на карту в середине XVIII века благодаря Второй Камчатской экспедиции Витуса Беринга и Алексея Чирикова. Знай наших!

    Последняя ссылка

    6 августа 1917 года в 6 часов по полудни Тобольск встречал колокольным звоном пароход, на котором прибыль в ссылку российский император Николай II и его семья.Ссыльных царственных особенных поселили в губернаторском доме, расположенном недалеко от пристани. Семья занимала второй этаж здания, на первом этаже были устроены столовая и комнаты для прислуги. В апреле 1918 года Романовых по приказу Совнаркома и ВЦИК перевозят в Екатеринбург, и Тобольск вошел в историю как «город, не убивший царя». В этом доме находится первый исторический памятник для организации музея царской семьи.

    Сибирский «маздовод»

    Главным гидом по сибирской земле стала Mazda6, которой хочется положить отдельный земной поклон в знак благодарности за безупречную работу в условиях суровой сибирской зимы. Кроме того, «шестерка» периодически гипнотизировала местных жителей, заслуженно приковывая восторженные взгляды местных «маздоводов», коих на сибирских просторах оказалось достаточно много. Один тобольский юноша на предыдущей модели «Мазды» не вытерпел и, поравнявшись с нами на светофоре, осыпал нас настойчивыми вопросами о новом авто.Глаза горели, любопытство съедало, и разговор затянулся, пришлось включить «аварийку». Уступить вожделенный руль ему мы, конечно, не могли, поэтому и расстаться с ним оказалось не просто…

    Сибирский город конца XVI начала XVIII в. В историко-археологическом отражении (историографический аспект) Текст статьи по специальности «История и археология»

    2009 История №3 (7)

    УДК 39 + 902/904] Р571

    М.П. Черная

    СИБИРСКИЙ ГОРОД КОНЦА XVI - НАЧАЛА XVIII В.

    В ИСТОРИКО-АРХЕОЛОГИЧЕСКОМ ОТРАЖЕНИИ (ИСТОРИОГРАФИЧЕСКИЙ АСПЕКТ) *

    Даётся историографическая оценка исторического и археологического изучения городов и острогов Сибири конца XVI - XVIII в. Рассматриваются основные концепции и результаты сибирского исследования городов.

    Ключевые слова: сибирский город, археология.

    Тема статьи имеет прямое отношение к имени З.Я. Бояршиновой. Прежде всего, что своим творчеством Зоя Яковлевна, несомненно, обогатила сибиреведение. Её наследие не ушло в почётный, но почти позабытый историографический архив, сохраняет актуальность и востребованность. Существует и личная подоплёка. Так вышло, что на 5-м курсе резко сменила тему: от археологии сибирских аборигенов - к русской археологии Сибири. Профессор З.Я.Бояршинова стала руководителем моего дипломного сочинения «Облик городов и острогов Сибири конца ХУ1-ХУ11 в.». Эти первые шаги на новом для меня поприще развернулись в многолетнюю масштабную деятельность. С благодарностью посвящаю эту статью памяти крупного исследователя, принципиального и строгого учителя - Зои Яковлевны Бояршиновой.

    Сложившиеся в современном сибиреведении основные направления - историческое и примыкающее к нему историко-этнографическое, археологическое - в той или иной степени занимаются городоведческой проблематикой.Специфика источников, составляющих информационную основу конкретного направления, определяют объёмы и аспекты исследования русского средневекового города Сибири.

    Пионерами в изучении сибирского города являются историки, фактологический багаж формируют письменные данные. Хороший анализ и обобщающая вклада в становление и развитие сибирского города исследования досоветского периода даны Д.Я. Резуном [1. С. 143163; 2; 3.С. 142-158; 4. С. 222-247], здесь отметим только тех учёных-путешественников и участников экспедиций XVIII в., Наиболее значимы для познания края и сибирского города: Д.Г. Мессершмид-та, Г.Ф. Миллера, И.Г. Гмелина, П.С. Палласа, И.П. Фалька, И.И. Георги и др.

    Научное наследие академических экспедиций XVIII в. формируется при непосредственном внимательном наблюдении учёных-путешественников, что отличает его от более поздних исследований.Вклад этих учёных в изучение городов Сибири по коммерции и обоснованности анализа анализа, но описание ими как очевидцами того, что давно утрачено, непреходящее значение. «Величайшим усердием» (Г.Ф. Миллер) участников академических

    *

    Работа выполнена при поддержке РГНФ (проект № 07-01-00103а).

    экспедиций XVIII в.к новым изысканиям и открытиям была заложена научная база дальнейших исследований, в том числе и сибирского городоведения. Первостепенное значение имеет «История Сибирского царства» Г.Ф. Миллера, достойное место в которой заняли основанные русскими городами. Изложенная концепция 2,5 столетия подпитывает отечественную историографию.

    С 90-х гг. XIX в. новый этап в изучении сибирского города, отличительными особенностями которого были постановка задач по исследованию городов Сибири XVII в., расширение источниковой базы, оформление научно-исследовательского и краеведческого направления [1. С. 148].

    Н.Н. Оглоблин видел главную задачу во введении в научный оборот широкого круга источников, систематизацию и углублённый анализ [5]. П.Н. Буцинский написал очерки по истории ряда, которые и через 100 с лишним лет остаются востребованными [6; 7; 8]. П.М. Головачёв решительно высказался за выработку программы по исследованию «для общего уразумения сибирской жизни в XVII в.», Так как в городе,« как в фокусе, лучше всего сконцентрировались элементы сибирского общества XVII в. » [9. С. 169].

    Создание источников базы, исторических очерков, постановка программных задач, нацеливающих исследователей для углубленного изучения проблем городской жизни, были серьезным теоретическим и практическим вкладом учёных XVIII-XIX вв., Обозначенных перспективу развития сибирского городоведения.

    Советская историография подняла правила городоведческой тематики на качественно новый уровень.Правда, историки запоздало обратились к проблеме возникновения и развития городов Сибири конца XVI - начала XVIII в. Следствие отставания и недостаточной изученности темы, как справедливо отмечал О.Н. Вилков [10. С. 15], явилось её отсутствие во втором томе «Истории Сибири» [11]. Кстати, уже в 1953 г. вышла в свет образцовая по глубине анализа и аргументированности статьи З.Я. Бояршиновой об основании Томска, в приложении к которой она опубликовала серию документов XVII в., Проработанных её самым скрупулёзным образом [12.С. 2-48].

    Историческое и динамическое развитие формируется с 60-х особенно активно в 70-х гг. XX в. Идёт интенсивное и осмысление источников, публикуются тематические сборники, в которых рассматриваются различные аспекты жизнедеятельности города. По инициативе и под редактором О.Н. Вилкова выходит серия сборников «Города Сибири» (1974-1987 гг.) [13; 14; 15; 16; 17; 18; 19; 20; 21; 22; 23]. Научной базой и центром сибирского города становится Институт истории, филологии и философии СО РАН СССР (г. Москва)Новосибирск).

    В советском сибиреведении, типологии социально-экономического содержания, административной, политической и культурной жизни, градо-

    строительства, источниковедения и историографии, а также методологические и методические подходы к изучению города.

    Считаю необходимым подчеркнуть, что при всех расхождениях дворян-ско-буржуазной и марксистской методологий советские историки фактически продолжили дореволюционную историографическую традицию изучения сибирского города. Как опорных и регулирующих центров «заселения уездов русскими», высказанное зачинателями сибирского городоведения Г., было продвинуто и углублено положение первостепенной значимости русских городов в исторической судьбе.Ф. Миллером [24; 25], П.Н. Буцинским [6; 7; 8], П.М. Головачёвым [26; 27; 28].

    . 30]. В исторической культурной среде русские города Сибири в становлении и развитии общих правил поведения и с момента возникновения полифункциональны, одновременно выполняя обязанности военных, административных, хозяйственных, финансовых, культовых, культурных.В определенном отрезке времени какие-то функции или функция становились главными и определяли облик конкретного города [31. С. 39-42; 32. С. 132-137; 33. С. 61-68; 34. С. 154].

    В силу географических, природно-климатических и конкретно-исторических условий русские города Сибири не могли быть одинаковыми в административно-политическом, социально-экономическом смысле. Наоборот, влияние факторов объективно обусловило типологическую вариативность городов.

    Около 20 крупных городов Сибири совместли остроги - историческая среда малых городов, которые и в настоящее время составляют большинство городских типа почти во всех европейских странах. Каждый крупный город взаимосвязанной системы более мелких острогов. Все вместе они составляли устойчивый территориально-демографический социально-хозяйственный и этнокультурный комплекс поселений, воспроизводящий целостную структуру общества [4.С. 230, 231; 35. С. 11-26; 36. С. 172-176; 37. С. 3-5].

    Все русские поселения Сибири - временные и постоянные, малые, средние и большие, затерянные в глуши и расположенные на главных дорогах, малозаметные с ограниченными функциями и ведущими центрами с флагманскими полномочиями - на макроуровне представляли своего рода симбиоз. Города и остроги множеством нитей были связаны друг с другом, своими округами и породившей их метрополией. Посредством их взаимообусловленного сосуществования воплощался в жизнь колонизационный процесс освоения русскими Сибири.

    Вместе с более и точным раскрытием разнообразного и сложного генезиса сибирского города советская историческая наука преодолела узкое понимание города как сугубо промышленно-торгового центра с посадской общиной. Сколько ни спорили историки о концепции деформации понятия «город», конкретно-историческая действительность оказывается куда богаче предложенных для формул. «Обязательному» критерию наличия посадской общины в городе не соответствовал даже самый большой город России XVII в.- Москва, поскольку единой посадской столица не имеет. К разряду городских поселений причисляли и те населенные районы, в которых были неразвиты или слабо развиты ремесло и торговля и где не было посадского населения. И для отдельных городов в целом, так и для определенного типа городов в целом [38. С. 29, 42, 43; 39. С. 66-83; 40. С. 22; 41. С. 5].

    Точную методологическую посылку, звучащую в унисон с историческим контекстом, дал М.Г. Рабинович: «Вопрос не в том, являющийся ли тот или другим источником« настоящим », а в том, что представляло собой городское поселение в данной эпоху в данной стране, почему современники считали его город, каковы были его основные функции, особенности разделения труда, степени развития ремесел и торговли, основных соотношений и подсобных занятий, застройки, городского хозяйства, типажа и одежды его жителей, каков был городской образ жизни »[42. С. 17; 43. С. 19-24].Особенно важно для постижения города выяснить, как он осознавался самими горожанами [44. С. 15]. Без учёта этого обстоятельства великого риска модернизации исторического, навязывания не своего ему критериев и, как следствие, непонимание его истинной природы.

    Применительно к сибирским городам невыраженность их посадов объясняется высокой экономической активностью служилого населения, занимавшим ремеслом, торговлей, промыслами.Утвержденное Собственное уложением 1649 г. Развитию предпринимательства служилых людей. монополия посада на торговоремесленную деятельность не распространялась на города Сибири. Значительный размах торгово-промышленной деятельности служилых людей дает основание для вывода фактическим служилым населением посада сибирского города. Среди сибирских служилых исследователи выделяют ремесленников, мелких товаропроизводителей и торговцев, крупных купцов, т.е. те же социальные группы, что и среди посадского населения городов XVII в. [45. С. 8; 46. ​​С. 76-86; 47. С. 76-94; 48. С. 100119; 49. С. 65-76; 50. С. 115-118, 126-131; 51].

    Серьёзно продвинулись советские историки и в вопросе об аграрной стадии развития сибирского города, расширившую ограниченную трактовку связи с хлебопашеством как свидетельство необеспеченности горожан продуктами и неразвитости сибирского города набор слабого отделения промышленности и торговли от земледелия [11.С. 66; 52. С. 86, 87]. Существование городского хлебопашества не вело к уклонению города от развития в торгово-промышленный центр. Сельское хозяйство было первичным и

    Элемент социально-экономической структуры города и носило с самого начала не потребительский, а товарный характер, находилось в сфере предпринимательства. Аграрный тип города представляет многофункциональный город, доминирующую продукцию которого было производство хлеба на продажу.Товарное земледелие становилось промышленностью, т.е. производством товара - хлеба. В Сибириилось пять крупных земледельческих чудес - Верхотурско-Тобольский, Томско-Кузнецкий, Енисейский, Ленский, Забайкальско-Амурский. В течение XVII в. трудом русских земледельцев Сибирь была превращена в край, обеспечивающий себя натуральной и товарной хлебной продукцией. Услуги по предоставлению постоянных и значительных средств обслуживания клиентов в промышленном производстве.Земледелие заложило основу для последующего роста не только торговли, но и промышленности: кожевенная, пимокатная отрасли, мыловарение, свечной промысел, мукомольное, пекарское дело, квасной промысел, винокурение [31. С. 39-42; 10. С. 16-18, 223-273; 53. С. 68-85; 54. С. 109-119; 50. С. 112-119].

    Сельское хозяйство является важным городским сектором экономики и способствовало социально-экономическому прогрессу сибирского региона.

    Формирование пашенных городов, прохождение ими аграрной стадии напрямую связано с земледельческой колонизацией Сибири, которая часто ассоциируется только с крестьянством и сельскими поселениями.Однако инициаторами и организаторами пашен выступали именно города, следуя объективной необходимости и назначенным правительственным наказам. По мере появления и роста пригородной округи ей передается сельскохозяйственная функция. Развивалась сельская округа не сама по себе, но под постоянным «береженьем» города, его административным, экономическим, торговым протекторатом.

    Сельское хозяйство городов Сибири не было ни их исключительным качеством, ни их изобретением.Сельскохозяйственные занятия присутствовали на всех стадиях развития русского феодального города. Хлебопашество, огородничество, садоводство, бахчеводство развивались в непрерывно, восходящей линии, приобретая высокотоварный характер, являлись не подсобными занятиями, важнейшими промыслами наряду с ремеслом и торговлей [42. С. 53-64; 55. С. 129-132; 56. С. 17; 57. С. 70]. Занятия земледелием и скотоводством присущи как русским, так и западноевропейским городам, что обнаруживает значение сельского хозяйства в генезисе средневекового города.

    Важным положением советского образования, получившим развернутое обоснование, стал тезис о первичности сибирского города по отношению к сибирской деревне. Не деревня была «матерью городов», а сибирский город порождал её. Несомненная особенность городов Сибири конца XVI -XVII в. как исходных пунктов освоения края вместе с тем не являлась их уникальной чертой, как считали В.И. Кочедамов [58. С. 10] и раз-

    деливший его мнение Д.Я. Резун [4. С. 261]. Недавно Д.Я. Резун выделил «сибирский» путь вырастания городов из сёл и слобод. В Сибири этот путь, по его мнению, более рельефен и значим, чем в европейской части России [59. С. 71-92]. Однако путь размещения городских поселений из слобод не отменяет тезиса о принципиальной первичности сибирского города, развитие которого и вызвало появление слобод, сёл, деревень.

    Достаточно посмотреть на этот вопрос в ретроспективе [60.С. 7; 61. С. 91-92]. Если рассматривать присоединение Сибири в общем контексте многовековой российской колонизации, становится очевидным, что здесь нашел приложение весь накопленный опыт. Путь формирования городов, опережавших возникновение формирования поселений неоднократно. В Сибири этот путь стал магистральным, и процесс проходил в наиболее зрелой форме.

    Не может считаться сугубо сибирской и практика строительства городов и острогов в местах проживания местного населения, на месте или рядом с туземными городами.Уже в древности некоторые города находятся как опорные области Руси в землях с нерусским, неславянским населением. Такими городами были, например, Белая Вежа, построенная на развалинах хазарского Саркела после взятия его Святославом в 965 г., Тмутаракань на месте хазарской Таматархи. В XVI-XVII вв. много таких городов появилось на Русском Севере, в Среднем и Нижнем Поволжье, на Урале и, наконец, в Сибири.

    В целом процесс городообразования развивался не по единой «социологической формуле», но был многовариантным.Конкретные пути происхождения русских городов были разнообразны: из сельского поселения, погоста, феодального замка, пограничной крепости, промысловой слободы, торговоремесного ряда, религиозного центра, слияния нескольких, различных по типу поселений. [62. С. 9-13; 63. С. 32-69; 64. С. 266; 65. С. 119126; 42. С. 19; 66. С. 23, 231]. Почти все эти пути свойственны городам Сибири конца XVI - XVIII вв.

    Важнейшим по своей историко-культурной значимости и широко аргументированным стал вывод историков о национальном характере сибирского города.По облику и по сути города Сибири были русскими, непосредственными наследниками городов Руси. В этом первостепенном вопросе советская историография выступила преемницей дореволюционной науки.

    Наиболее яркой особенностью сибирских городов был опережающий, пионерный характер их появления в крае, а также ускоренные темпы развития или, по меткому определению Н.Я. Новомбергского, «скороспелость» [67. С. 20-21]. В отведенные историей сжатые сроки города должны быть врасти в сибирскую землю и как можно шире раскинуть сеть подначальных поселений.

    .

    торических судеб. В свое время сибирские города в полной мере выполнили свое предназначение созидающих и объединяющих Сибирь и Россию центров.

    В постсоветской историографии на правильном критическом отношении к советскому научному наследию возродилась концепция о Сибири как отсталой колонии, эксплуатируемой Россией, в рамках которой используются города как военно-административных пунктов. Понятно почему: серьёзное, глубокое изучение сибирского города неизбежно приводит к выводу его определяющей роли в перспективном развитии Сибири, что рушит теорию невозможности цивилизовать этот необъятный запредельно далёкий край [68.С. 3036; 69. С. 37-40; 70. С. 28-32; 71. С. 4-7; 72. С. 86-88; 73. С. 6-16; и др.].

    Неправильная оценка социально-экономического и культурного уровня развития русских городов Сибири ведёт к обесцениванию созидательного колонизационного процесса в целом. Давно устаревшие стереотипы, втискивающие сибирский город в тесных рамках военной крепости с административно-ясачными функциями, всё ещё встречаются в литературе [см., Например, 74.С. 355], должны быть пересмотрены.

    Основные положения сибирской истории были высказаны дореволюционной наукой и получили дальнейшее развитие и огромную доказательную базу в советской и постсоветской историографии [75; 76; 77; 78. С. 95-140; 79. С. 85-91; 80. С. 147-156; 81; 82; 83. С. 85-91; 84; 85; 86. 137151; 87; 88. С. 39-58; 89. С. 4-13; 90. С. 3-93; 91. С. 376-384; 92; 93. С. 5773; 94; 95. С. 37-47; 96; 97. С. 44-47; 98. С.150-186; 99. С. 206-208; 100. С. 129-143; 101. С. 45-53; 34. С. 152-158; 102. С. 24-30; 103. С. 54-59; 104. С. 5, 32-53, 61; 105. С. 15-37; 106. С. 158; и др.].

    В истории России колонизация (имеет) громадное значение и постоянно имеет действующий фактор. Русское государство росло и развивалось при непрерывном колонизационном процессе, самое непосредственное и активное участие в котором принимал русский народ, по определению Т.Б. Щепанской, «движущийся этнос с самосознанием оседлого» [107. С. 103]. Государственные и народные интересы в освоении новых земель совпадали. Государство стратегически было нацелено на интеграцию в экономическую и культурную жизнь страны и ее политическую систему, что увеличило его геополитический потенциал. Народ шел в Сибирь за землей и волей.

    Государственная и стихийная (вольнонародная) составляющие колонизации, дополнительныея и взаимодействуя друг с другом, сливались в единый деятельный поток.Главным в вольнонародном переселении, при всей значимости и яркости промысловой колонизации, был земледельческий интерес. Исследователи пересившие огромный аграрный опыт, пришли к выводу о том, что использование колонизации было земледельческое освоение, которое не помешала нерешенность главного России, по мнению Ш.Ф. Мухамедьярова, вопроса - частной собственности на землю, что давно сделано в Европе [72. С. 87]. Не восприняв чужих стандартов, Рос-

    сияние пошла своим путем и преуспела, освоив в феноменально короткие сроки почти 10 млн кв.земли км.

    Право верховной собственности на свободные земли, в том числе сибирские, в России принадлежало государству. Однако это препятствие препятствовало переселению и заселению, на государевых землях было где развёртываться, осуществляя трудовое право владения по заимочно-захватной и общиннозахватной форме землепользования. Наличие в крае огромного фонда земель, не освоенных под аграрное производство, отсутствие помещичьего хозяйства и создание мощного стимул к земледельческой колонизации и обусловили массовый приток переселенцев.Правительство использовало свой ресурс, не ограничивая наказания за организацию пашен, широко практиковало закрепление за служилыми людьми земельных участков, оказывало организационную и денежную помощь переселенцам, практиковало насильственное перевод крестьян в Сибирь и ссылки на пашню преступников. Уже с конца XVI в. - начала XVII в. земледельческие оазисы стали возникать вокруг основанных городов, которые, как говорилось, были первыми проводниками аграрной политики. Очаговое земледельческое расселение, группировавшееся около городов, с размером округа постепенно сливалось в полосу сплошного расселения.

    Российское правительство, ни в коей мере не отказываясь от своей верховной власти над сибирскими землями и от права распоряжения, что гарантировано интересы, предоставляемые заинтересованным в сельскохозяйственном освоении края, проводило гибкую и дальновидную политику. До конца XVII в. отработочная рента оставалась господствующей формой ренты в Сибири, а десятинная пашня - основная форма тягла, но на протяжении столетия происходило снижение тягловых поземельных обязательств, практически не было препятствий к частичной или полной передаче тягла другому лицу, отсутствовало личное прикрепление наделу и сохранялось право передвижения , что позволяетло сибирскому крестьянину изменить свое социальное положение - перейти в захребетники или в гулящие люди, стать служилым или посадским.Возможность существовала и у других социальных слоев: гулящий человек, перемогавшийся случайными заработками, переходил в казаки, пленный рядовой «литвин» при наличии военных средств занимал командную должность и вливался в ряды местной аристократии - боярских детей, встречались случаи, когда казаки просили о переводе их в крестьяне. Подобная практика способствовала снижению напряжений, реализуя до известной степени стремление к воле.

    Народный вариант православия в среде русских сибиряков, в котором обнаруживалась живучесть глубинного политеистического пласта, и двоеверия среди нерусских сибиряков с очевидным доминированием языческих представлений, был, по сути, признаком, права выбора веры, обрядов.Право выбора и пользования распространялось также на ношение иностранного и языческого имени, причём не только в быту, но и в официальной обстановке. Противодействия со стороны воеводских властей и церкви это не вызывало, тем более, что на Руси с давних времён существовала устойчи-

    вая традиция наличия двух имён - православного и языческого, с чем приходилось мириться [108. С. 16, 17]. Подобная демонстрация своей национальной терпимости в преобладающем иноэтничном окружении возможна, когда это последнее отличается и религиозной терпимостью и уживчивостью.

    Полиэтническая и поликультурная среда способствовала формированию терпимости, уважению к иной культуре при том, что русский этнос оставался доминирующим. Это принципиально отличает сибирскую колонизацию от американского фронтира, понимаемого не просто как «движущаяся граница», но как «встреча дикости и цивилизации». Эта формула предполагает неизбежное столкновение двух миров, в котором для «диких» индейцев не оставалось положительной исторической перспективы.Отношение к «краснокожим» как к дикарямало с носителей «цивилизации», считавших себя избранными Бога, нравственные запреты и создало алгоритм поведения - физического, экономического, культурного уничтожения индейцев.

    В свете определения колонизации, данной во французской энциклопедии Ларусса, как прежде всего «качества международных отношений», которые наполняют свою деятельность «все области: экономику, общественную жизнь, культуру и политику» [цит.по: 109. С. 173], Россия выглядит весьма достойно.

    Археологические исследования русских поселений Сибири, точка отсчёта которых можно считать раскопки промысловых стоянок на о. Фаддея и в заливе Симса [110; 111], продолжаются свыше 60 лет. Сейчас можно говорить о формировании нового направления сибиреведения - археологического городаедения [112. С. 482-515]. Совокупные результаты более чем полувековых исследований создали историко-источниковедческую базу для важных выводов.

    В археологическом отражении русские Сибири раскрывают свое внутреннее содержание, предъявляют разнообразные свидетельства своей многоплановой деятельности. Практически на всех раскопанных поселениях многочисленные многочисленные сельскохозяйственные, ремесленные, промысловые занятия.

    Археологи пришли к важным историческим выводам относительно русской гончарной керамики, как местные, а не только привозном характере, о городах как ремесленных центрах сравнительно высокой технологической керамического производства, продолжающей традиции Европейской России, откуда продукция распространялась в сельскую округу; о домашнем изготовлении глиняной посуды в сёлах, отличающейся техническими характеристиками и орнаментацией; о производстве русскими мастерами сосудов на заказ для аборигенного населения [113.С. 138–154; 114. C. 165-170; 115. С. 124–131; 116. С. 37-39; 117. C. 393–395; 118. C. 20-221; 119. C. 101; 120. С. 102-114; 121. C. 394–399; 122. С. 166–168; 123. C. 117-120; 124. C. 175181; 125. C. 269-272; 126. С. 100-102; 127; 128. C. 208-209; 129. С. 17-34]. Возможности современного анализа керамики с помощью спектрального, бинокулярных методов, указывающих на использование местного сырья,

    позволяет говорить о местном характере гончарства не предположительно, а утвердительно как о научно доказанном факте.

    Вместе с остатками керамического производства, раскопки городов и острогов дали массовые материальные свидетельства о налаживании и развитии железоделательного, кузнечного, литейного, сапожно-кожевенного, косторезного ремёсел. Несколько менее представленных стеклодувное, ювелирное дело, деревообработка, изготовление простых саржевых и полотняных тканей, плетёных, вязаных, берестяных изделий. Степень развития последних производств, возможно, была поднята до уровня ремесла, что отразилось в объёме ископаемых источников [130.С. 33-37; 116. С. 24–37; 131; 119. С. 102-103; 132; 133. С. 117-131].

    Массив остеологических, ихтиологических данных, находки промыслового снаряжения показывают занятиях скотоводством, птицеводством, охотой, рыболовством, роль которых была большей или меньшей в разных широтах, но они обязательно присутствовали в хозяйственной деятельности горожан. Разводили свиней, крупный и мелкий рогатый скот, лошадей, собак использовали на охоте, в качестве тягловой силы и видимо, для охраны дома и имущества.Мангазейские материалы зафиксированы даже факт содержания кошек. Из домашней птицы разводили кур, гусей и уток. По двору верхотурского воеводы расхаживал павлин, поддерживая авторитет и престиж местной власти. Охота была отнюдь не только в пушной, но и в определенной степени мясной. Обилен был и рыбный стол сибирского горожанина, на присутствовали разные породы рыб, в том числе ценные (осётр, нельма, стерлядь, муксун, сырок) [130. С. 41-45, 55-58; 113. С. 128137; 134. С. 29-33; 116. С. 74-78, 83-87; 135.С. 105-112; 136. 73-75; 137. С. 81-91; 138. С. 488-492; 139. С. 118-123; 140. С. 113-124; 141. С. 418-420; 142. 102-103; 143. С. 66-67].

    Археологический материал заставляет исследователей отказаться от прямолинейного суждения о хозяйственном окультуривании русскими сибирскими инородцами в области охоты и рыболовства. На первых порах знаниях о путях перемещений животных, основных методах развития отечественных систем от аборигенов, но способов производства зверя и рыбы были принесены «с Руси».Часть этих приёмов и орудий, например, выбирающие ловушки типа пасти, сложносоставные луки, капканы, невод и др., Настолько давно и прочно заимствовали инородцы, что имство стали приписывать происхождение ловушки приёмов и предметов которые снаряжения, авторство на самом деле принадлежит русским. Охота и рыболовство у русских занимали другое, чем у аборигенного населения, положение в общей структуре хозяйственной деятельности, удовлетворяя не только собственные потребности, но имея товарный характер. Без взаимодействия присутствуют, в частности, активное внедрение русских вялено-сушёной заготовки рыбы, альтернативной традиционной для русской кухни термические способы обработки [116.С. 74; 144. С. 40, 41, 134, 135; 145. 334-342; 146. 41, 45; 147. С. 155, 156; и др.]. В целом, русская охота и рыболовство вполне традиционные и самостоятельные. Изучение русских археологических памятников в Сибири и в Европейской России создаёт в этом отношении надёжную доказательную базу в

    в широком пространственно-временном диапазоне. Анализ этнографических материалов также позволяет сделать общий вывод об устойчивости русской этнической культуры в новых условиях, приспособлении к тому, что было главным образом, на базе культурного дополнительного, наработанного на историческом родине [148.С. 73-82].

    В разнообразном множестве археологических источников сибирские города предстают именно как русские города. Изучая материальную культуру русских ХУІІ-ХУІІІ вв. в Сибири, мы изучаем общерусскую культуру не потому, что подавляющее большинство бытовых предметов тогда были привозными, как считал А.Р. Артемьев [149. С. 12]. Ведь обнаруживается русского импорта в аборигенных не изменило их этнического облика и содержания.Русские несли навыки своей социальной, хозяйственной, бытовой, духовной, досуговой культуры, укоренение и адаптация адаптации в сибирском крае совершались на своей этнической культурной основе. Среди переселенцев были представители других славянских и не славянских народов, о чём имеется немало письменных свидетельств. Но в археологическом материале их практически не отражено, поскольку и потому, что инокультурные элементы поглощались русской средой и культурой. Важные и нужные для воссоздания исторической картины прошлого в археологическом контексте сглаживаются, растворяются, зато предметно и выпукло выступает суть процессов и явлений.Археология объективно и конкретно выявляет русскую природу сибирского города и его созидательную роль в преображении громадного региона.

    Успехи русской археологии внесли важный вклад в изменение отношений к русским, как к этносу, давно ставшему коренным не менее, чем малые аборигенные народы, и который, по выражению С.В. Бахрушина, «трудом и культурой» осваивал Сибирь.

    Исследуй ископаемый город Сибири.Во-первых, погружая нас в подлинный материальный мир эпохи освоения нашими предками Сибири, выступает как «национальная археология», помогая в процессе самопознания и самоидентификации, что делает «науку о древности» остросовременной. Во-вторых, раскрывая историческую подоплёку событий и процессов, скрытую в овеществлённых остатках прошлого, археология обнажает свою историческую сущность.

    Русское заселение Сибири стало особым, ярчайшим этапом расширения русской этнической территории и распространения русской этнической культуры.Ни русская народность, ни ее культура отнюдь не потерялись в Сибири. Влияние природно-географического фактора обусловили своеобразие сибирской культуры, придали ей характер локального (а точнее регионального. -М.Ч.) единого целого. - общерусской культуры [150. С. 3-7; 89. С. 6, 8]. В этом процессе не потерялись и малые народы, вовлеченные в орбиту русского государства через администрацию-

    тивно-политические, экономические, культурно-идеологические, бытовые связи и сохранившие свою культуру.

    Россия не стала «цивилизацией в европейском смысле слова», она создала свою цивилизацию. Присоединился Сибирский суперрегион, Россия расширила территорию до евразийских масштабов и приумножила своё могущество. В развитии, укреплении русско-сибирской цивилизации ключевую рольли города - своего рода локомотивы колонизации, посредством открыта новая эпоха в истории Сибири и России.

    Литература

    1.Резун Д.Я. К истории изучения сибирского города XVII в. в русской дореволюционной исторической науке (к постановке вопроса) // Города Сибири (эпоха феодализма и капитализма). Новосибирск: Наука, 1978. С. 143-163.

    2. Резун Д.Я. Очерки истории изучения сибирского города конца XVI - первой половины

    XVIII века. Новосибирск: Наука, 1982а. 221 с.

    3.Резун Д.Я. О работе Г.Ф. Миллера над источниками по истории городов Сибири XVII в. // Древнерусская рукописная книга и её бытование в Сибири. Новосибирск, 1982б. С. 142-247.

    4. Резун Д.Я. Современная урбанистика и сибирское города XVIII - первая половина XIX в. // Источниковедение и история городов Сибири конца XVI - первой половины

    г.

    XIX в. Новосибирск: Наука, 1987а. С.222-247.

    5. ОглоблинН.Н. Обоз столбцов и книг Сибирского приказа. Т. 1-4. М., 1895-1901.

    6. Буцинский П.Н. Заселение Сибири и быт её первых насельников. Харьков: Б. и., 1889. 345 с.

    7. Буцинский П.Н. К истории Сибири: Сургут, Нарым и Кетск до 1645. Харьков: Б. и., 1893а. 28 с.

    8.Буцинский П.Н. Мангазея и Мангазейский уезд (1601-1645). Харьков: Б. и., 1893б. 66 с.

    9. Головачёв П.М. Томск в XVII веке: Материалы для истории города. Томск: Б. и., 1910. 169 с.

    10. Вилков О.Н. Очерки социального-политического развития Сибири конца XVI - начала

    XVIII в. Новосибирск: Наука, 1990. 368 с.

    11.История Сибири с древнейших времен до наших дней: В 5 т. Л .: Наука, 1968. Т. 2: Сибирь в составе феодальной России. 538 с.

    12. Бояршинова З.Я. Основание города Томска // Вопросы географии Сибири. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1953. Вып. 3. С. 2-48.

    13. Промышленность Сибири в феодальную эпоху (конец XVI - середина XIX в.). Новосибирск: Наука, 1982. 133 с.

    14.Историография городов Сибири конца XVI - начала XX в. Новосибирск: Наука, 1984. 179 с.

    15. Памятники быта и хозяйственного освоения Сибири: Сб. науч. тр. Новосибирск: Наука, 1989. 192 с.

    16. Обменные операции городов Сибири период феодализма: Сб. науч. тр. Новосибирск: Б. и., 1990. 183 с.

    17. Памятники истории, культуры и градостроительства Сибири.Новосибирск: Наука, 1991. 144 с.

    18. Города Сибири. Экономика, управление и культура городов Сибири досоветского периода. Новосибирск: Наука, 1974. 300 с.

    19. История городов Сибири досоветского периода (XVII - начало XX века): Сб. ст. Новосибирск: Наука, 1977. 303 с.

    20. Города Сибири. Эпоха феодализма и капитализма.Новосибирск: Наука, 1978. 336 с.

    21. Сибирские города XVII - начала XX века. Новосибирск: Наука, 1981. 222 с.

    22. Источниковедение и историография городов Сибири конца XVI - первой половины

    XIX в. Новосибирск: Наука, 1987. 288 с.

    23. Торговля городов Сибири конца XVI - начала XX в.Новосибирск: Наука, 1987. 237 с.

    24. Миллер Г.Ф. История Сибири. Л .: Изд-во Акад. наук СССР, 1937. Т. 1. 607 с.

    25. Миллер Г.Ф. История Сибири. М .; Л .: Изд-во Акад. наук СССР, 1941. Т. 2. 638 с.

    26. Головачёв П.М. Ближайшие задачи исторического изучения Сибири // ЖМНП. 1902. № 9. С. 49-68.

    27.Головачёв П.М. Желательный тип сборников материалов для сибирских городов XVII в. М., 1903. 263 с.

    28. Головачёв П.М. Очерк заселения Сибири. СПб .: Б. и., 1906. 44 с.

    29. Сергеев В.И. Первые сибирские города, их военное, экономическое и культурное значение // Вестник мировой мировой культуры. 1960. № 3 (21). С. 113-123.

    30.Сергеев В.И. Основание города сибири: Автореф. дис. ... канд. ист. наук. М., 1962. 15 с.

    31. Вилков О.Н. Сибирский город конца XVII - первая четверти XVIII века в современной русской советской историографии // Сибирь в прошлом, настоящем и будущем. Новосибирск, 1981. Вып. 1: Сибирь в эпоху феодализма и капитализма. С. 39-42.

    32. Вилков О.Н., Башкатова З.В. Общее и особенное в возникновении и развитии Сибири конца XVI - начала XVIII в.// Феодализм в России. М .: Наука, 1985. С. 132-143.

    33. Квецинская Т.Е. Город Верхотурье в XVII - начале XVIII в. в отечественной историографии // Историография городов Сибири конца XVI - начала XX в. Новосибирск: Наука, 1984. С. 61-70.

    34. Люцидарская А.А. Колонизация Сибири: человек и пространство // Народы Сибири: История и культура. Новосибирск: Наука, 1997. С. 152-158.

    35.Резун Д.Я. К характеристике приказного делопроизводства как источника документов по историографии сибирского города XVII в. // История городов Сибири досоветского периода (XVII - начало XX в.). Новосибирск: Наука, 1977. С. 11-26.

    36. Резун Д.Я. Эволюция понятий «город» и «острог» в приказном делопроизводстве

    XVII в. // ВИ. 1979. № 10. С. 172-176.

    37.Резун Д.Я. Русские в Среднем Причулымье в XVII-XIX вв .: (Проблемы социальноэкономического развития малых городов Сибири). Новосибирск: Наука, 1984. 187 с.

    38. Волков М.Я. Города Европейской России во второй половине XVII - начала XVIII века // Город и горожане России в XVII - первой половины XIX века. М., 1991. С. 25-46.

    39. Карлов В.В. К вопросу о понятии раннефеодального города и его типов в отечествен -ной историографии // Русский город.М .: Изд-во МГУ, 1980. Вып. 3. С. 66-83.

    40. Малый город. Социально-демографическое исследование небольшого города. М .: Изд-во МГУ, 1972. 272 ​​с.

    41. Преображенский А.А. Город, деревня и государственная власть в России в XVII -

    гг.

    XVIII вв. // Деревня и город Урала в эпоху феодализма: проблема встречи. Свердловск: УНЦ Акад.наук СССР, 1986. С. 3-13.

    42. Рабинович М.Г. Очерки этнографии русского феодального города: Горожане, их общественный и домашний быт. М .: Наука, 1978 а. 329 с.

    43. Рабинович М.Г. К определению понятия «город» (в целях этнографического изучения) // СЭ. 1983. № 3. С. 19-24.

    44. Размустова Т.О. Город как культурно-исторический организм (опыт методологических подходов) // Проблемы культуры городов России.Омск: Сиб. филиал Рос. ин-та культурологии, 1996. Ч. 1. С. 12-16.

    45. Артемьев А.Р. Города и остроги Забайкалья и Приамурья во второй половине XVII -XVIII в .: (Историко-археологические исследования): Автореф. дис. ... д-ра ист. наук. Владивосток: Б. и., 1997. 60 с.

    46. Курилов В.Н. Участие служилых людей в становлении г. Тюмени как торговопромышленного центра в XVII в. // Города Сибири: (экономика, управление и культура городов Сибири в досоветский период).Новосибирск: Наука, 1974. С. 76-86.

    47. Леонтьева Г.А. Роль служилых людей в торгово-промышленной жизни Нерчинска во второй половине XVII - начале XVIII в. // Города Сибири: (эпоха феодализма и капитализма). Новосибирск: Наука, 1978. С. 76-94.

    48. Леонтьева Г.А. Застройка Тюмени и ее государственное обеспечение в конце XVI -начале XVIII в. // Памятники истории, археологии и архитектуры Сибири.Новосибирск: Наука, 1989. С. 54-69.

    49. Люцидарская А.А. К формированию торгово-промышленного населения Томска второй половины ХУІІ в. // Города Сибири (эпоха феодализма и капитализма). Новосибирск: Наука, 1978. С. 65-76.

    50. Люцидарская А.А. Старожилы Сибири: историко-этнографические очерки (ХУІІ - начало ХУІІІ в.). Новосибирск: Наука, 1992. 197 с.

    51.Никитин Н.И. Служилые люди в регистрации Сибири ХУІІ века. Новосибирск: Наука, 1988. 155 с.

    52. Горюшкин Л.М., Миненко Н.А. Историография Сибири досоветского периода (конец

    XVI - начало ХХ в.). Новосибирск: Наука, 1984. 317 с.

    53. Квецинская Т.Е. Хлебная торговля г. Верхотурья в ХУІІ в. // Торговля городов Сибири конца ХУІ - начала ХХ в.Новосибирск: Наука, 1987. С. 68-85.

    54. Курилов В.Н. О некоторых закономерностях развития сибирского города ХУІІ в. // Сибирские города ХУІІ - начала ХХ века. Новосибирск: Наука, 1981. С. 109-119.

    55. Рабинович М.Г. О земледелии в феодальном городе // Древняя Русь и славяне. М .: Наука, 1978б. С. 129-132.

    56.Рабинович М.Г. Город и традиционная народная культура // СЭ. 1980. № 4. С. 12-24.

    57. Сахаров А.М. Ремесленное производство в городах Северо-восточной Руси ХІУ - ХУ веков // ВИ. 1955. № 4. С. 59-71.

    58. КочедамовВ.И. Первые русские города Сибири. М .: Стройиздат, 1978. 190 с.

    59. Резун Д.Я. Слободы как протогорода Сибири // Современное историческое сибиреве-дение ХУІІ - начала ХХ вв.Барнаул, 2005. С. 71-92.

    60. Носов Е.Н. Происхождение первых городов Северной Руси // Феодальная Россия (новые исследования). СПБ., 1993. С. 5-10.

    61. Янин В.Л., Носов Е.Н. Археологическое изучение города Северной Руси: (итоги, перспективы) // Современные проблемы археологии России. Новосибирск: Изд-во Ин-та археологии и этнографии СО РАН, 2006. Т. 1. С. 91-93.

    62.Воронин Н.Н. К итогам и задачам археологического изучения древнерусского города // КСИИМК. 1951. Вып. 41. С. 9-13.

    63. Карлов В.В. О факторах экономического и политического развития русского города в эпоху Средневековья: (к постановке вопроса) // Русский город. М .: Изд-во МГУ, 1976. Вып. 2. С. 32-69.

    64. Оборин В.А. Некоторые вопросы археологического изучения уральских городов ХУІ-

    XVII вв.// Памятники древнейшей истории Евразии. М., 1975. С. 264-270.

    65. Оборин В.А. Использование русским населением в ХУ-ХУІІ веках поселений нерусского населения на Урале // Древности Волгокамья. Казань, 1977. С. 119-126.

    66. Рабинович М.Г. К типологии восточнославянских (средневековая Москва и города Московского княжества) // Проблемы типологии в этнографии. М .: Наука, 1979.С. 39-43.

    67. Новомбергский Н.Я. В поисках за материалами по истории Сибири. СПб .: Б. и., 1906. Разд. 2: Сибирские города на исходе ХУІІ века. С. 20-36.

    68. Агеев А.Д. Американский «фронтир» и сибирский «рубеж» как факторы цивилизационного разлома // Американский и сибирский фронтир. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1997. С. 30-36.

    69.Белаш Н.Ю. Образ фронтира в США и России // Американский и сибирский фронтир. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1997. С. 37-40.

    70. Измайлов И. Счёты и просчёты имперских историков // Родина. 1994. № 8. С. 28-32.

    71. Казаркин А.П. Регионализм - перекрёсток мнений // Сибирь в контексте мировой культуры: Опыт самоописания: Кол. моногр. / Б.Ф. Егоров, Н.В. Моравский, В.М. Кулемзин и др.Томск: Сибирика, С. 4-7.

    72. Мухамедьяров Ш.Ф. Проблема «географического фактора» как препятствия на пути цивилизации России (заселение русскими Сибири) // Русские старожилы: Материалы ІІІ Сиб. симпозиума «Культурное наследие городов Сибири». Тобольск; Омск: Изд-во Омск. ун-та, 2000. С. 86-88.

    73. Шиловский М.В. К вопросу о колониальном положении Сибири в составе Русского государства // Европейские исследования в Сибири.Томск: Изд-во Том. гос. ун-та, 2001. Вып. 3. С. 6-16.

    74. Томск от А до Я: Краткая энциклопедия города. Томск: Изд-во НТЛ, 2004. 238 с.

    75. ШунковВ.И. Очерки по истории колонизации Сибири в ХУІІ - начало ХУІІІ веков. М .; Л .: Изд-во Акад. наук СССР, 1946. 226 с.

    76. Шунков В.И. Очерки по истории земледелия Сибири (XVII век).М .: Изд-во Акад. наук СССР, 1956. 432 с.

    77. Шерстобоев В.Н. Илимская пашня. Иркутск: Иркутск. обл. гос. изд-во, 1949. Т. 1. 596 с.

    78. Бояршинова З.Я. К вопросу о развитии русского земледелия в Томском уезде в XVII веке // Вопросы географии Сибири. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1951. Вып. 2. С. 95-140.

    79. Бояршинова З.Я. Опыт и традиции русских земледельцев Сибири (XVII в.) // Вопросы истории Сибири. Томск, 1953а. Вып. 9. С. 85-91.

    80. Бояршинова З.Я. К вопросу о присоединении Сибири к Русскому государству // Труды / Том. гос. ун-т. Сер. соц.-экон. и ист. наук. 1957. Т. 136. С. 147-156.

    81. Бояршинова З.Я. Некоторые вопросы истории сибирского крестьянства феодальной эпохи // Проблемы истории советского общества Сибири.Новосибирск, 1970. Вып. 2: История крестьянства Сибири досоветского периода. С. 95-140.

    82. Бояршинова З.Я. Заселение Сибири русскими в XVI - первая половина XIX в. // Итоги и задачи изучения Сибири досоветского периода. Новосибирск: Наука, 1971. С. 40-56.

    83. Бояршинова З.Я. Опыт и традиции русских земледельцев Сибири (XVII в.) // Вопросы истории Сибири. Вып. 9. Томск: Изд-во Том.ун-та, 1976. С. 85-91.

    84. Бахрушин С.В. Научные труды. Т. 3, ч. 1: Вопросы русской колонизации Сибири в

    XVI-XVII вв. М .: Изд-во Акад. наук, 1955. 376 с.

    85. Сафронов Ф.Г. Крестьянская колонизация бассейнов Лены и Илима в XVII веке. Якутск: Якутск. кн. изд-во, 1956. 207 с.

    86.Колесников А.А. Из истории заселения Среднего Прииртышья // Известия Омского отдела ГО СССР. 1963. Вып. 5 (12). С. 137-151.

    87. Александров В.А. Русское население Сибири XVII - начала XVIII в. (Енисейский край). М .: Наука, 1964. 303 с.

    88. Александров В.А. Особенности феодального порядка в Сибири (XVII век) // ВИ. 1973. № 8. С. 39-58.

    89.Александров В.А. Кто мы, русские? // Русские: Историко-этнографические очерки. М.,

    1997. С. 4-13.

    90. Кондрашенков А.А. Русская колонизация Зауралья в XVII-XVIII веках // Учёные записки / Курган. гос. пед. ин-т. 1964. Вып. 6. С. 3-93.

    91. Преображенский А.А. У истоков народной историографической традиции в освещении проблемы присоединения Сибири к России // Проблемы истории общественной мысли и историографии.М .: Наука, 1976. С. 376-384.

    92. Христианство и ламаизм у коренного населения Сибири (вторая половина XIX - начало XX в.). Л .: Наука, 1979. 227 с.

    93. Липинская В.А. Русские сельские поселения Сибири // Этнография русского крестьянства Сибири (XVII - середина XIX в.). М .: Наука, 1981. С. 57-267.

    94. Островская Л.В. Христианство в понимании русских крестьян пореформенной Сибири (народный вариант православия) // Общественный быт и культура русского населения Сибири (XVIII - начало XX в.). Новосибирск, 1983. С. 135-150.

    95. Горюшкин Л.М. Место Сибири в составе капитализма // Исторический опыт освоения Сибири. Новосибирск, 1986. С. 37-50.

    96. НикитинН.И. Освоение Сибири в XVII веке. М., 1990. 144 с.

    97. Главацкая Е.М. Власть и «сибирские инородцы» в XVII в. // Сургут, Сибирь, Россия. Екатеринбург, 1994.С. 44-47.

    98. Главацкая Е.М. Христианское освоение Обдорского края (XVII - начало XX в.) // Русское освоение Ямала до начала XX века (документы и исследования). Салехард; Екатеринбург: Банк культурн. информации, 2005. С. 150-186.

    99. Чёрная М.П. Историко-археологическая оценка русской колонизации Сибири // Методика комплексных исследований культурных и народов регистрации Сибири. Томск, 1995.С. 206208.

    100. Чёрная М.П. Проблемы русской колонизации и христианизации Сибири (опыт комплексного анализа) // Материалы и исследования культурно-исторических проблем народов Сибири. Томск, 1996. С. 129-143.

    М.П. Черная

    110 ------------------------------------------------ ---------------------------------------

    101.Жеравина А.Г. Особенности заселения и сельскохозяйственного освоения Сибири в конце XVIII - первой половины XIX в. // Американский и сибирский фронтир. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1997. С. 45-53.

    102. МиненкоН.А. Урал и Сибирь конца XVI - первой половины XIX в. в новейшей отечественной историографии // Культурное наследие Азиатской России: Материалы I Сиб.-урал. ист. конгресса 25-27 нояб., 1997 г. Тобольск, 1997. С. 24-30.

    103.Никулин П.Ф. Особенности аграрной колонизации Сибири и Северной Америки во второй половине XIX - начале XX в. // Американский и сибирский фронтир. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1997. С. 54-59.

    104. Русские: Этнотерритория, расселение, численность и исторические судьбы (XII-

    XX вв.). М .: Народы и культуры, 1999. Т. 1. 188 с.

    105.Шелегина О.Н. Адаптация русского населения в условиях освоения территории Сибири: Социокультурные аспекты. XVIII - начало XX в. М .: Логос, 2002. Вып. 2. 160 с.

    106. Шелегина О.Н. Адаптационные процессы в культуре жизнеобеспечения русского населения Сибири (XVIII - начало XX века) // Археология, этнография и антропология Евразии. 2005. № 3 (21). С. 151-158.

    107. Щепанская Т.Б.Культура дороги на Русском Севере // Русский Север: Ареалы и культурные традиции. СПб .: Наука, 1992. С. 102-126.

    108. Люцидарская А.А. Имена как собственные источники изучения социальных и духовных процессов общества (сибиряки-старожилы: XVII - начала XVIII в.) // Русский вопрос: История и современность. Омск, 1994. Ч. 2. С. 14-18.

    109. Резун Д.Я. Современные энциклопедии Франции как источники зарубежных представлений об истории Сибири // Литература и классовая борьба эпохи позднего феодализма в России.Новосибирск: Наука, 1987б. С. 168-174.

    110. Окладников А.П. Русские полярные мореходы XVII века у берегов Таймыра. М .; Л .: Изд-во Главсевморпути, 1948. 158 с.

    111. Исторический памятник русского арктического мореплавания XVII в .: (Археологические находки на о. Фаддея и на берегу залива Симса). Л .: Изд-во Главсевморпути, 1951. С. 147-152.

    112.Чёрная М.П. Русская археология как новое направление в сибиреведении // Московская Русью проблемы археологии и истории архитектуры. М .: ИА РАН, 2008. С. 482-515.

    113. Артемьев А.Р. Города и остроги Забайкалья и Приамурья во второй половине XVII -

    XVIII в. Владивосток: Б. и., 1999. 336 с.

    114. Артемьев А.Р., Артемьева Н.Г. Керамика Албазинского острога // Русские первопроходцы на Дальнем Востоке в XVII - начале XIX в .: Историко-археологические исследования. Владивосток: ДВО РАН, 1992. Т. 1. С. 165-170.

    115. Артемьева Н.Г. Керамика Нерчинского острога // Русские первопроходцы на Дальнем Востоке в XVII-XIX вв .: Историко-археологические исследования. Владивосток: ДВО РАН, 1995. Т. 2. С. 124-131.

    116.БеловМ.И., Овсянников О.В., Старков В.Ф. Мангазея. М .: Наука, 1981. Ч. 2: Материальная культура русских полярных мореходов и землепроходцев XVI-XVII вв. 147 с.

    117. Воробьёв А.А. Об одном из вопросов изучения славянской керамики азиатской части России // Культура и история древних и современных обществ Сибири и Дальнего Востока. Омск: Изд-во Омск. гос. пед. ун-та, 2002 а. С. 393-395.

    118.Воробьёв А.А., Троицкая Т.Н. Сосуды в погребальном обряде русского населения Сибири (по материалам Новосибирской области) // Интеграция археологических и этнографических исследований: Материалы VI Всерос. науч. семинара. М .; Омск, 1999. С. 219221.

    119. Визгалов Г.П. Хозяйство и занятия посадского населения Мангазеи (по материалам раскопок 2001-2004 гг.) // Культура русских в археологических исследованийх. Омск: Изд-во Омск. ун-та, 2005.С. 97-105.

    120. Мельников Б.В. К проблеме изучения посуды археологических памятников декларации Сибири XVI-XVIII вв. // Вопросы истории исследования и историографии археологии археологии Сибири. Омск: Изд-во Омск. гос. пед. ин-та, 1992. С. 102-114.

    121. Мельников Б В. Характеристика гончарной керамики археологических памятников Урала и Сибири (XVI-XVIII вв.) // Русские старожилы: Материалы III Сиб.симпозиума «Куль-

    турное наследие города Сибири ». Тобольск; Омск: Изд-во Омск. гос. ун-та, 2000. С. 394-399.

    122. Молодин В.И., Новиков А.В. Некоторые технологические аспекты керамики Илимского острога // Проблемы изучения Сибири в научно-исследовательской работе музеев. Красноярск, 1989. С. 166–168.

    123. Николаева И.Б. Раскопки на территории бывшего красноярского острога // Материалы и исследования по археологии, этнографии и истории Красноярского края. Красноярск: Краснояр. кн. изд-во, 1963. С. 115-123.

    124. Новиков А.В. Гончарное производство Усть-Тартасского форпоста // Древняя керамика Сибири: типология, технология, семантика. Новосибирск: Наука, 1990. С. 175-181.

    125. Овсянников О.В.О керамике древней Мангазеи // Проблема археологии Урала и Сибири. М., 1973. С. 269-272.

    126. Татаурова Л.В. Некоторые итоги изучения керамики этнографо-археологического комплекса // История и культура Сибири. Омск, 1996. С. 100-102.

    127. Татаурова Л.В. Заметки об использовании глиняной посуды русскими в XVII-XX вв. // Русский вопрос: История и современность. Омск, 2000.

    128.Троицкая Т.Н., Воробьёв А.А. Орнаментированная русская керамика с памятников Новосибирской области // Интеграция археологических и этнографических исследований. М .; Омск: Изд-во Омск. гос. ун-та, 1999. С. 208-209.

    129. Ширин Ю.В. Керамика XVIII века из деревень в окрестностях Кузнецка // Кузнецкая старина. Новокузнецк: Кузнецкая крепость, 2003. Вып. 5. С. 17-34.

    130. Алексеев А.Н. Первые русские поселения XVII-XVIII вв. на северо-востоке Якутии. Новосибирск: Изд-во Ин-та археологии СО РАН, 1996. 152 с.

    131. Васильевский Р. С., Молодин В.И., Седякина Е.Ф. Исследования Илимского острога // Древние культуры Приангарья. Новосибирск: Наука, 1978. С. 215-232.

    132. Визгалов Г.П., Пархимович С.Г. Мангазея: Новые археологические исследования (материалы 2001 - 2004 гг.).Екатеринбур; Нефтеюганск: Магеллан, 2008. 296 с.

    133. Текстиль Мангазеи (начало XVII века) / Г.П. Визгалов, С.Г. Пархимович, Т.Н. Глуш-кова и др. // Археология, этнография и антропология Евразии. 2006. № 1 (25). С. 117-131.

    134. Артемьев А.Р. Охота и рыболовство русского населения в Забайкалье и Приамурье во второй половине XVII - XVIII вв. // Культура русских в археологических исследованийх.Омск: Изд-во Омск. гос. ун-та, 2002. С. 29-33.

    135. Косинцев П.А., Лобанова Т.В. Животноводство в хозяйстве населения Мангазеи // Культура русских в археологических исследованиях. Омск: Изд-во Омск. гос. ун-та, 2005. С. 105-112.

    136. Косинцев П.А. Костные остатки из города Мангазея // Культура русских в археологических исследованиях. Омск: Изд-во Омск. гос. ун-та, 2002. С. 73-75.

    137. Косинцев П.А., Подопригора И.Н. Домашние животные Верхотурья // Археологические и исторические исследования г. Верхотурья. Екатеринбург: Банк культурн. информации,

    1998. С. 81-91.

    138. Косинцев П.А., Чёрная М.П. Костные остатки животных из Томского кремля // Русские старожилы: Материалы III Сиб. симпозиума «Культурное наследие народов Сибири».Тобольск; Омск: Изд-во Омск. гос. ун-та, 2000. С. 488-492.

    139. Кудрин А.Ю. Новые материалы о развитии рыболовного промысла у русского населения Забайкалья и Приамурья в XVII-XVIII вв. // Русские первопроходцы на Дальнем Востоке в

    XVII-XIX вв .: Историко-археологические исследования. Владивосток: ДВО РАН, 1995. Т. 2. С. 118-123.

    140.Некрасов А.Е. Кухонные остатки костей птиц и рыб из Верхотурского кремля // Археологические и исторические исследования г. Верхотурья. Екатеринбург: Банк культурн. информации, 1998. С. 113-124.

    141. Татауров С.Ф. Хозяйственные занятия русских Среднего Прииртышья // Русские старожилы: Материалы III Сиб. симпозиума «Культурное наследие городов Сибири». Тобольск; Омск: Изд-во Омск. гос. ун-та, 2000. С. 418-420.

    142.Чёрная М.П. Томская крепость по археологическим данным // Русские первопроходцы на Дальнем Востоке в XVII-XIX вв .: Историко-археологические исследования. Владивосток: ДВО РАН, 1992 а. Т. 1. С. 85-104.

    143. Чёрная М.П. Естественнонаучный анализ археологических источников по средневековому Томску // Археолого-этнографические исследования в южнотаёжной зоне регистрации Сибири. Томск: Изд-во Том. ун-та, 2003. С. 65-67.

    144.Визгалов Г.П. Мангазея - первый русский город в сибирском Заполярье (по материалам новых археологических исследований): Дис. . канд. ист. наук. Екатеринбург, 2006. 309 с.

    145. СалминаЕ.В. Рыболовство средневекового Пскова по данным археологии // Труды VI Междунар. конгресса славянской археологии. М .: Фонд археологии, 1997. Т. 2: Славянский средневековый город. С. 334-342.

    146.Скобелев С.Г. Развитие хозяйства местного населения Среднего Енисея // Кузнецкая старина. Новокузнецк: Кузнецкая крепость, 1994. Вып. 2. С. 34-46.

    147. Татауров С.Ф. Русские в Тарском Прииртышье // Культура русских в археологических исследованиях. Омск: Изд-во Омск. ун-та, 2002. С. 153-157.

    148. Рындина О.М. Традиция и новация в системе жизнеобеспечения русских Нарымского края // Археолого-этнографические исследования в южнотаёжной зоне регистрации Сибири.Томск: Изд-во Том. ун-та, 2003. С. 73-82.

    149. Артемьев А.Р. Основные направления археологических исследований памятников истории освоения русских Сибири и Дальнего Востока // русских в археологических исследованиях. Омск: Изд-во Омск. ун-та, 2005. С. 7-28.

    150. Александров В.А. Этнография русского крестьянства Сибири XVII - середины XIX в. М .: Наука, 1981. Введение.С. 3-7.

    Красноярск - сибирский город на берегах Енисея, самый восточный в России город-миллионник

    Красноярск - сибирский город на берегах Енисея, возникший на месте средневекового тюркского поселения. Самый восточный в России город-миллионник привлекает уникальными горными пейзажами и могучим сибирским лесом, и именно здесь находится географический центр России.

    Красноярск расположен на расстоянии 4125 км от Москвы, разница во времени с российской столицей + 4 часа.Полет на самолете из российской столицы до Красноярска 5 часов, поезд преодолевает это расстояние за двое с половиной - трое суток. Международный аэропорт, кроме столичных, принимает рейсы из Сибири и Дальнего Востока, центральных и южных регионов России, а также зарубежных городов.

    История и достопримечательности

    Деревянная крепость «Красный Яр» была построена у основания одноименного холма в 1628 году. Название будущего города определил цвет ископаемых, которые покрывали холмы.Место было выбрано удачно - на плоском мысе, между реками Кача и Енисей, вскоре обнаружены месторождения золота и открыты золотые прииски. В 17 веке Красноярск был небольшим поселением, в котором процветала торговля. Местные купцы осуществляли торговые операции по продаже пушнины и меха, а военные казаки охраняли острог от внешних набегов. Купцы делали себе визитки на золотых пластинах - драгоценного металла было достаточно. Cегодня Красноярский край является лидером по поставкам золота - в регионе добывают пятую часть всего золотого фонда страны.Ссыльные декабристы, которые проживали в городе, оказали сильное влияние на культуру и грамотность сибирских жителей - они преподавали местным грамматику, арифметику, географию, историю, обучали крестьян рациональным приёмам земледелия, научили использовать сельскохозяйственные машины и механизмы. Истинный прорыв в культурной жизни случился в 1890 году, когда до Красноярска провели ветвь Транссибирской магистрали - самой длинной железной дороги в мире.

    Сегодня на красных горах простирается на сотни километров - город даже сами красноярцы считают, что правобережные и левобережные жители - абсолютно разные по духу люди, что подтверждает мнение, что Красноярск - город контрастов.Погодные условия резко континентального климата отличаются значительными изменениями температуры дня и ночи, зимы и лета. Здесь, в черте мегаполиса, находится всемирно известный заповедник «Столбы». Ни с чем не сравнимые древние скалы, похожие на исполинских великанов, похожи на посреди таежного ландшафта - это обязательно увидеть, кто впервые посещает Красноярск.

    Красноярск, в котором проживает более миллиона жителей, является одним из лучших промышленных и культурных центров Восточной Сибири.Видовые изображения города непременно сопровождаются часовней Параскевы Пятницы, архитектурным ансамблем административных зданий и часовой башней. Берега могучего Енисея соединяют мосты, которые являются важными достопримечательностями и символами города. Железнодорожный мост, построенный в 1899 году, получил золотую медаль всемирной Парижской выставки 1900 года как высочайшее достижение технической мысли. В начале 21 столетия у Красноярска появился новый архитектурный объект: Исторические ворота города установлены в месте, откуда началась его четырехсотлетняя история.

    Волейбол

    Снежный Красноярский край вырастил чемпионов в зимних спорте - биатлоне, лыжных гонках, бобслее, конькобежном спорте. Но и волейболу в Красноярске уделяется большое внимание. В сибирском городе есть 4 профессиональных спортивных команды, которые входят в состав волейбольного клуба «Енисей»: мужская и женская, а также два молодёжных коллектива «Енисей-2». Мужская и женская команды входят в элиту российского волейбола и выступают в Суперлиге Париматч, а «Енисей-2» играет в молодёжной лиге.Это отличное подтверждение корректно выстроенной спортивной вертикали: молодые волейболисты и волейболистки начинают свой путь со спортивной школы олимпийского резерва «Енисей» им. Э.А. Носкова, затем попадают в молодежные команды «Енисей-2», а после этого самые талантливые воспитанники переходят в основные команды мастеров «Енисей» и играют на уровне Суперлиги Париматч.

    Женская команда «Енисей» добилась громкого успеха в сезоне 2016/2017, выиграв бронзу чемпионата России. Также команда дважды завоёвывала серебряные медали Кубка России, на протяжении четырёх сезонов выступала на арене.В своём дебютном сезоне в Кубке Вызова ЕКВ женский «Енисей» дошел до полуфинала, где уступил греческому «Олимпиакосу». В Лиге чемпионов в сезоне 2017/2018 команда выступала в квалификационном раунде.

    Вестник Томского государственного университета. История / Вестник Томского государственного университета. История (Вестн. Том. Гос. Ун-та. История)

    Научный журнал «Вестник Томского государственного университета. История »был выделен в самостоятельное периодическое издание из общенаучного журнала« Вестник Томского государственного университета »в 2007 г.с целью:
    • публикации статей и обзоров по актуальным темам отечественной и всеобщей истории;
    • издания статей и обзоров по актуальным вопросам истории и археологии России, стран бывшего Советского Союза, особенно Сибирского региона;
    • создание и укрепление научных связей между учеными из разных регионов России и других стран.
    Журнал зарегистрирован в Федеральной службе по надзору в сфере массовых коммуникаций, связи и охраны культурного наследия (свидетельство о регистрации ПИ № ФС 77-29498 от 27 сентября 2007 г.)), ему международный стандартный номер сериального издания: ISSN 2311-2387 (онлайн), ISSN 1998-8613 (печатный).
    Все статьи, поступающие в редакцию журнала, подлежат обязательному рецензированию. Ознакомиться с требованиями к оформлению материалов можно в разделе «Правила оформления». История »выходит 6 раз в год и распространяется по подписке, его подписной индекс 44014 в объединённом каталоге« Пресса России ». Полнотекстовые версии вышедших номеров можно посмотреть в разделе "Архив".

    Пятилетний импакт-фактор журнала в РИНЦ за 2019 г. - 0,401 (0,387 без самоцитирования).

    Место в рейтинге Научный индекс 2019 г. среди всех журналов - 916 (2018 г. - 628).

    Место в рейтинге Научный индекс 2019 г. среди журналов по историческим наукам - 18, по политическим наукам - 28

    "Вестник ТГУ. История" входит в « Перечень рецензируемых научных изданий , в которых были опубликованы основные научные результаты диссертаций на соискание ученой степени данного наук, на соискание ученой степени доктора» наук.Полный «Перечень ...» (редакция: 1 декабря 2015 г.) вы можете посмотреть на сайте Высшей аттестационной комиссии.

    «Вестник ТГУ. История »индексируется в БД:
    Web of Science Core Colletion's Emerging Sources Citation Index
    Российский индекс научного цитирования (RSCI)
    ERIH PLUS (Европейский справочный индекс для гуманитарных и социальных наук)
    Российский индекс научного цитирования (РИНЦ)

    Адрес редакции: 634050, г. Томск, пр. Ленина, 36, ФГАОУ ВО НИ ТГУ, ФИПН.

    Председатель редакционной коллегии журнала - д-р ист. наук., проф. Василий Павлович Зиновьев ,

    e-mail: [email protected]

    Ответственный секретарь редакции журнала - канд. ист. наук Федосов Егор Андреевич ,

    e-mail: [email protected]

    Рассылка экземпляров журнала производится редакцией по подписке.
    По поводу приобретения отдельных номеров журнала необходимо обращаться в ООО Позитив-НБ. Электронная почта: politva @ lib.tsu.ru

    ООО "Компания" Сибирский Город ", Иркутск (ИНН 3808129593, ОГРН 1053808183340)

    Основной вид деятельности Управление недвижимым имуществом за вознаграждение или на договорной основе (68.32) Все виды деятельности (132)

    Дополнительные Печатание газет (18.11) Прочие виды полиграфической деятельности (18.12) Изготовление печатных форм и подготовительная деятельность (18.13) Деятельность брошюровочно-переплетная и отделочная и сопутствующие услуги (18.14) Копирование записанных носителей информации (18.20) Предоставление услуг по восстановлению и оснащению (завершению) железнодорожных локомотивов, трамвайных моторных вагонов и прочего подвижного состава (30.20.9) Ремонт машин и оборудования (33.12) Сбор неопасных отходов (38.11) Обработка и утилизация неопасных отходов (38.21) Обработка отходов бумаги и картона (38.32.52) Обработка отходов резины (38.32,54) Строительство жилых и нежилых зданий (41,2) Строительство жилых и нежилых зданий (41.20) Разборка и снос зданий (43.11) Производство электромонтажных, санитарно-технических и прочих строительно-монтажных работ. (43.2) Производство электромонтажных работ (43.21) Производство санитарно-технических работ, монтаж отопительных систем и системного кондиционирования воздуха (43.22) Производство прочих строительно-монтажных работ. (43.29) Работы строительные отделочные (43.3) Производство штукатурных работ (43.31) Работы столярные и плотничные (43.32) Производство работ по внутренней отделке зданий (включая потолки, раздвижные и съемные перегородки и т. Д.) (43.32.3) Работы по устройству покрытий полов и облицовке стен (43.33) Производство малярных и стекольных работ (43,34) Производство прочих отделочных и завершающих работ (43.39) Производство кровельных работ (43,91) Работы строительные специализированные прочие, не включенные в другие группировки (43.99) Работы гидроизоляционные (43.99.1) Работы по сборке и монтажу сборных конструкций (43.99,7) Торговля легковыми автомобилями и грузовыми автомобилями малой грузоподъемности (45.11) Техническое обслуживание и ремонт автотранспортных средств (45.20) Торговля оптом автомобильными деталями. (45.31) Деятельность агентов по оптовой торговле лесоматериалами и строительными материалами (46.13) Деятельность агентов по оптовой торговле машинами, промышленным оборудованием, судами и летательными аппаратами (46,14) Деятельность агентов по оптовой торговле мебелью, бытовыми товарами, прочяными, ножевыми и металлическими изделиями (46.15) Деятельность агентов по оптовой торговле текстильными изделиями (46.16.1) Деятельность агентов по оптовой торговле изделиями из кожи и дорожными средствами. (46.16.3) Деятельность агентов по оптовой торговле пищевыми продуктами, напитками и табачными изделиями (46,17) Деятельность агентов, специализирующихся на оптовой торговле прочими отдельными видами товаров (46.18) Деятельность агентов, занимающихся оптовой торговлей и игрушками, спортивными товарами, велосипедами, книгами, газетами, журналами, писчебумажными и канцелярскими товарами, музыкальными инструментами, часами и ювелирными изделиями, фототоварами и оптическими товарами. (46.18.2) Деятельность агентов по оптовой торговле универсальным ассортиментом товаров (46,19) Торговля оптовая необработанным табаком (46.21.2) Торговля оптом фруктами и овощами (46.31) Торговля оптом свежими овощами, фруктами и орехами (46.31.1) Торговля оптовая свежим картофелем (46.31.11) Торговля оптовая прочими свежими овощами (46.31.12) Торговля оптовая свежими фруктами и орехами (46.31.13) Торговля оптом консервированными овощами, фруктами и орехами (46.31,2) Торговля оптовая мясом и мясными продуктами (46.32) Торговля оптовая мясом и мясом птицы, включая субпродукты (46.32,1) Торговля оптом продуктами из мяса и мяса птицы (46.32.2) Торговля оптовая консервами из мяса и мяса птицы (46.32,3) Торговля оптовая молочными продуктами, яйцами и пищевыми маслами и жирами (46,33) Торговля оптовая молочными продуктами (46.33.1) Торговля оптом яйцами (46.33.2) Торговля оптом пищевыми маслами и жирами (46.33,3) Торговля напитками (46,34) Торговля оптовая соками, минеральной водой и прочими безалкогольными напитками (46.34,1) Торговля алкогольными напитками, пиво и пищевой этиловый спирт (46.34.2) Торговля оптом алкогольными напитками, кроме пива и пищевого этилового спирта (46.34.21) Торговля оптом пищевым этиловым спиртом (46.34.22) Торговля оптовая пивом (46.34,23) Закупка вина в больших емкостях с последующим розливом в мелкую тару без переработки (46,34,3) Торговля оптовая табачными изделиями (46.35) Торговля оптом сахаром, шоколадом и сахаристыми кондитерскими изделиями (46,36) Торговля оптовая сахаром (46.36,1) Торговля оптом шоколадом и сахаристыми кондитерскими изделиями (46.36.2) Торговля оптом мучными кондитерскими изделиями (46.36,3) Торговля оптовая хлебобулочными изделиями (46.36.4) Торговля оптовая кофе, чаем, какао и пряностями (46.37) Торговля оптовая прочими пищевыми продуктами, включая рыбу, ракообразных и моллюсков (46,38) Торговля оптовая рыбой, ракообразными и моллюсками, консервами и пресервами из рыбы и морепродуктов (46.38,1) Торговля оптовая прочими пищевыми продуктами (46.38.2) Торговля оптом гомогенизированными пищевыми продуктами, детским и диетическим питанием (46.38.21) Торговля оптом кормами для домашних животных (46.38.22) Торговля оптовая мукой и макаронными изделиями (46.38,23) Торговля оптовая крупами (46,38,24) Торговля солью (46.38,25) Торговля оптом мороженым и замороженными десертами (46.38.26) Торговля оптовая прочими пищевыми продуктами. (46.38.29) Торговля оптовая неспециализированными пищевыми продуктами, напитками и табачными изделиями (46,39) Торговля оптовая неспециализированными замороженными пищевыми продуктами (46.39,1) Торговля оптовая неспециализированными пищевыми продуктами, напитками и табачными изделиями (46.39.2) Торговля оптовая прочими бытовыми товарами (46.49) Торговля оптовая писчебумажными и канцелярскими товарами. (46.49.33) Торговля оптовая лесоматериалами, строительными материалами и санитарно-техническим оборудованием. (46.73) Торговля оптовая скобяными изделиями, водопроводным и отопительным оборудованием и оборудованием. (46,74) Торговля оптовая неспециализированная (46.90) Торговля розничная преимущественно пищевыми продуктами, включая напитки, и табачные изделия в неспециализированных магазинах (47.11) Торговля розничная табачными изделиями в магазинах (47.26) Торговля розничная скобяными изделиями, лакокрасочными материалами и стеклом в магазинах магазинов (47,52) Торговля розничная сувенирами, изделиями народных художественных промыслов. (47.78,3) Торговля розничная прочая вне магазинов, палаток, рынков (47,99) Деятельность автомобильного грузового транспорта (49.41) Предоставление услуг по перевозкам (49,42) Деятельность по складированию и хранению (52.10) Деятельность вспомогательная, связанная с сухопутным транспортом (52.21) Деятельность стоянок для транспортных средств (52.21,24) Транспортная обработка грузов (52,24) Деятельность вспомогательная прочая, связанная с перевозками (52.29) Деятельность ресторанов и услуги по доставке продуктов питания (56.10) Услуги ресторанов и кафе с полным ресторанным обслуживанием, кафетериев, быстрое питание и самообслуживание (56.10.1) Деятельность ресторанов и баров по обеспечению питанием в железнодорожных вагонах-ресторанах и на судах (56.10.3) Деятельность издательская (58) Издание книг, брошюр, рекламных буклетов и аналогичных изданий, включая издание словарей и энциклопедий, в том числе для слепых, в печатном виде (58.11.1) Издание книг, брошюр, рекламных буклетов и аналогичных изданий, включая издание словарей и энциклопедий на электронных носителях (58.11.2) Издание газеты (58.13) Издание журналов и периодических изданий (58.14) Разработка компьютерного программного обеспечения (62.01) Деятельность, связанная с использованием вычислительной техники и информационных технологий, прочая (62.09) Деятельность по обработке данных, предоставление услуг по размещению информации и связанная с этой деятельностью (63.11) Деятельность web-порталов (63,12) Деятельность информационных агентств (63.91) Деятельность информационных служб прочая, не включенная в другие группировки (63,99) Покупка и продажа собственного недвижимого имущества (68.1) Аренда и управление собственным или арендованным недвижимым имуществом (68,2) Операции с недвижимым имуществом за вознаграждение или на договорной основе (68.3) Деятельность агент недвижимости за вознаграждение или на договорной основе (68.31) Деятельность рекламная (73.1) Деятельность рекламных агентств (73.11) Представление в средствах массовой информации (73.12) Исследование конъюнктуры рынка и рассмотрение общественного мнения (73.20) Исследование конъюнктуры рынка (73.20.1) Деятельность по изучению общественного мнения (73.20.2) Деятельность специализированная в области дизайна (74.10) Деятельность в области фотографии (74.20) Деятельность профессиональная, научная и техническая прочая, не включенная в другие группировки (74.90) Деятельность по общей уборке зданий (81.21) Деятельность по уборке квартир и частных домов (81.21.1) Деятельность по уборке прочих зданий и помещений (81.21.9) Деятельность по предоставлению прочих вспомогательных услуг для бизнеса, не включенная в другие группировки (82.99) Свернуть

    Налоговый орган Межрайонная инспекция ФНС России № 20 по Иркутской области с 29 ноября 2005 г.

    Контакты Телефон - Электронная почта - Сайт -

    Управляющая компания «Сибирский город», Ачинск - адрес и телефон, официальный сайт, отзывы жителей

    Данные УК «Сибирский город» по адресу Красноярский край, г. Москва, ул.Ачинск, ул. Декабристов, д. 44, п. 85, телефон диспетчерской службы 8 (47450) 712-40, официальный сайт (личный кабинет) sib-gorod.ru, отзывы жителей домов, обслуживаемых компанией о качестве работы и оказываемых услуг, число находящихся под управлением - 95.